Истории
Я вновь завис перед таблом времени. Прокручиваю давно канувшие в лету эпохи. Вновь и вновь пересматриваю судьбы этих восьми людей и пытаюсь понять мог ли я что-нибудь изменить. Понимаю всю бесполезность моих терзаний. Ничего не исправить. Их нет. Их никто не помнит. Никто. Кроме меня. Закрываю глаза...
Арена. Кровавый бой гладиаторов. А я не испытываю ничего кроме скуки, вяло обмахиваюсь веером. И вот один из воинов лежит у ног другого, к его шее приставлен наконечник копья. Как ни странно в глазах победителя нет радости. Мне кажется он растерян. Он не хочет убивать. Он ждёт решения толпы. Все кричат одно. Они требуют крови. Но решение примет лишь сидящий рядом со мной мужчина. Он тоже хочет крови. Вновь перевожу взгляд на гладиатора. Да, он определённо не хочет убивать. Перекладываю веер в левую ладонь, а правую плавно кладу на колено к Аббадону. Он непонимающе переводит взгляд на меня. Улыбаюсь и произношу одними губами «Fiat eum vivere*». Мужчина нервно потёр переносицу и поджал губы. «Id quod vere volo?*». Я прикрыла глаза и прошептала: «Volo*»...
Бескрайняя пустыня. Сухой воздух обжигает лёгкие. Но я уже привык. Я держу путь в тронный зал. Мимо проходит наложница фараона со своими служанками. Они шокированы моим появлением. Не обращая на них никакого внимания иду дальше. Слышу возмущенный шёпот позади себя и ухмыляюсь. Я не дворцовый угодник, чтобы кланяться ей. Очень скоро жизнь всего двора изменится. Раз я появился здесь, значит фараону нужен его лучший стратег. А это означает лишь одно - война. Хетты или Нубийцы. Царь хеттов болен, в стране хаос, наследники грызутся - лёгкая добыча. Но нужно ли нам это сейчас? Думаю нет. Слышал неспокойно на южных границах, значит всё-таки Нубия. Посмотрим, что скажет Рамзес...
Стрела со свистом пронзает воздух и попадает точно в цель. Я должен упорно тренироваться. Я должен быть лучшим. Я должен всем доказать, что сын наложницы достоин стать императором. Сжимаю кулаки. Любви отца недостаточно, мне необходимо признание совета. Неужели этот пьяница Чан достоин уважения министров, а я нет. Еще одна стрела попадает в цель. Императрица свела в могилу мою маму. Причин на это несколько. Первая, я родился раньше её сыночка, а вторая гораздо страшнее. Отец любил мою мать. На свою жену, навязанную министрами, императору было плевать. А есть ли на свете что-то страшнее женской ревности и зависти? Нет. Она устранила соперницу, посчитав, что всё внимание императора достанется ей и её сынку. Зря ты на это надеялась змея. Я для отца память о любимой женщине и он всегда будет на моей стороне. И я клянусь, я стану императором, моя месть не за горами...
Я обвожу взглядом гору трупов. Прикрываю глаза. Когда же это всё закончится? Перевожу взгляд на горящий факел и киваю. Огонь без сожаления пожирает тела людей. Разворачиваюсь и быстрым шагом направляюсь вглубь деревушки. В голове всплывает образ женщины, которую я не смог спасти. Я обещал ей, что положу конец смертям. Прошло два года, а люди все еще умирают. Вхожу в дом и закрываю дверь. Снимаю маску, плащ и валюсь на кровать. Я устал. Прижимаю руки к лицу. В уголках глаз собираются слёзы. А ведь я мог стать отцом. У меня могла родиться дочь или сын. Лучше дочь. Облачко пушистых каштановых волос и твои глаза, синие как небо. Скатилась слеза. Мне остается только мечтать, как всё могло бы быть, если бы не этот ад. Мы купили бы домик в деревне. Я посадил бы ромашки. Море ромашек. Ты ведь так их любила. Ромашки... Резко вскакиваю с кровати. А что если...Ромашки...
