18 глава
Прошло несколько недель с тех пор, как жизнь во дворце казалась мне спокойной. После трагедий, интриг и семейных переживаний я, наконец, могла немного расслабиться. Однако, как часто бывает в гареме, тишина всегда предвещает бурю.
Утром я решила красиво собраться ведь сегодня была такая прекрасная погода.
— Госпожа, вот швея передала вам новое платье, наденьте.
— Давай его сюда:
Прогуливаясь по саду, я заметила что-то странное. У одной из служанок, проходившей мимо, в руках была золотая брошь с изумрудом. Я узнала её сразу - этот подарок когда-то принадлежал Дильшах. Моя грудь сжалась от странного предчувствия.
"Этого не может быть", - сказала я себе. Но сомнения росли с каждой минутой.
Позже, проходя через комнату гарема, я услышала знакомый голос. Слова были тихими, но холодными, словно ледяной ветер. Я замерла. Мой разум отказывался верить тому, что я услышала. Я пошла на звук и увидела её. Она сидела на диване, окружённая наложницами которые сидели на полу, высоко подняв голову, будто ничего не произошло. На ней было роскошное платье, будто она никогда и не покидала дворец.
— Дильшах, — вырвалось у меня.
Её глаза встретились с моими. В них не было ни страха, ни раскаяния, только высокомерие.
— Госпожа — произнесла она, наклонив голову в
насмешливом поклоне. Моё сердце забилось сильнее, словно его сжали ледяные когти.
— Как ты посмела вернуться сюда?! — выпалила я, не сдерживая эмоций. — Ты убила Санавбер Хатун! Ты запятнала дворец кровью! — Она спокойно выпрямилась и ответила:
— Меня вернули сюда по воле тех, кто имеет власть — Я подошла ближе, с трудом сдерживая гнев.
— Кто позволил этому случиться? Кто дал тебе право снова войти в гарем?!
Но прежде чем она успела ответить, в зал вошли Афифе Хатун и Кадын Калфа.
— Султанша, прошу, успокойтесь, — сказала Афифе, подойдя ко мне.
— Успокоиться?! — возмутилась я. — Вы видите, что происходит? Эта женщина предательница!—Кадын Калфа мягко коснулась моей руки.
— Повелитель дал своё согласие, Султанша. Мы ничего не можем сделать.
Эти слова обрушились на меня, как гром среди ясного неба.
Позже в тот день я узнала, кто стоял за возвращением Дильшах. Это была Рана Султан. Она, конечно, решила использовать её для своих интриг. Я нашла Рану в её покоях. Она, как всегда, была очень занята.
— Ты это сделала, — сказала я, не тратя времени на приветствия. Рана улыбнулась, будто ничего не случилось.
— О чём ты, Ангаре?
— Ты вернула Дильшах во дворец! — воскликнула я. — Зачем? — Она медленно встала и подошла ко мне.
— Потому что я могу. Дильшах — красивая и молодая девушка, почему она не может стать госпожой?
— Да потому что она убийца фаворитки твоего сына!- закричала я, но она только рассмеялась.
— Это всего лишь игра, Ангаре. Учись принимать поражения.
Наступил вечер, и я, как обычно, готовилась к визиту в покои Баязида. Это была наша ночь, время, когда мы могли быть вдвоём, вдали от всех интриг. Я надела своё красивое платье и украшения, которые он дарил мне:
Но на пути в его покои меня остановил один из его слуг.
— Госпожа — начал он осторожно, — простите, но у повелителя уже есть гостья — Моё сердце сжалось.
— Кто? — Он опустил голову.
— Дильшах Хатун.
Эти слова обрушились на меня, как удар молнии. Я не могла поверить. Баязид, мой Баязид, пустил её в свои покои? Я повернулась и пошла обратно в свои комнаты, не сказав ни слова.
В ту ночь я не могла уснуть. В моей голове крутились мысли, одна болезненнее другой. Почему он позволил ей вернуться? Почему выбрал её? Может это из-за потерянного ребенка? Я чувствовала, как ревность и ненависть пожирают меня изнутри.
Когда Афифе Хатун пришла утром, чтобы навестить меня, я не могла сдержать своих чувств.
