Признание в чувствах.
Игорь Гром.
Утром следующего дня Савина просыпается по будильнику. Невольно постанывая и потягиваясь в постели после пробуждения, она какое-то время молча смотрит в потолок, а затем, услышав в стороне сопение, вздрагивает всем телом. Как только она видит рядом с собой Игоря, то немедленно подскакивает с постели и только сейчас понимает, что одета в одну лишь футболку на голое тело.
— Нет-нет-нет! — Тараторит она, едва веря во все происходящее.
Заволновавшись, девушка начинает искать свою одежду по спальне, параллельно с тем шипя от жуткой головной боли. Спустя время, уже натянув на себя свежее белье, Савина натыкается на вчерашние трусики, которые были расположены в ногах спутника. К счастью, забрать их удается без свидетелей, потому что Гром, кажется, всё еще крепко спит. Лишь после того, как Саша отворачивается и начинает цепляться взглядом за всё подряд, она слышит позади себя чей-то недовольный шёпот. Найденное белье приходится откинуть на близстоящий комод.
— Ох ты... — Игорь, медленно отходя ото сна, пытается подняться, но из-за проявленной резкости он только хватается за голову. — Савина?
Мужчина глядит на прежнюю напарницу, не скрывая своего удивления, а после начинает осматриваться в малознакомой комнате.
— Какого черта? — Обращается он к собеседнице.
— Знаешь, мы просто вчера перевыпили. — Саша замечает, как в один миг меняется выражение лица Игоря, однако она продолжает держаться уверенно. — Вот я и уложила тебя в своей спальне.
Причина, по которой Гром сначала недоумевает, а потом и удивляется, раскрывается почти сразу после произошедшего. Поёжившись на месте, мужчина неожиданно достаёт из-под себя бюстгальтер собеседницы.
— Ну или мы переспали. — Вскинув брови, Игорь начинает тихо смеяться, откидывая находку на место, где прежде спала Савина. — Серьёзно?
— Мне жаль. — Тут же теряется девушка, до боли впиваясь ногтями в собственными ладонями. — Это правда был перебор. Прости, Игорь.
— Да ладно тебе. — Мужчина, откинув голову на мягкую подушку, прикрывает глаза. — Что сделано, то сделано. Оба хороши всё-таки.
На какое-то время между собеседниками воцаряется ненавязчивая тишина. Каждый из двоих ещё с пару минут осмысливает ситуацию, а затем Савина, резко втянув воздух, подается вперёд.
— Слушай, я обещаю, что не буду воспринимать это всерьёз. И я буду держать язык за зубами.
— Не надо. — Немедленно хмурится Гром. — То есть... Я про первое.
— М? — Девушка даже не сразу верит в то, что слышит.
— Всё серьёзно, Саш. Правда серьёзно. — Мужчина запускает пальцы в растрёпанные волосы, устремляет взгляд в потолок, и теперь он точно не сможет расслабиться. — Нет смысла бежать от очевидного.
— Игорь, что ты... — Савина на мгновение прерывается, а почти сразу после продолжает, окончательно собравшись с мыслями. — Слушай, я сейчас заварю нам кофе, и мы всё обсудим.
— Ты на работу-то не опоздаешь? — Интересуется Игорь, приподнимаясь на локтях.
— Должна успеть. — Александра даже не удосуживается поинтересоваться, который час. Со всем этих переполохом она уже почти забыла, ради чего просыпалась в такую рань. — Я пойду чайник кипятиться поставлю. Не задерживайся здесь.
— Ага.
Ответ мужчины звучит сдавленно, потому что он начинает подниматься с постели. А Савина, не дожидаясь спутника, спешно покидает спальню. По пути на кухню она успевает испытать ещё целую бурю эмоций: начиная от обиды, переходя к облегчению и заканчивая радостью. Вот-вот они с Громом ещё раз поговорят обо всём, что между ними происходит, и окончательно разберутся в своих чувствах. И одна только мысль о подобном не может не вызвать на лице Саши ясную улыбку.
Дима Дубин.
Весь следующий рабочий день Дима и Варя несколько раз обменивались многозначительными взглядами, периодически улыбались друг другу, а порой Демина, убеждаясь, что никто на неё не смотрит, отправляла Дубину воздушные поцелуи. Парень хоть и смущался, но не скрывал того, что ему нравится всё происходящее.
