змей

- что же ты так давно хочешь со мной обсудить? - спрашивал весело Диэл, смотря на Элиота что наконец решился с ним на разговор.

- я хочу узнать, что касается моего тела... - не успел догово ить парень, как он его перебил, расплывшись в ухмылке.

- ох, неужели ты хочешь родить ребёнка от Рамаэля? Не успели сойтись вновь, а уже о детях мыслите. - проговорил он, завидев сильное удивление на лице беловолосого.

- о чём это вы? Это ведь невозможно...

- хм, разве Энджел тебе уже не говорил?! Я думал он тебе уже давно сказал, вы ведь с ним гермафродиты. - только сказал бог, как у парня и вовсе пропал дар речи.

- стоп, стоп... Погоди, как это? У меня ведь явно только мужские половые органы. - недоумевая спрашивал Элиот, ведь эта новость вовсе сбила его с пути. Он даже забыл о чём хотел с ним поговорить, пытаясь разобраться с новой информацией.

- в человеческом облике у тебя есть матка, но она находится внутри твоего тела, женских органов у тебя нет. Однако если ты примешь свою истинную полузмеиную форму, то у тебя будут признаки обоих полов и ты можешь если захочешь зачать дитя. - спокойно объяснял Диэл, всё сильнее вводя в ступор парня. - вот только он будет смертным скорее всего, пусть и более крепким. Ты точно его переживешь.

- постой... Энджел, если он тоже гермафродит, он ведь.... Боже... - в ужасе прошептал Элиот, осознав сейчас что он с Рамаэлем натворил.

- я здесь, к чему взывать в молитве. - смеясь проговорил он, завидев уже гнев на белом лице.

- это вовсе не смешно! Энджел, я ведь столько времени пробыл с ним в одном теле... Рамаэль... Я ведь... Из-за меня ему пришлось столько пережить, а ведь он даже мог забеременеть....а если бы это правда случилось... - вовсе отчаявшись проговорил Элиот, истезая себя дурными мыслями.

- хах, ты не меняешься даже спустя столько жизней. Это уже третья, а твоя эта черта осталась неизменной. Тебе следует научиться думать о себе, а не о других. К тому же в произошедшем твоей вины нет, это лишь поступки Рамаэля. - спокойно выразился Диэл, но казалось его слова не сильно успокоили мальчишку. - может ты не заметил, но Энджел вовсе не выглядит расстроенным и о нём тебе уж точно переживать не стоит. Совсем скоро он станет богом, к чему ему эти переживания о прошлом.

- он станет богом? - переспросил Элиот, отвлекшись от своих мыслей. - так скоро? Он мне не говорил об этом...

- среди смертных его никто не держит кроме тебя. Ту семью, что он ждал столько лет является богами, не удивительно что он хочет быть ближе к ним. Энджел очень сильный ребёнок, такой стойкий и целеустремлённый, он никогда не отказывается от своих принципов. Он мне в самом деле нравится~ - проговорил Диэл, вновь увидев это презрение в серых очах. - что так смотришь?

- твои слова вызывают очень плохие мысли. Эта ухмылка говорит, что нравится он тебе далеко не как родственник. - с подозрением высказался Элиот.

- ха, с чего это ты вдруг?! Боишься что Энджела обижу? В отличие от людей нас плотские отношения не интересуют, та и надобности в этом никакой. В загробном мире одному довольно скучно, он был бы хорошим помощником, однако было бы хорошо, связывая нас что-то большее, чем рабочие отношения. - с ухмылкой проговорил Диэл, видя его поникший вид.

- Энджелу пришлось очень многое пережить за столь короткую жизнь, поэтому я хочу чтобы хотя бы сейчас он смог стать счастливым. Я очень виноват перед ним, за то, что с ним произошло в плену... - грустно выдавил Элиот, услышав тяжёлый вздох бога.

- но ведь это не то, что ты хотел со мной обсудить, верно? - напомнил ему бог, видя как тот сразу оживился.

- я чуть не забыл. Я хотел узнать, раз уж я полубог, ты говорил что меня смертным убить нельзя и я своего рода бессмертный. Тогда почему мы с Энджелом взрослеем и ваши потомки в лице первосвященника тоже стареют и умирают?! - спрашивал серьёзно Элиот, пытаясь разобраться со всем этим.

- хм, ну смотри, убить вас обычным людям можно сказать невозможно, но это не значит, что вы не будете стареть и умирать по естественным причинам. Каир поскольку как и многие его предшественники, является дитям полубога и смертной. Чем дальше длиться его род, тем меньше божества в нём остаётся. Его сила больше, чем у обычных людей и продолжительность жизни в том числе. К твоему сведению, ему уже девяносто лет. - проговорил Диэл, чему очень удивился Элиот.

- но ведь он выглядит от силы на сорок.

- вот именно, если постарается, сможет прожить двести лет. В своём роду он хочет стать последним наследником божественной крови. Вот что касается вас с Энджелом, то вы дети бога и змеи. Змеи сами по себе сильнее людей и живут дольше, пусть развиваются куда быстрее. Уже очень скоро твоё тело начнёт замедлять твой рост и старение, ты легко сможешь прожить более трёхсот лет, будучи полубогом. - более углублённо объяснил бог, видя как он задумался.

- но ведь Рамаэлю уже почти сорок... Даже при обычных обстоятельствах я бы легко смог его пережить, а теперь и вовсе... Ведь остаток его жизни, на фоне моей, это лишь крошечный отрезок времени. - разочарованно проговорил Элиот.

- я удивлён тем, как сильно ты его любишь, не успел вернуться к жизни, а уже думаешь о вашей смерти. Неужели ты вовсе не видишь свою жизнь без него? - серьёзно спрашивал Диэл.

