Реакция 1
Реакция на состояние Т/И после того, как её семья стала жертвами Чумного Доктора, но та выжила.
Игорь Гром
Ты провела в участке всю долбаную ночь. Просто была необходима как свидетель произошедшего...
По телу пробегала дрожь. Глаза метались из стороны в сторону, зажмуривались, боясь увидеть тот пылающий ужас вновь.
— Спрашивать в порядке ли ты бесполезно, — изрёк он, после долгого перерыва. Казалось, за время вашего молчания можно было добежать с одного конца Питера на другой, — и так вижу, что всё хреново.
Сначала Гром казался тебе кем-то грозным, мрачным, как тучи над родным городом. Сейчас же Игорь был похож на уже покойного отца, сгоревшего вместе с мамой старшим и младшим братишкой... Больной, а вовсе никакой не доктор, сжёг к черту всю семью!
— Да. Всё хреново, — монотонно повторила ты, покручивая кольцо на большом пальце.
— Т/И, родственники ещё какие-нибудь есть?
— Нет. Все, что были сейчас в морге.
Робкий, маленький ребенок прятался за черной кожаной курткой, как за броней, что была велика. Всякому ребенку нужна поддержка.
—Мы найдем этого психопата. —Он просто похлопал по плечу... Лучше, конечно, не стало, ведь от этого твоя семья не воскресла, но... Почему-то чувство малой защищённости приходило. Маленькими, аккуратными шагами подкрадывалось сзади.
Юля Пчелкина
Вы сидели у неё в квартире. Телевизор выключен, кофе остыл. Вы не вставали с дивана ещё с утра, с показа утренних новостей, ведь ты боялась ехать на место пожара... Боялась вообще куда-то идти.
— Они м-мертвы, Юль... Все, — бормотала ты в её плечо. Красноволосая сочувствующе смотрела на заплаканные глаза, покрасневший нос и мокрые щечки. Пчелкина крепко обнимала тебя, укутаную в теплое одеяло, поглаживала по плечикам, — та-ам трупы... Трупы моих родителей и братьев, п-понимаешь? Моих... Не чьих-нибудь, а моих, — истерика душила. Захлебываясь собственными слезами ты в ней тонула.
— Солнце, — убаюкивала она. В одно мгновение Юля будто стала взрослее, взгляд сменился на более нежный... Её глаза всегда имели привлекательную особенность. — всё будет... Всё будет.
— Что будет, Юль?! Ни хрена! — снова взревела ты... Её рука перебирала пряди твоих волос. Молчание. — Что ты делаешь?..
— Ничего. Всё наладится, поверь. Когда-нибудь наладится, я постараюсь помочь тебе...
Ты молча её слушала, она не обещала тебе горы из золота, как делали это люди, что хотели пустить лишь пыль в глаза... Она успокаивала, и всего-то.
Спустя пару часов ты уснула. На подушке ещё оставались мокрые пятна от слёз. Юля не хотела вставать, ты держала её за руку, не отпуская, но телефон, что видимо стоял не на беззвучном, прогремел хлеще грома. Она слезла с дивана, выключила его и собиралась тихо снять сюжет, но...
— Мам, пожалуйста, не уходи, — сквозь сон просопела ты.
Юля за тот вечер не отходила от тебя. Ни на шаг. Но ни разу не упоминула о том, что ты сказала во сне.
Дима Дубин
Он приехал сразу. После первого звонка. Не заставил долго ждать, как обычно это делала ты перед прогулкой. Хотя звонка было два и оба тревожных.
Первый от Грома, с которым они якобы расследовали пропажу двенадцати холодильников, но на самом деле искали и вынюхивали Чумного Доктора.
Второй же от Т/И. Неожиданно короткий, ведь девушка всегда любила разговаривать по телефону.
И что самое страшное: оба звонили с одного и того же места. Из горящего (а на момент прибытия потушенного) дома Т/Ф.
— Т/И! Господи, Т/И, ты... Боже, — слова перемешивались в глубине, застревали неприятным комком в горле, нехотя выходили наружу обрывками храз.
Ты сидела неподвижно, укрытая пледом от спец.службы. Она просто таращилась в одну точку, почти не моргая. Дубину показалось, что он опаздал... Ему почему-то представилось, что Т/И то же мертвое тело, что погрузили в машину недавно. Сам видел. Работа такая.
Но нет. Ты была жива.
Простые объятия без всяких слов. Они у него обладали чудесной силой. В них было намного теплее, уютнее...
