змей

Прошло более двух недель, когда Рамаэль наконец получил заветное письмо из храма бога смерти. У него уже вовсе истекало терпение от вечных выходок этих двух. Они буквально сводили его с ума.

Энджел со змеем стали словно одним целым, различить их было невозможно, казалось они даже начали его обманывать.

Те прекрасно выполняли свою роль, дабы вывести императрицу, один раз даже парализовав её тело при защите.

Та была в не себя от ярости, уже собираясь убить их, но из-за Каена не смогла сделать этого. Поскольку Асур стал вести себя спокойно, ему пришлось вернуть его в основной дворец. Что и было странным, то что они с Энджелом за столько времени ни разу не сцепились, казалось даже их отношения стали слишком хороши. Это не могло не беспокоить его.

По мимо того он заметил сильное сближение змея с его первой наложницей, чего он совсем не мог понять, поскольку тот постоянно избегал её детей. С Амуром Энджел и вовсе не поддерживал связь, пусть тот постоянно пытался подобраться к нему. Вторая наложница и вовсе подозрительно притихла.

Весь этот хаос во дворце вызывал у него лишь ежедневную головную боль. Теперь он и вовсе начал задумываться, хороша ли была идея воскрешать душу его любви. Лишь только вспоминая образ Элиота и его улыбку он приходил в себя, понимая что это то, что он должен был сделать.

Открыв письмо мужчина сморщил лоб от привычной ему уже боли, начав читать текст.

- "мы готовы принять вас в нашем благочестивом храме бога смерти Даэлиса. Ждём вас по окончанию седьмого месяца, я буду молиться богу, чтобы ваш путь был быстрым и безопасным." - так гласил текст письма, когда впервые за это время на его устах появилась улыбка. Его настроение тут же поднялось, когда он быстро покинул покои, отправившись к Энджелу.

- не спишь? - с улыбкой задал вопрос Рамаэль, войдя внутрь, увидев стоящего на балконе парня, что опёрся руками на край ограды. Тот выглядел всё так же прекрасно, пока ветер развевал его белые локоны.

- нет... Сегодня мне что-то не хочется. - умиротворённо отвечал мальчик, продолжая наблюдать за закатом. - предполагаю у вас ко мне что-то есть, раз уж вы так неожиданно пришли.

- да, ты прав. Пришло письмо из храма, они готовы принять нас у себя. Теперь мы наконец можем разобраться с этой путаницей и узнаем правду, кто из вас двоих Элиот. - проговорил он, подойдя к нему ближе, обняв со спины, уткнувшись лицом в его шею.

- что если всё же никто из нас не окажется вашим возлюбленным? - спокойно спрашивал Энджел, коснувшись его рук своей левой.

- такого просто быть не может. Я уверен в этом. - отвечал Рамаэль, нежно поцеловав его шею.

- когда мы отправляемся? - спросил Энджел, желая поскорее сопроводить его за двери.

- уже завтра в обед, я приказал слуге подготовить всё к поездке. Дорога займет около месяца из-за наших остановок на ночлег. Тебе нечего боятся, я защищу тебя. - шептал он ему на ухо, всё продолжая целовать, было прекрасно видно, что у него хорошее настроение.

- тогда мне следует всё же пойти лечь спать, раз меня ждёт такой изнурительный путь. - проговорил он, попытавшись отцепить его руки, но тот не желал его отпускать.

- побудь эту ночь со мной.

- нас ждёт целый месяц дороги, разве вам будет недостаточно времени со мной в пути?

- нет, я буду постоянно занят всякими мелкими делами, потому почти не будет времени на тебя. Пусть даже мы будем ехать в одном экипаже. - слегка грубее объяснил он, усшав как тот тяжело вздохнул.

- хорошо, как пожелаете. Только я предпочту спать в своих покоях.

- в этом нет проблемы.

- ваше величество... - поклонившись трусливо выдавила девушка.

- докладывай. - грозно вымолвила императрица, ударяя ногтем о стол, создавая громкий ритмичный звук. Лишь по одному её виду было хорошо ясно, насколько та зла.

- его величество император собирается отправится в храм бога смерти, что на далёком западе нашей империи... Вместе с его наложником Энджелом.... - совсем тихо проговорила та, завидев безумный блеск в глазах своей госпожи.

- интересно, с чего бы это ему понадобилось, раз его первая любовь переродилась в этом теле? Он точно что-то скрывает от меня, вот ведь сволочь... - безумно зло выдавила она, когтями оставив глубокие рубцы в деревянном столе. - пошли Эмильду с ними в путь, пусть будет личной служанкой этого отродья. Не вздумай и словом обмолвиться о том, что это приказала я, иначе я буду долго и мучительно резать твою плоть пока ты всё ещё будешь жива.

- я....п-поняла.... - заикаясь от страха с трудом вымолвила девушка, вовсе побледнев словно мел, быстро убежала вон.

Уже в обед из дворца выдвигалась целая делегация, которую провожали все женщины и дети императора.

Энджел лишь взглядом окинул присутствующих заметив Альпину, что была чрезмерно спокойна, заподозрив неладное. Ему уже было вовсе плевать какие интриги плетут эти люди, поскольку уже через месяц решится его судьба...

Путь предстоял вовсе не близкий, но он был готов к этому испытанию.

Как и предполагалось к самому вечеру они ехали в экипаже, практически не прерываясь. Всё время Рамаэль был занят какими-то документами. Энджел вовсе не мог понять, как в такой тряске у него получается сосредоточится ещё и так аккуратно писать.