К концу смены Дубин, на удивление, решил не задерживаться на работе, а уйти вместе с остальными коллегами. В небольшой толпе он быстро нашёл Варю и, не взирая на пару обращённых к нему взглядов, пристроился у бока подруги.
— Привет.
— Привет. — Демина сначала колеблется, а затем широко улыбается, обводя силуэт спутника заинтересованным взглядом. — Вот уж удивил так удивил.
— Да, решил сегодня уйти в соответствии с графиком. — Дима слегка задирает подбородок, явно гордый собой. — Подумал, что пока завалов на работе нет, можно не задерживаться.
— Ага, умно. — Варя глядит на окружающих пару коллег чуть скучающе. — Слушай, может мы тогда прогуляемся? Раз уж ты свободен.
— Могу проводить тебя до дома.
И девушка, не сдерживая потянувшиеся в стороны уголки губ, начинает кивать. Как же она безумно рада, что после вчерашнего отношение Димы к ней осталось неизменно. Или даже стало чуть теплее, чем прежде.
До дома Демина обычно добирается за двадцать минут, но сейчас, в компании Дубина, она потратила на тот же путь целый час. Но это с учетом того, что пара ещё забегала в кофейню, счёт в которой, кстати, целиком оплатил спутник Вари. Дима проводил подругу до подъезда и, кажется, уже был готов подняться с ней до нужной двери, но Демина всё-таки решила отправить собеседника домой, пока не стало сильно поздно. А минуты шли предательски быстро. И вот, когда подходит время окончания прогулки, Дубин неожиданно скоро заводит новую тему для разговора.
— Слушай, Варь. — По поведению парню видно, что он волнуется. — Я тут спросить хотел...
— Да? — Интересуется девушка, продолжая улыбаться. Её непоколебимый позитивный настрой не сбивается и после того, как спутник начинает запинаться.
— Знаешь, после вчерашнего мне показалось, что... То есть я даже уверен. — Дима придерживает паузу, в которую нервно сглатывает. — Уверен в том, что я совершенно точно испытываю к тебе больше, чем просто дружескую симпатию и вроде этого. Вот...
— О. — Демина пытается изобразить удивление, но она выглядит чересчур довольной, а потому решает выразить испытываемую радость. — Если честно, то я тоже! Причём не только после вчерашнего.
— Ох. — Парень выдыхает настолько громко, что его собеседница едва сдерживает смешок. — Я боялся, что это будет не взаимно. Так мы, получается...
Не дожидаясь ответа, Варя приникает к губам Дубина, оставляет на тех мягкий поцелуй, одновременно подбадривая спутника и успокаивая его нервозность. Дима после этого только криво улыбается, кажется, получив ответ безо всяких лишних слов. Он не может оторвать от девушки восторженного взгляда, то и дело взор устремляется на её губы, и парень, кажется, не может поверить в то, что их некогда интрижка действительно переросла в самые настоящие отношения.
Остается только не опускать руки после достижения желаемого и учиться распределять время так, чтобы весь день занимала не только работа, но и время, проведённое со своей второй половинкой.
Юля Пчёлкина.
Пчёлкина просыпается первая, и она искренне удивляется, когда обнаруживает на себе Карину, которую некогда обнимала. Почти сразу девушка вспоминает обстоятельства, при которых подруги уснули прямо на диване и в подобном положении, и ей становится неловко. Как они только допустили то, что произошло вчерашней ночью?
Хоть и нехотя, но Юля вынуждена разбудить Одинцову, потому что иначе ей просто не подняться с места. Карина сначала недовольно мычит, затем стонет от тупой боли в затёкшей за ночь шее, и только после всего она открывает глаза. Зрачки сужаются, стоит только девушке остановить взгляд на Пчёлкиной, что сидела рядом в одном только белье. Девушка краснеет, она пытается подобрать слова, но всё тщетно, и подруги продолжают молча смотреть друг на друга.
— Вот влипли. — Усмехается подруга, а параллельно с тем устало трёт глаза.
— Юль, прости! — Тут же приходит в себя Одинцова. — Я не хотела...
— А я хотела. — Безучастно отвечает собеседница, после чего опускает взгляд в пол. — Помнишь, наверное, как хотела.
— Юля... Чёрт.