Моё чудо бегает по комнате и не даёт себя расчесать. Звонкий смех заполняет дом. Подзываю к себе служанку и забираю у неё расческу. «Малышка». Ангелочек оборачивается и с лучезарной улыбкой бежит ко мне в раскрытые объятия. Подхватываю её на руки. Моя душа смотрит мне в глаза. Обхватывает моё лицо и чмокает меня в нос. Улыбаюсь и сажусь в кресло. Доченька удобно устраивается у меня на коленях. Я осторожно начинаю распутывать непослушную копну её волос. Малышка с восторгом рассказывает про своё утро. Жалуется на то, что Моника заставила её выпить кружку молока. Счастлива, что пёсик лизнул её в щечку. И вдруг резко прекращает говорить и смотрит куда-то в сторону. «Кого ты видишь София?». Девочка помахала рукой и засмеялась. «Папа, смотри, там стоит странная сеньорита и смотрит на меня. Она улыбается мне». Я поднимаю глаза и вижу растворяющийся образ молодой девушки...
Я стою около фонтана. Жарко. Она должна здесь пройти. Я не видел её три дня и ужасно соскучился. Обвожу взглядом площадь. Недалеко стоит стайка игривых девиц. Они лениво обмахиваются веерами и вызывающе смеются. Откровенное декольте, яркий макияж, фривольное поведение - это всё не по мне. Моё сердце принадлежит моей конопушке. Да, может она и не такая яркая, как другие девушки. невысокая, угловатая, веснушчатая льдинка с глазами цвета Нила. Почему меня к ней так тянет? Наверное, потому, что рядом с ней я становлюсь другим. Каким? Наверное...трепетно-нежным... Но ей не нужны мои чувства или я чего-то не понимаю. «Поможешь донести книги?». Я обернулся. Она...
Бушует вьюга. Землянка. Бьётся в тесной печурке огонь. Тепло. Все мы чем-то заняты. Кому-то перевязывают раны, кто-то прикорнул у огня, кто-то чистит оружие. А я думаю о том, как неумолимо мчится время. Еще год назад я, семнадцатилетний пацан, не мог и представить, что разразится война, что добровольцем пойду на фронт, что можно привыкнуть к свисту пуль, разрыву снарядов и даже к самой смерти. Она меня уже не пугает. Мои мысли прервал гармонист Вася. Парнишка мнётся и протягивает мне исписанный листочек. Опять наш поэт сочинил стихи... Я пробежался глазами по тексту. Улыбнулся и похлопал его по плечу. Заиграла гармонь. «И поёт мне в землянке гармонь, про улыбку твою и глаза»...
Слышу позади себя шелест крыльев. Ухмыляюсь. Настырный, однако. Никак не отстанет.
- И долго ты будешь мучить себя? Отпусти...Чтобы перейти на следующий уровень света ты должен вернуться туда и закончить цикл. Я не могу тебя заставить, но я хочу видеть тебя рядом с собой.
Архангел стоит со скрещенными на груди руками, белоснежные крылья сложены за спиной. Голубые глаза пронзают меня насквозь. Весь такой идеальный, заботливый...Бесит. Отворачиваюсь.
- Не хочу, уж лучше раствориться, чем вернуться туда,- чуть помедлив продолжаю,- с меня достаточно разочарований...
- Ты не будешь страдать мой свет,- Михаил обнимает меня,- я тебе обещаю, на этот раз я буду рядом с тобой. Всегда.
Как ни странно, я ему верю.
- Даа...а тебе не интересно, как поживает спасённый тобою моряк, присмотрись к нему. Тебе не кажется, что ты спасла его не просто так?..
----------------
*Fiat eum vivere - Пусть живёт.
*Id quod vere volo? - Ты действительно этого хочешь?
*Volo - Хочу.