Пока тот был занят, он просто развлекал себя наблюдая за дорогой, то и дело пересекаясь взглядами со стражей.

На улице начало темнеть, когда они наконец прибыли к ближайшему поселению, которым оказался небольшой сельский посёлок. Экипаж остановился у самого богатого и большого дома в краю посёлка.

Как оказалось это было поместье барона, что конечно же радушно принял их у себя.

- прошу проходите, ваше величество. Для меня такая честь что столь почтенный человек посетил моё скромное жилище. Этот день станет самым величественным в моей жизни. - всё продолжал лить мёд в уши барон, бросив свой взгляд на необычной внешности незнакомца. Все по мимо дворца ещё даже не были опознаны в том, что у императора появился наложник. Мужчина вовсе бесстрашно предположил что этот мальчишка предназначен для того, чтобы согревать его в ночи. Никто более, как куртизанка с необычным происхождением.

- вижу в этот раз вас сопровождает "милашка", тогда я попрошу слуг подготовить для вас комнату побольше. - ехидно ухмыляясь проговорил он, когда уста императора исказились в злой гримассе.

- как ты посмел назвать его? Та как твой гнилой язык только посмел это произнести! - тут же вспылил Рамаэль, уставший от дальнего пути, только вот Энджел не понял значения этих слов. Все окружающие казалось точно знали их истинное значение и врятли это означало что-то хорошее, раз тот так сильно вспылил.

- прошу прощения, я каясь... Совсем старик, мозги протрухли... Не знаю что говорю, прошу помилуйте... - тут же упал на колени барон, чуть не целуя его руки.

- не стоит, я устал. Давай отдохнем вместе~ - нежно прошептал Энджел, ему на ухо, держась рукой за его плечо. Тот перевёл на него взгляд, видя его улыбку тут же поумерил свой пыл.

- ты прощен. Ты должен благодарить бога за то, что моя любовь так к тебе снисходителен. Запомни навсегда, никто не смеет тронуть моё, даже словом. - грубо возразил Рамаэль, последовав за слугой в предназначенную для них комнату.

Энджел тут же присел на кровать, скинув свои сандали, удовлетворённо улыбнувшись, сумев наконец хорошенько потянуться всем телом. Поездка в экипаже была ещё более тяжёлой, чем на корабле, казалось он уже вовсе отбил себе зад о каждую кочку по пути.

- тебе наверное тяжело. Устал? - спрашивал Рамаэль, уложившись на кровать, когда Энджел быстро подсел к нему, облокотившись локтем на подушки, лишь улыбнулся.

- да, но вы кажется ничуть не меньше. Могу я спросить что значили его слова? Вы все отреагировали как-то странно, пусть в моём мире это считается комплиментом. - спокойно спрашивал он, увидев недовольный взгляд мужчины.

- что за глупый мир, подобное считать за комплимент, что за бред... - возмутился Рамаэль, резко рукой прижав его к себе, уткнувшись лицом ему в грудь. - иными словами он назвал тебя благородной проституткой.

- что? Так в вашем мире проституток называют милашками? - совсем удивленно спрашивал Энджел, он и понятия не имел, что это значило. Почему-то он вспомнил все те разы, когда его звали милашкой, на душе стало так гадко.

- не только, есть много других обозначений, но я не хочу говорить о таком, давай поспим. - проговорил Рамаэль, внезапно уснув. Это произошло так быстро, что он даже не понял когда.

Ему ничего не оставалось кроме как уснуть тоже, а тут вновь знакомая белая пустота и хорошо знакомый ему змей.

- что будем делать если кто-то из нас его обожаемый Элиот? - спрашивал Энджел у него, сразу перейдя к делу.

- а что нам остаётся? Тот кто им окажется будет навечно его пленником. Если он смог уговорить самого бога Диэля переродить свою первую любовь, то удержать у себя человека ему не составит труда. - серьёзно отвечал змей.

- окажись я им, ты бросишь меня и сбежишь? - не менее серьезно спрашивал тот.

- с чего ты решил? Я попытаюсь тебе помочь, только действовать придется быстро. Ты будешь должен отдать контроль мне. Помни, нас связывает одно тело, я не могу бросить тебя. - отвечал ему змей, когда Энджел лишь тихо посмеялся.

- надеюсь я не он, это было бы слишком. - смеясь отвечал парень, вот только ему было вовсе не весело.

- не паникуй раньше времени, мы ещё не достигли даже храма. Как только попадём внутрь будь особо бережен. - сказал змей, резко затихнув.

- что?

- что-то не так, я проверю. - сказал лишь змей, как тут же открыл свои глаза увидев над собой возвышающуюся темную фигуру. Странно, но он не смог разглядеть его лица и даже шелохнутся.

Его словно всего парализовало, когда он безмолвно смотрел на незнакомца, всего мгновение, как он моргнул и фигура исчезла. Тело вовсе бросило в дрожь, когда он смог пошевелится, словно начал вновь дышать.

- что это было... - тихо проговорил змей, пребывая в большом шоке. До конца ночи он так и оставался в сознании, боясь как бы то нечто не вернулось вновь...

На утро Рамаэль наконец проснулся от громкого стука в дверь. К сожалению им было пора отправляться, вот только змей выглядел как-то необычайно тихо.

- что с тобой? - непонимающе спрашивал Рамаэль, когда тот продолжал глядеть куда-то в стену.

- всё нормально, нам нужно выдвигаться. - только и ответил он, на что мужчина решил всё же оставить его в покое.

Продолжение следует...