Карина откидывает голову на ручку дивана, после чего запускает в волосы ладони и до боли стискивает пальцами пряди, не позволяя себе отвлечься от темы или расслабиться.
— Да я тоже хотела, чего греха таить. — Вздыхает она, ещё не осмеливаясь глядеть на спутницу.
— Вот уж незадача. — Тянет Пчёлкина, ухмылясь. — Слушай, подруг, и как мы будем теперь? Или мы уже не просто подруги?
— Любовницы? — Смеется Карина, отрывая затылок от мягкого места и приподнимаясь на локтях.
— Возлюбленные? — Продолжает Юля, смущая собеседницу своим вопросом. Девушка, замечая, что подруга краснеет, начинает улыбаться. — Значит возлюбленные.
— Как же у тебя всё просто, ну. — Одинцова качает головой, а вскоре подскакивает с места и потягивается, напрягая мышцы и окончательно пробуждаясь. — Что, любимая, на кофе не позовёшь?
Собеседницы смотрят друг на друга с улыбками, ещё не до конца понимая, как реагировать на ситуацию. Но в одном они уверены точно: обе правда хотят отношений, но они ещё слишком смущены и потеряны, чтобы признаться в этом хотя бы самой себе.
Сергей Разумовский.
Разумовский ни разу не говорил прямо о том, что любит Лыкову. Он обходился фразами по типу «Я тебя ценю», «Ты мне дорога», однако о любви или доверии речи не шло. И это, признаться, немало расстраивало девушку. Однажды Виктория решилась мягко намекнуть спутнику о своих чувствах, но Сергей в первый раз сделал вид, будто не услышал, а во второй он только отмахнулся со смущением.
С тех пор прошло уже пару дней, и сейчас, поглаживая уснувшего на коленях девушки Разумовского по мягким рыжим волосам, Лыкова едва сдерживает слезы. Она ласково смотрит на умиротворённое и бесконечно красивое лицо парня, периодически осторожно зарывается в его волосах, мучаясь от неприятных пощипывающих ощущений в носу. Никогда ещё он не был перед ней так беззащитен, расслаблен и отстранен от работы.
— Почему всё так непросто, Серёж? — Шепчет она, второй рукой слегка сжимая рубашку спутника.
Вика откидывает голову назад, укладывает её на спинке дивана и, больше не сдерживаясь, громко всхлипывает. Горячие слёзы касаются щек, лицо облает жаром, и девушка краснеет уже в следующую же момент.
— Я просто хочу тебя любить. А ты не даёшь... Почему?
Лыкова разговаривает сама с собой, но ей отчего-то кажется, что она ведёт диалог с Разумовским. Ведь разговоры с ним ничем не отличаются от того, что происходит сейчас. Она вечно говорит, делится, беспокоится, а он только скрывается, слушает, умалчивает и недоговаривает.
— Я думала, что у нас всё будет хорошо. — Приподняв голову, Вика глядит на сладко спящего парня, окончательно отчаявшись. — Где я просчиталась?
Лыковой, конечно, мало верится в то, что их с Сергеем будет ждать хорошее будущее. Но ведь надежда, так или иначе, всё равно умирает последней.
Олег Волков.
После пробуждения Дарья в первую очередь задумывается о том, чем была занята весь вчерашний вечер, ведь она ещё не успела до конца проснуться, а голова уже начинает гудеть. Воспоминания отрывистые, но из них удаётся выстроить какую-никакую картину: девушка напивается в баре, Олег провожает её до квартиры, она соблазняет спутника, тот поддаётся искушению... а дальше?
Михеевой остаётся только молиться и верить в то, что ночь ограничилась заигрываниями и флиртом. Она почти уверена, что Волков уехал домой еще вчера, но каково же удивление девушки, когда она натыкается на мужчину, вступив на кухню. Тот выглядит спокойным, даже выспавшимся, и он уже допивает кофе, которое заварил пару минут назад.
— Олег? — Даша вскидывает брови. — Доброе утро. Давно проснулся?
— Утро. — Волков мельком глядит на настенные часы, расположившиеся над дверным проёмом. — Полчаса назад.
— Блин. — Михеева опускается на стул напротив спутника, и делает она это не так аккуратно, как планировала. — Слушай, у меня тут проблема возникла... Провалы в памяти.
Мужчина усмехается в свою кружку, делает последний глоток, после чего поднимается из-за стола и направляется к раковине.
