7 глава
Через неделю
Арсений вышел после вечерней репетиции - и замер.
На крыльце лежала небольшая коробка, перевязанная грубой бечёвкой. Внутри - старые ноты Шопена, редкое довоенное издание. На верхнем листе - записка:
"Нашёл у бабульки на развале. Думал, тебе понравится."
Арсений прижал находку к груди, озираясь по сторонам. Во дворе никого не было - только вдалеке мелькнула знакомая тёмная куртка, скрывающаяся за углом.
Ещё через три дня
- Открой рот.
- Что? - Арсений отпрянул.
Антон стоял перед ним с сердитым выражением лица, держа в пальцах дольку мандарина.
- Ты второй день кашляешь. Витамины.
- Я... - Арсений покраснел, но послушно открыл рот.
Пальцы Антона, грубые и тёплые, ненадолго коснулись его губ. Мандарин оказался сладким.
- Спасибо, - прошептал Арсений.
- Не за что, - Антон отвернулся, но Арсений заметил, как напряглась его челюсть.
Тот самый вечер
Уроки давно закончились. Арсений сидел за роялем, разбирая новую пьесу, когда дверь в класс скрипнула.
Антон вошёл, неся в руках... горшок с цветком.
- Это...
- Фиалка. - Антон поставил горшок на крышку рояля. - Говорят, впитывает плохую энергию.
Арсений рассмеялся:
- Ты веришь в плохую энергию?
- Верю в то, что ты слишком много паришься, - пробурчал Антон.
Тишина.
Антон вдруг глубоко вдохнул, его пальцы сжали край рояля.
- Арсений.
- Да?
- Хватит уже этих намёков. - Антон поднял глаза - зелёные, серьёзные. - Будь со мной.
Сердце Арсения пропустило удар.
- Ты... серьёзно?
- Я никогда не шучу.
Антон шагнул ближе, медленно, давая время отступить. Но Арсений не двинулся с места.
- Да, - прошептал он.
Их первые поцелуй был таким же, каким был Антон - неловким, грубоватым, но бесконечно тёплым.