— Почему он это сделал, Афифе? — спросила я, слёзы катились по моим щекам. — Почему он позволил ей занять моё место?
Афифе села рядом и взяла меня за руку.
— Ангаре, ты — мать его детей, его опора. Никто не сможет занять твое место — Но её слова не утешили меня. Я чувствовала, как между мной и Баязидом выросла пропасть, которую невозможно преодолеть.
Я решила, что не позволю Дильшах разрушить мою семью. Я должна была защитить своих детей, свой гарем и своё место рядом с Баязидом.
— Она пожалеет, что вернулась, — сказала я себе. Теперь я знала, что моё сердце не будет знать покоя, пока Дильшах не исчезнет из моей жизни навсегда.
На следующий день, пробудившись после бессонной ночи, я чувствовала себя раздавленной, но не сломленной. Если Дильшах вернулась во дворец, значит, у неё есть цель. А за этим стояла Рана Султан, то её интриги становились угрозой не только для меня, но и для всей моей семьи. Я позвала к себе Афифе Хатун и Кадын Калфу, чтобы обсудить сложившуюся ситуацию.
— Вы должны выяснить, что именно задумали Рана и эта женщина, — сказала я, не скрывая гнева. — У Дильшах нет права быть во дворце после того, что она сделала — Афифе задумалась, но кивнула.
— Госпожа, мы будем наблюдать за ней. Но помните, сейчас главное — сохранить спокойствие.
— Спокойствие? — горько усмехнулась я. — Как я могу быть спокойной, зная, что она пытается занять моё место рядом с повелителем? — Кадын Калфа подошла ближе, мягко положив руку мне на плечо.
— Вы — мать его детей, опора этой династии. Никто не сможет вас заменить — Эти слова были мне нужны, но внутри меня всё ещё жила боль.
Вечером я решила не откладывать разговор с Баязидом. Когда я пришла к нему то сразу перешла к делу.
— Повелитель, мне нужно знать, почему Дильшах снова здесь, — сказала я, глядя ему в глаза. Он вздохнул, присел рядом и посмотрел на меня с некоторой усталостью.
— Это было непростое решение, Ангаре.
— Непростое? — перебила я. — После всего, что она сделала? Она убийца, интриганка!
— Я знаю, — его голос стал твёрдым. — Но её возвращение не означает прощение. Это лишь политический ход.
— Политический? — я не могла поверить. — Ты позволил ей войти в свои покои, и это ты называешь политикой? — Он помолчал, а затем взял меня за руки.
— Ты моя жена, моя султанша, мать моих детей. Никто не сможет занять твоё место.
— Тогда зачем она здесь? — мой голос дрожал. — Зачем? — Баязид медленно отпустил мои руки.
— Иногда нужно делать то, что кажется неправильным, ради стабильности — Эти слова не успокоили меня. Вместо этого я чувствовала, как между нами возникает трещина, которая может стать пропастью.
Я знала, что должна поговорить с Раной. Её интриги были очевидны, но я должна была понять её намерения.
— Рана — начала я, когда вошла в её покои. — Ты играешь опасную игру.
Рана лишь улыбнулась, не скрывая удовольствия.
— Каждая из нас играет, Ангара. Просто у меня свои фигуры на доске.
— Ты думаешь, что вернув Дильшах, сможешь ослабить меня? Ошибаешься — Она поднялась со своего места, её взгляд стал холодным.
— Я вернула её не для тебя, а для повелителя. Она заслуживает большего, чем то, что у есть сейчас у тебя.
— Зачем ты мучаешь её если знаешь что в итоге я выиграю?— Рана подошла ближе, её голос стал почти шёпотом.
— Ради Орхана и Османа я пожертвую всем, даже тобой — Я сдержалась, хотя внутри меня всё кипело.
— Тогда знай, я тоже готова бороться, и ты проиграешь, Рана.
Дни шли, и Дильшах не теряла времени зря. Она быстро завоёвывала расположение некоторых девушек в гареме, строя вокруг себя небольшую сеть поддержки. Я понимала, что её цель — не просто вернуться, но и укрепить своё влияние. Я решила лично поговорить с несколькими наложницами, которые были мне верны.
