Сборник Торин/Бильбо

Автор: Semantica

Описание:
Спросите у любого хоббита - каждый возмутится, если наступить ему на ногу. А Торин в последнее время делает это постоянно.

Часть 1

— Нет уж, хватит с меня гномов на сегодня! — возмущался Бильбо, продираясь сквозь кустарник подальше от лагеря. — Когда Гэндальф говорил то же самое пару месяцев назад, я его не понимал, зато сейчас мне все более чем ясно.

Он наткнулся в темноте на поваленное дерево, пребольно ударился большим пальцем на ноге и, сев на обросший мхом ствол, окончательно расстроился.
А ведь все было так хорошо! Они почти без потерь ушли от гоблинов — если не считать прекрасных пуговиц с жилетки Бильбо, по которым он ужасно скучал — после с успехом сбежали от Азога на орлах, и Торин даже обнял его в благодарность.

Бильбо надеялся, что на этом все их разногласия с Дубощитом закончатся, но, как оказалось, на этом они только начались! Прежде Бильбо не мог сказать, что Торин ворчал на него совсем уж не за дело, хотя иногда он и перегибал палку, но в основном все его хмурые взгляды Бильбо получал, когда жаловался на что-то или отставал от отряда.

Но после Каррока Торина будто подменили. Сперва Бильбо не понял, что происходит, когда гном, проходя мимо, со всего маху задел его плечом. Бильбо было больно, больно было и Торину, ведь его раны еще не до конца зажили, но, когда Бильбо решил не ссориться и извинился, Торин, наперекор его ожиданиям, не ответил тем же, а гневно сжал губы, нахмурился и, резко развернувшись, ушел.
Тогда Бильбо не придал этому значения — у всех бывают плохие дни — но такие ситуации стали повторяться каждый день.

Торин его пихал, наступал на ноги — очень больно, если хотите знать! — задевал руками, ногами и вообще всем, чем только можно, отталкивал с дороги и один раз даже уронил в реку. Прибавьте еще то, что все это сопровождалось недовольным ворчанием, хмурыми взглядами и яростным фырканьем в том случае, если Бильбо извинялся — и вы поймете, что бедному хоббиту приходилось очень, очень тяжело.

Но сегодня даже бесконечному терпению Бильбо пришел конец, когда Торин подошел к костру, возле которого Бильбо устроился, и просто грубо оттолкнул, повалив на землю, а сам занял его насиженное, теплое место у огня. У Бильбо даже волосы дыбом встали от возмущения, а Торин будто только и ждал, когда хоббит начнет кричать — повернулся к нему и смотрел выжидающе. Но Бильбо, чтобы не устраивать скандалов, только ушел от костра подальше и теперь сидел и горько размышлял, чем же вызвал такую ненависть у короля гномов.

— А, вот ты где, — послышалось довольное фырканье, и к поваленному дереву подошел Бофур. — Ты чего сбежал?

— Бофур, скажи мне честно — Торин меня ненавидит? — уныло спросил Бильбо, подперев голову руками. Настроение было хуже некуда, и хотелось хоть кому-то выговориться.

— Торин? Нет, конечно, с чего ты это взял?

— А ты разве не видел? Последнюю неделю он будто задался целью сжить меня со свету — то толкнет, то на ногу наступит. И это он специально, Бофур, я знаю! До этого он ни разу мне ноги не отдавливал. Я-то думал, мы наконец поладили, а тут это… Что мне делать?

— Эм-м… Бильбо, дружище, боюсь, что все совсем не так, как ты думаешь, — Бофур присел рядом и задумчиво покусал ус. — Скажи мне, ты ведь не знаком с нашими обычаями?

— Ну, я знаю ваши праздники и что на день рождения нет лучшего подарка, чем топор, — усмехнулся Бильбо, вспоминая уроки Балина.

— А что? Я как-то обидел Торина, и сам об этом не знаю? — с беспокойством добавил он.

— Не совсем. Я бы сказал, как раз наоборот.

— У вас принято толкать и пихать друзей? — насмешливо скривился Бильбо.

— Что ты знаешь об ухаживаниях гномов? — прямо спросил Бофур, и Бильбо опешил.

— Прости… что?

— Ухаживания. Ты знаешь, как гномы проявляют симпатию к тем, кто им нравится?

— Ну, я думаю, дарят что-нибудь железное или из драгоценных камней. Даже не знаю, никогда не интересовался, — пожал плечами Бильбо.

— Хорошо, тогда скажу так — у нас считается дурной приметой, если муж с женой до свадьбы хотя бы пару раз не сошлись на топорах или врукопашную. Лучше, если это было много раз, — с намеком, многозначительно сказал Бофур. — Чем больше, тем лучше. Бомбур, например, начал ухаживания за своей будущей женой с того, что уронил ей на ноги здоровенный котел. А она в ответ, показывая свою симпатию, зарядила ему по лбу тяжеленной сковородой. Мы, гномы — народ крепкий, и такие вещи нас только веселят, но боюсь, как бы Торин не переборщил, — покачал головой Бофур.

— Я не ослышался? — в полном ошеломлении пробормотал Бильбо. — Так он делает это все потому, что я ему… нравлюсь?

— Ну конечно, зачем бы ему еще тебя толкать, — кивнул Бофур. — Правда, я удивляюсь его упорству — ты из раза в раз ему отказываешь, да еще и оскорбляешь, а он не отступает.

