Ужасы абсолютного принца.
Принц проснулся. Сегодня он спал чуть дольше обычного. Накинув на плечи шёлковый халат, он вышел в главный зал.
— «Миллер?» — обратился он к помощнице.
— «Что вообще происходит?» — воскликнул, указывая на тронный зал, который, казалось, вот-вот взорвётся от количества гостей.
В основном мужчины громко болтали, пили и матерились.
Вообще-то сейчас было время обхода города. Во главе стола сидел Антиной, видимо, отменивший всю работу. Так же снова пил вино принца.
Келлиос поправил халат и на цыпочках подошёл к супругу, пока остальные не обращали внимания.
— «Антиной, что за... Сейчас патруль должен обойти город!» — тихо сказал он, поправляя красный халат.
— «М… Успокойся, волчонок…» — пьянно протянул рыцарь, икая и продолжая громко общаться со своими друзьями.
— «Иди, выпей с нами!»
— «Нет. Скажи своим друзьям, что кто не работает — тот не ест.»
Рыцарь улыбнулся.
— «Сегодня едим за мой счёт!»
Принц зашипел, отстраняясь, и слышал в свой адрес слова гостей: «Странная у тебя женушка, Антиной». На что тот хихикал: «Это муж.»
Принц же зашёл в комнату и принялся одевать броню, наполнять ножны саблями, закинув их за спину, и застраховывая ремнями, прикрепил омундирование.
Келлиос решил: он тоже принц и будущий король. Собираясь выйти из замка в одиночку, он фыркнул, но путь преградила царица.
— «Мама!» — в упрёке воскликнул принц.
Ноузен, одетая в роскошные наряды, с аккуратным пучком и двумя вытащенными прядями волос, худенькая, но в меру, тонкими пальцами дотронулась до плеча сына.
— «Ты куда?» — мягко спросила она.
— «Мама, эти рыцари ничего не хотят делать, а значит, сделаю я!» — фыркнул принц.
— «Дорогой, Антиной просто празднует.»
— «Да он разрушит мою Кефалинию!»
Королева слегка нахмурилась.
— «Он хороший рыцарь. Даже не пытайся меня переубедить.»
— «Они сейчас пьют вино, оставленное отцом.»
— «Что?!»
Ноузен скрестила руки на груди и направилась к столу, собираясь поговорить, но заметила, что все уже пьяны в стельку. Несмотря на это, она продолжала защищать Антиноя.
— «Ладно. Иди. Они успокоятся, и всё будет нормально...»
Царица отошла от сына, кинув небрежный взгляд на столы.
Принц собирался что-то сказать, однако быстро отвернулся и вышел из замка, распахнув двери.
Город уже кипел жизнью. Всем требовалась помощь, и принц собирался заняться этим в одиночку.
— «О, принц Келлиос, не согласились бы вы помочь мне?» — смущённо пробормотала старушка, прося поставить лавку с продуктами.
— «О, Келлиос!» — в поклоне говорили рыцари, которые не были в зале, возглашая будущего короля, — «Как же там ваш муж?»
Юноша отнекивался, не желая говорить о нём и о том, что творилось в замке.
— «О, господин, не могли бы вы помочь?»
— «О, принц, не могли бы вы это сделать?»
— «О, Келлиос, не могли бы вы...»
— «О, будущий король, не могли бы...»
— «О, лорд...»
— «О...»
К концу дня принц был слишком вымотан. Однако гордость за свой народ была слишком сильна. Он радовался тому, что сделал для города — одной из немногих своих радостей.
Однако, обходя границы, он заметил, что вражеские рыцари слишком часто отшиваются у берегов Кефалинии у пролива на границе...
Он поспешно прогнал эти мысли. Вернувшись быстро на белом коне, припарковал лошадь в конюшне и вошёл в замок. Все уже разошлись, и, хвала Зевсу, никто не остался в замке на ночь.
Принц устало огляделся. К концу дня у него появились симптомы простуды. На улице прохладно, а доспехи быстро охлаждаются. Однако ему приходилось терпеть.
Как только он вошёл в комнату, получил сильную пощечину и слегка отшатнулся в сторону.
— «Где ты шлялся, идиот?!» — пьянно спросил Антиной, уже слегка протрезвев.
— «Я, черт возьми, работал, в отличие от вас!»
— «В отличие от нас?! Я отмечал с друзьями получение своего города.»
Слова задели принца за живое, и он сдерживался, чтобы не схватить саблю.
— «Это мой город. Я сам работал над ним. Я помогал людям. Ты — не абсолютный принц!»
—«Нет. Я — он и есть. А теперь убирайся спать. С глаз моих долой.».
—«Мы спим вместе, идиот!»