Эпизод третий. Еще одна встреча
Через неделю Нацу снова отправился в море, перед этим походив по врачам и покупая таблетки от своей «проблемы». Конечно, таблетки и сиропы с уколами ему не помогли, но он сдаваться не собирался — уж очень ему хотелось ещё раз увидеть то существо.
Он хотел знать: показалось ему или нет.
— Нацу, зачем ты снова едешь, с прошлого раза твоего улова хватит ещё на месяц? — недоумевал Игнил.
Поведение Нацу за последнюю неделю было странным: парень постоянно делал какие-то пометки в потрёпанной тетради, что-то приносил и уносил на корабль, часто задерживался допоздна на палубе или в каюте.
— У меня есть свои планы. Нужно сделать пометки в море, — соврал парень.
Драгнил-младший не любил врать своему папане, но и не мог же он сказать на счет той «рыбы»: вдруг отец начнёт разбалтывать всё остальным, и Нацу не удастся выполнить свой план.
— Что-то ты темнишь, сынок! — прищурился, улыбаясь, Игнил.
Игнил Драгнил заведовал самыми лучшими кораблями и лодками в Харгеоне. Он начинал свой бизнес еще когда был молодым. У его жены Хитоми была мечта — совершать морские путешествия. Игнил всё хотел делать для неё: она была его всем.
— А вот и неправда! Хочешь, я тебе от туда раковин красивых привезу и морскую звезду? — оправдался Нацу.
— Да где ж ты это всё возьмешь?
— Я нырну!
— Как?
Драгнил-старший всегда удивлялся напору сына. Нацу мог внушить любому какую-нибудь идиотскую идею и выдать её за гениальную. Кто-то говорил, что это «дар убеждения», кто-то — идиотизм.
— С аквалангом!
— Ну хорошо, делай, что хочешь, не маленький уже, только запасную одежду возьми.
— Я уже положил.
Нацу Драгнил собрал вещи, взял рюкзак, повесил его на плечо, взял в руку удочку, снастей и других рыбацких вещей и направился в сторону пирса. Игнил сегодня работал на разгрузке в порту с утра до обеда, поэтому парню пришлось идти на корабль одному.
Мать Нацу — Хитоми Драгнил — жаждала приключений на свою пятую точку и была командующей собрания пиратов «Стью Лилбергхолнс». Вот и вся пиратская команда укатила два месяца назад на другой остров в поисках сокровищ. Поэтому Нацу сам о себе заботился, когда отец был на работе.
И вот корабль снова в море, а Нацу тошнит. Лицо посинело, рот полон, дабы не портить чистую воду. Тут Драгнил-младший вспомнил, что недалеко есть ведро, вот и вырвал туда. Всё-таки, что бы он не делал — ничего ему не помогало.
***
Спустя четыре часа Нацу уже спустил якорь на дно моря Харгеона. Погода сегодня была безветренной, солнышко светило на фоне чистого голубого неба, воздух ещё не прогрелся.
— Да неужели? Тот самый — чешуйчатый красный хвост... — прошептал зеленоглазый.
Проплывавшая мимо Люси почувствовала опасность и остановилась. Осмотрелась и увидела тот корабль, который встречала ранее, но не придала в тот момент ему огромного значения.
Её волосы были украшены живыми лилиями, которые раздобыла Джувия в подводном царстве. Белые лилии гармонировали с золотыми волосами русалки, которые поблескивали в воде.
— А? — Люси вынырнула из воды и показала своё личико.
Аквариус пугала Люси — Хартфилия была бесстрашной и не знала опасности. За внешностью милой русалки скрывалась сильная духом личность, способная отвоевать царство.
— А ты довольно милая и симпатичная, — улыбнулся Нацу. Поначалу он оторопел, но после взгляд стал скользить по чертам лица, цветам в волосах.
Щёки Люси приобрели румянец, а брови медленно поползли вверх. Русалкам делали комплименты только русалы — юноши, проживающие в Замке.
По рассказам старших Люси узнала, что люди любят причинять боль другим, они любят заставлять других страдать. Люди никогда не восхищались русалками: их чешуя была на вес золота, а хвост любили жарить.
— Просто многие охотники на русалок говорят, что вы уродливые и причиняете людям вред, что вы никогда не можете любить и быть добрыми, — Нацу восхищался её красотой.
Люси решила для себя побороть свой страх и ответить на эти обидные и ложные суждения.
— Мой народ никогда не причинил бы людям зло. Наших родителей убили, мы не мстим, но нам грустно. Я не должна с тобой разговаривать, — последнее предложение Люси прошептала, отвернулась и собралась нырнуть, но...
— Постой! Я не убиваю сирен!
— Сирены убиты около трехсот лет назад, их замок передался нам.
— А кто вы тогда такие? Русалки затаскивают моряков в море, сирены поют смертельные песни... Кто же ты, твой народ? — Нацу был поражен, кто же тогда убил его сестру — Наоми Драгнил?
— Мы полурусалки-полулюди. Как я могу тебе доверять, если ты — человек? — Люси вздохнула. Слёзы наворачивались на глаза, губы сомкнулись в одну тонкую полоску. Кареглазая обняла себя за локти, пытаясь успокоиться.
— Я тебя и пальцем не трону! Обещаю, — розоволосый улыбнулся русалке.