— Бофур, пожалуйста, подробнее, я ничего не понимаю, — жалобно ответил Бильбо.

— Ну как же, — как маленькому ребенку, начал втолковывать Бофур, загибая пальцы, — ты же не пихаешь его в ответ — значит, не находишь его привлекательным. Это раз. И ты еще и извиняешься, а значит, говоришь, что он недостойный тебя противник. Это два. Любой другой давно бы плюнул на это и забыл, но ты, видно, и впрямь сильно ему нравишься, раз он так упорствует.

— О, милостивая Йаванна! — Бильбо схватился за голову. — А в ваши прекрасные твердые головы не приходила мысль, что я просто не знаю этого обычая?!

— Да ну, его все знают. Люди даже почему-то над ним смеются, — пожал плечами Бофур.

— Но хоббиты — не люди. Я правда ни о чем не знал, — шмыгнул носом Бильбо, чувствуя себя одновременно и польщенным, и расстроенным. — Что же мне делать?

— Толкнуть его, да посильнее, — подмигнул Бофур. — Если, конечно, он тебе нравится.

— О, Йаванна, — повторно взвыл Бильбо и немного истерично рассмеялся.

Они с Бофуром возвратились в лагерь через полчаса, когда Бильбо окончательно успокоился. Их тут же встретил пронзительный и недовольный взгляд Торина. Он поочередно посмотрел на Бильбо и Бофура, а потом нахмурился еще больше, если такое только возможно.

У Бильбо заколотилось сердце, когда он шагнул ближе к костру, но он все уже для себя решил, а потому, проходя мимо, со всей силы наступил Дубощиту на ногу. Торин дернулся, вскинул было на него глаза, но тут же снова опустил голову и сгорбился. У Бильбо от его отчаянной позы защемило сердце. Как он мог не замечать этого раньше? Поэтому, не давая себе времени на раздумья, он подошел и изо всех своих небольших сил толкнул Торина в здоровое плечо.
На этот раз Дубощит сразу же вскинул на него глаза.

В них застыл немой вопрос пополам с надеждой, и Бильбо, для верности еще раз наступив ему на ногу, сказал:

— Ты будешь со мной драться или нет?

На поляне повисла тишина — гномы, все как один, бросили дела и наблюдали за ними. А Торин вдруг улыбнулся так широко и счастливо, что у Бильбо что-то подпрыгнуло в груди.

— Буду, — отчетливо сказал он и схватил Бильбо за щиколотку. Упасть хоббит не успел — его у самой земли подхватили сильные руки. Торин поставил его на ноги, прихватил два меча — свой и Бильбо — и, указав на чащу, быстро зашагал к деревьям. Бильбо ничего не оставалось, как побежать за ним.

Он и не думал, что Торин захочет драться немедленно, да и, честно говоря, вовсе не горел желанием махать мечами в темноте, но Торин не дал ему времени на раздумья — небрежно кинув оба меча у корней ближайшей сосны, он подхватил Бильбо под бедра и, прижав спиной к шероховатому стволу, жадно поцеловал.
Бильбо охнул на такую внезапную атаку, но поцелуи нравились ему куда больше, чем драки, и потому он лишь скрестил ноги у Торина на пояснице и обхватил руками сильную шею. Торин застонал в поцелуй и притиснул его к дереву еще сильнее, руками оглаживая ноги и бока Бильбо.
Они целовались до умопомрачения, пока у обоих не заболели губы и окончательно не сбилось дыхание.

— Бильбо, пожалуйста… — шептал Торин ему куда-то в шею, покрывая ее лихорадочными поцелуями, — пожалуйста, можно я развяжу твои штаны? Я знаю, что это против традиций, но…

— К балрогу традиции! — прошипел Бильбо, у которого все тело, казалось, пульсировало и горело. — О, прошу, Торин, скорее!
Дубощит немедленно ослабил шнуровку на штанах Бильбо и прижался к его члену своим, который неизвестно когда успел освободить. Они вместе сжали руки и застонали почти в унисон.

— Я так давно этого хотел, так давно, — срывающимся в хрип шепотом сказал Торин, и Бильбо показалось, что он может кончить просто от этих потрясающих звуков.

Они гладили и сжимали оба члена, продолжая целовать и покусывать друг друга, а потом Торин тихо и как-то жалобно застонал, и Бильбо почувствовал, как дрожат его руки, а теплые капли выплескиваются на живот. Этого ему хватило, чтобы кончить следом с протяжным криком.

— Я поймаю Балина и не отстану от него, пока он не расскажет про все до единой ваши странные традиции! — с чувством сказал Бильбо, когда они отдыхали, сидя у корней сосны в обнимку. — Торин, ты мог бы мне сказать, я же ничего не знал.

— А я не знал, что ты не знал, — фыркнул ему в волосы Торин и ласково поцеловал в макушку. — Не надо Балина, я все тебе расскажу сам.

— Хорошо, — расслабленно улыбнулся Бильбо. — Но, Торин, у меня есть к тебе одна большая, очень серьезная, просьба!

— Какая?

— Никогда! Никогда в жизни больше не наступай мне на ноги!

— Клянусь, — радостно засмеялся Торин и обнял Бильбо крепче. — Больше никогда.