— Следите за каждым её шагом, — сказала я. — Если заметите что-то подозрительное, немедленно сообщите мне — Они кивнули, понимая серьёзность ситуации.
Каждый раз, когда я слышала, что Дильшах провела время с Баязидом, моё сердце сжималось. Я пыталась не показывать своих чувств, но внутри меня бушевала буря. Однажды вечером, когда слуга сообщил мне, что она снова у него, я не выдержала.
— Я не позволю этому продолжаться! — воскликнула я, вставая с места.
Афифе Хатун тут же оказалась рядом.
— Госпожа прошу, не делайте опрометчивых шагов.
— Я должна поговорить с ним, — ответила я, но Афифе удержала меня.
— Вы должны показать силу, а не слабость. Не давайте ей оружие против вас — Её слова заставили меня остановиться. Я поняла, что моя ревность — это именно то, на что рассчитывала Дильшах.
Вечер наступал на дворец, окутывая его тишиной, которая давила сильнее обычного. Я снова думала о Дильшах, о её наглой улыбке, когда я видела её в гареме, и о том, как Баязид молчал, когда я задавала ему прямые вопросы о ней. Я не могла больше держать это в себе. Нужен был ответ. Нужна была правда, какой бы горькой она ни оказалась. Когда я вошла в его покои, Баязид стоял у окна, глядя на темнеющее небо. Его лицо было задумчивым, но он всё же повернулся ко мне, услышав мои шаги.
— Ангаре, — сказал он тихо. Я остановилась в нескольких шагах от него. В моей голове был лишь один вопрос, и я знала, что должна его задать.
— Дильшах... — мой голос дрогнул, но я взяла себя в руки — Ты её любишь, Баязид? — Его лицо застыло. Он смотрел на меня, но не сказал ни слова.
Молчание. Молчание, которое сказало больше, чем могли бы слова. Моя грудь сжалась, как будто кто-то вырвал из неё воздух. Я почувствовала, как по щекам потекли слёзы, но не хотела показывать свою слабость.
— Значит, да... — прошептала я, отворачиваясь. Баязид сделал шаг ко мне, но я подняла руку, останавливая его.
— Не нужно повелитель, — сказала я холодно. — Вы выбрали её. Я поняла — Он попытался заговорить, но я покачала головой.
— Если разрешите то я пойду — Я развернулась и вышла из его покоев, оставив его одного с его выбором.
Всю ночь я не могла найти себе места. Каждое его молчание, каждый взгляд, который он бросал на Дильшах, теперь казались мне ножами, вонзающимися в сердце. Когда я пыталась заснуть, мысли о том, что он мог быть с ней, не давали мне покоя. Впервые за многие годы я чувствовала себя чужой в собственном дворце.
На следующий вечер, когда я сидела в своих покоях, к дверям подошёл слуга.
— Повелитель желает видеть вас, — сообщил он. Я задумалась на мгновение. Сердце сжималось от боли, но я знала, что должна пойти. Когда я вошла в его покои, он уже ждал меня.
— Ангаре... — начал он, но я перебила его.
— Не надо, — сказала я спокойно, но твёрдо. — Если вы хочешь что-то сказать, то лучше очень и очень быстро — Его глаза были полны сожаления, но я уже не могла это видеть. Он сделал шаг ко мне, его рука потянулась к моей, но я отстранилась.
— Я останусь здесь, потому что это мой долг, — сказала я. — Но не ждите от меня ничего — Я прошла мимо него к кровати, сняла украшения и легла. Баязид долго стоял рядом, глядя на меня, но я закрыла глаза, давая понять, что разговор окончен.
Он вздохнул, потом подошёл к другому краю кровати и тоже лёг, но я чувствовала, как расстояние между нами стало больше, чем когда-либо, но все таки ночью он обнял меня за талию и так же заснул.
На следующее утро, когда я проснулась, он уже был на ногах, готовясь к новому дню. Мы не сказали друг другу ни слова. Я знала, что наши отношения изменились. Дильшах стала той трещиной, которая может разрушить всё, что мы строили.
Но я решила для себя: я не отдам свою семью без боя. Если Рана и Дильшах думают, что могут вытеснить меня, они сильно ошибаются. Битва за моё место только началась.