Сергей Разумовский
Ты проснулась не в кровати, как рассчитывала, а лёжа на диване. Явно не в своем и точно не дома. Слишком уж тут красиво и убрано...
Узнать это место не составило особого труда: большие панорамные окна, четыре огромных аппарата со сладостями и картина "Рождение Венеры" позади. Офис Сергея был знакомым местом, в котором основатель "Vmeste" появлялся чаще чем дома.
Собственно говоря, виновником твоего пробуждения был телефон. Вышеупомянутая соц. сеть автоматически подключила тебя к трансляции. Пользователь "Чумной Доктор" был не где-нибудь, а у твоего дома.
— Сергей... — его нигде не было.
— Разумовский, — прозвучало более тревожно.
— Серёжа, — шёпот, порождающий хаос. Разрушить ты ничего не могла, моральные принципы не позволяли даже прикоснуться к тому, что дорого сердцу рыжика.
***
— Т/И, это ужасно.
— По-твоему я этого не понимаю?.. они не возродятся из пепла, как чертов феникс! Я должна была сгореть, — ты никогда не выпивала так много алкоголя, тем более из горла. Но полупустая винная бутылка говорила об обратном.
— Не говори так. Это неправда! Т/И...
Он мысленно дал себе обещание всегда, если представлена возможность, быть рядом с тобой. Потому что боялся, что в отсутствие Разумовского ты что-то с собой сделаешь. Что-то, что исправить он уже не сможет.
Птица
— Ты не представляешь, как они меня достали, — ты, сползая вниз по двери, зарывалась пальцами в волосы, сжимала их и была готова вырвать с корнем.
В углу комнаты стоял высокий, с длинными рыжими локонами, парень. Его глаза горели желанием и жёлтым светом, пленили и манили за собой. Она знала, что если идти за этим золотым блеском, то рано или поздно погибнет, точнее он погубит её. Но он молчал. Птица никогда не поступал так, ведь он любил говорить, наводить свой порядок в голове Т/И, внушать выгодное ему, навязывать свое мнение и идеи, был голосом в её голове и самым частым гостем.
Его взгляд был не суров, не полон безумия, что часто искажало лицо этого человека. А человек ли это? Малое сочувствие промелькнуло в нём и тут же пропало, мгновенно испарилось.
***
После произошедшего он ничего не делал. Просто наблюдал за тобой, вновь саморазрушающейся. Ты не знала, как он выглядел. Но ты его слышала и чувствовала присутствие Птицы. Как он тебя видел, оставалось только догадываться...
Олег Волоков
Олег сидел с тобой за кухонным столом. Аппетита не было, как бы хорошо Волков не готовил, какими бы вкусными не были его блюда а-ля "Шеф Мишленовского ресторана в отпуске", есть ты отказывалась.
Чай был ужасно крепким, без крупинки сахара, и тебе казалось, что в большой кружке не заварка, а коньяк. Очень горячий коньяк.
Только это привело тебя в чувство.
— И что дальше? — отхлебнув, ты поставила кружку на место.
— На улицу тебя я не выкину. Ты же прекрасно это понимаешь, — он вздохнул. Т/И он понимал как никто другой. — Поживешь у меня, ладно?
— И что, так до конца жизни буду сидеть на твоей шее, Волков?
— Не "на шее", а считай, что это просто дружеская поддержка. Разве это плохо?
— Ты всегда меня выручаешь...
— И буду, — он прижал тебя к себе. Твоё ухо было у его груди и ты слышала, как стучит его сердце, чувствовала, что Олег дышит.
"Хотя бы ты, Олег, — пронеслось мимолётно, — хотя бы ты живи... Пожалуйста".
Марго
— Пользователь Zero_0 упомянул вас в своих записях, как и сто три прочих, — оповестила тебя девушка с приятным голосом и белыми волосами. Она была очень милая и, к сожалению, нереальная. Просто голосовой помощник в офисе Сергея. Но она относилась к людям намного лучше и вежливее, чем они друг к другу, — мне открыть их, Т/И?
— Эти люди ни капли не сочувствуют, а просто жаждут популярности... — люди просто писали однотипный текст под одним из самых популярных хештегом, связанным с Чумным доктором и его новыми жертвами,— пустые слова никого не воскресят... Марго, увы и ах... Моя семья пепел и прах.
— Мне записать вас на реабилитационный сеанс?
— Н-нет.
— Позвонить Сергею?
— Тем более не надо.
Марго пыталась помочь в меру своих сил и умений, а также установленной программы и наказов Разумовского "при любом подозрительном маневре Т/И звонить ему".