- я очень его люблю... Я хочу провести с ним всю оставшуюся жизнь, но я бы не смог перенести его смерть и жить дальше. Становиться богом я тоже не хочу... - проговорил Элиот, глубоко погрузившись в свои мысли. - есть ли способ сделать меня смертным? Отец ведь смог сделать это в той жизни, я даже умер из-за этого. Если такое в самом деле возможно, я бы хотел чтобы моя душа переродилась вместе с его в другом мире.

- я могу это сделать, однако у тебя после не будет возможности вернуть всё обратно. Я не стану делать этого сейчас, дам тебе время до его смерти. Если и в тот день ты не передумаешь, я сделаю как ты того хочешь.

- тогда можно считать что мы договорились. - проговорил Элиот, наконец найдя для себя смысл в этой жизни.

В будущем его ждало лишь ещё больше проблем, ведь совсем скоро им предстоит вернуться во дворец.

Тяжелее всего ему далось прощание с Энджел, ведь совсем скоро они станут очень далеки друг от друга.

- значит теперь мы с тобой пойдём разными дорогами... - грустно проговорил Элиот, сильно привязавшись к своему брату за столь короткое время. - надеюсь теперь ты станешь счастливым.

- со мной всё будет в порядке, но ты должен себя беречь. Пусть ты и стал намного сильнее, но это не значит что ты неуязвим. Береги себя, если что-то случиться обращайся к нам. - спокойно проговорил Энджел, слегка улыбнувшись ему, крепко обняв брата.

- надеюсь на свою свадьбу ты нас всё же пригласишь ~ - с ухмылкой проговорил Диэл.

- вы ведь теперь моя семья, конечно. - отвечал Элиот, когда к нему подошла женщина, нежно обняв на прощание, поцеловав в лоб.

- я тебя очень люблю, если что-то случиться, ты всегда можешь попросить у нас помощи. - сказала она с нежной улыбкой на лице, волнуясь за своё дитя.

- хорошо. - сказал лишь Элиот, распрощавшись со всеми, погрузившись в экипаж.

Путь предстоял очень длинный, но это меньшее что его волновало. Теперь когда он вернул свои воспоминания, он отчаянно желал встретиться со своими родителями.

- мы возвращаемся домой, но ты выглядишь ещё мрачнее, чем когда мы сюда ехали. Ты жалеешь о своём выборе? - спрашивал Рамаэль, волнуясь, что тот всё же оставит его.

- нет, я уверен в своём выборе и чувствах. Я по прежнему сильно тебя люблю, просто в моей душе много переживаний о прошлом и будущем что меня ждёт. - спокойно отвечал Элиот, взглянув в его янтарные глаза. - я боюсь встречи с родителями... Мне стыдно взглянуть им в глаза после того, что я сделал... Ведь как бы больно мне не было, в тот момент я совсем не подумал о их чувствах...

- они по прежнему сильно тебя любят и никогда от тебя не откажутся. Уверен они будут без ума от счастья, когда увидят тебя. - пытался его как-то подбодрить мужчина, но настроение парня было по прежнему подавленным.

- это меня и пугает... Я причинил им столько боли, но я знаю что из любви ко мне они не смогут держать на меня зла. - вымолвил Элиот, завидев как изменилось настроение Рамаэля.

- но ведь ты смог меня простить, не смотря на то, как ужасно я поступил с тобой в этой жизни... Я сильно провинился перед тобой, но неужели мне так же стоит винить себя и дальше, как ты это делаешь с собой? - проговорил мужчина, завидев удивление на его лице, когда по щеке и вовсе стекла слеза. - прости, я не хотел видеть твоих слёз.

- нет, ты в самом деле прав... Если я буду винить себя и дальше, даже получив прощения, им легче от этого не станет. Мне стоит сосредоточиться на том, как бы сделать этот остаток времени счастливым для них, дабы искупить то, что произошло в прошлом. - проговорил Элиот, когда тот нежно целовал его пальцы.

- ты теперь так сильно похож на себя прежнего, мне даже немного страшно... Кажется будто это мой бредовый сон, я столько лет мечтал об этом. - сознался Рамаэль, не в силах держать чувства внутри.

- когда я вспоминаю наше детство, на душе становится очень тоскливо... Если бы твой отец не был так настойчив, всё могло быть совсем иначе. Он и я, мы всё ещё были бы живы, хотя думаю думать о таком вовсе бессмысленно. - проговорил Элиот, вскоре продолжив свою мысль. - помнишь то общение, что ты мне дал в саду. В то время я даже представить себе не мог тебя с кем-то другим, но у тебя уже три жены и шесть детей. У меня даже сейчас это с трудом в голове укладывается.

- если ты против, я прогоню их всех, но это всё равно займет время. - уверенно отвечал Рамаэль, видя его задумчивое лицо.

- нет, они здесь ни при чём, но что касается Альпины... Тут нам спешить нельзя, я сам найду способ от неё избавиться. В этот раз я должен ей отомстить, больше я не буду бояться. - уверенно проговорил Элиот, завидев удивление на лице мужчины. - странно меня видеть таким? Ведь я уже не тот, что был раньше, я дважды умер страшной смертью, подобное не могло не отразиться на мне. Я уже давно осознал насколько десток бывает этот мир, а потому чтобы жить счастливо, я должен за это бороться.

- да, я не привык к этой твоей стороне, но я всегда любил и буду тебя любить. Кем бы и каким ты ни был, ты для меня останешься единственным. - с улыбкой проговорил Рамаэль, нежно поцеловала его уста.

Продолжение следует...