Как Михалыч на рыбалку ходил
Михалыч никогда не считал себя героем, он был простым бурым одиночкой. И если такие трудности, как ипотека или очередь в детсад, страшили людей, то он боялся лишь голода. Год выдался трудный, Доу Джонс[1] шалил, ВВП падал, люди беднели, оттого больше рыбачили и охотились. Михалыч лишний раз не высовывался, из-за чего у него и возникла проблема с обменом веществ. Не выдержал медведь голода и отправился на рыбалку.
На берегу у костра сидело трое рыбаков. Разговор был о проблемах первого, женщинах второго и неисправностях ГРМ[2] в машине третьего. А четвертый этот ГРМ и настраивал, ибо больше рыбалки ему нравилось только перебирать моторы. И всё это выглядело прилично, если опустить тот факт, что рыбаки были браконьерами.
Каждый чукотский зверь знает: не приближайся к людям — не получишь пулю. Михалыч это хорошо понимал, поэтому засел в кустах у мужиков под боком и стал дожидаться ночи. А вот трое соболят, оторвавшихся от мамы, похоже, этот урок ещё не усвоили. Приманил их запах мусора, и отправились пушистики на разведку.
Заметили рыбаки соболят, взыграла в них жадность браконьерская — шкурки нынче хорошо идут. Но был у них с собой всего один ствол, на рыбалку же ехали. Приготовили они сети и стали дожидаться гостей в дорогих шубках.
Почуял Михалыч что-то неладное. Не носом, но не менее чувствительным местом. Впервые в жизни с ним такое происходило — не думая о собственной шкуре, бросился к людям без страха, взревев во всю глотку. Раздался выстрел.
Хлопнул двигатель на холодном пуске — не успел мужик его настроить. Соболята со страху дёрнули врассыпную, браконьеры от неожиданности побросали сети и кинулись к машине, а мишка поревел на них с минуту, проводил взглядом и пошёл рыбачить.
Михалыч никогда не считал себя героем, он был простым бурым одиночкой. До сих пор сторожит эти земли, приглядывая за рыбаками.
[1] Биржевой индекс.
[2] Газораспределительный механизм.