— И что ты помнишь? — Интересуется Олег, когда начинает мыть за собой посуду.
— Ну... Помню, что ты посадил меня на комод, а потом - ничего. — Дарья тут же поддаётся смущению. Она, краснея, склоняет голову, дабы спрятать лицо от собеседника.
— Помнишь, как я понёс тебя в ванную? — Продолжает Волков, протирая чистую кружку полотенцем.
Пальцы Олега гладят половые губы, трутся о клитор, периодически входят в Дашу, заставляя ту дрожать от спектра всех испытываемых эмоций. И продолжают они это ровно до того момента, пока девушка не получает разрядку. Она громко стонет, почти кричит, сжимается всем телом, цепляется ногтями за плечи Волкова, даже не задумываясь о том, что может повредить недавно сделанный маникюр. Сразу после оргазма Михеева расслабляется, она выглядит уставшей, а её спутник, пользуясь случаем, подхватывает девушку на руки и тащит в душ, интуитивно догадываясь, где в квартире ванная комната.
— Окей. — Дарья хмурится, надумывая себе самые худшие исходы из всех возможных. — Что дальше?
— Я принёс тебе сменную одежду. — Отвечает Олег, убирая кружку на место, откуда её брал.
Девушка говорит мужчине, где тот может найти бельё, а сама спешит раздеться и встать под тёплую воду. Волков быстро находит нужный ящик, он вытаскивает первое попавшееся бельё и не обращает внимания на то, что это даже не комплект. Совсем скоро Олег возвращается, оставляет одежду на стиральной машине, после чего спешно покидает ванную комнату.
— А дальше? — Михеева пристально наблюдает за собеседником до того момента, пока тот не опускается на стул напротив.
— А что, уже успела забыть? — Мужчина едва заметно улыбается.
Через время Волкову наконец удаётся уложить буйную спутницу в постель.
— Спокойной ночи. — Говорит он, уже спеша уйти.
— Подожди! — Восклицает девушка и тянется к Олегу, желая обхватить его запястья. Только вот руки предательски коротки для такого дела. — Останься... ненадолго.
— Чего ты? — Улыбается Волков, послушно останавливаясь у постели спутницы. — Мне, может, сказку почитать?
— Нет. — Михеева тихо смеётся, уже чувствуя, что веки начинают слипаться. — Знаешь, Олеж, я ведь люблю тебя.
Она почти шепчет, но среди прочей тишины её голос звучит так громко, как не звучал никогда ранее. А вот мужчина замирает. Волков, конечно, ожидал, что когда-то момент признания всё же наступит. Но он как минимум хотел сделать это сам, а как максимум обсуждать это не с пьяной спутницей.
— Да? — Олег едва сдерживается, чтобы не растеряться. — И я тебя, Даш.
— Ох ты... — Тянет девушка, не сдерживая смеха. — Так и думала...
Проходит пара минут, и вот Михеева уже сладко сопит. А прежний собеседник стоит около неё ещё какое-то время, тяжело дыша и думая только о том, что после такого признания ему точно нельзя уезжать домой и оставлять девушку одну.
Михеева вспоминает этот момент в мельчайших подробностях, и она начинает заливать краской, несмотря на то, что хотела «не подать вида». Теперь тихо смеяться начинает Олег, и ведь кому, как не ему, знать, что «Что у трезвого на уме, то у пьяного на языке»?
Чумной Доктор.
После мало приятного вечера Чумной Доктор решает остаться с Ермолаевой до того момента, пока она не уснёт. Обычно девушка не имела проблем со сном, но сейчас, когда к ней обращён пристальный взгляд незнакомца, она даже расслабиться не в состоянии. Стоит только Кате закрыть глаза, и она словно снова чувствует прикосновения к себе, возвращаются воспоминания о прежних укусах и засосах, а живот начинает ныть, не забывая недавние грубые толчки, которые вызывали наслаждение, сильно близко граничащее с болью. Ей даже стыдно признаваться себе в том, что Чумному Доктору всё же удалось довести спутницу до оргазма с помощью пальцев.
Ермолаева какое-то время ворочается, а затем, собравшись духом, всё же пробует поддаться сну. Девушке это, к сожалению, не удаётся и с третьей попытки, но вот незнакомец думает об обратном.
— Катя? — Слышится его голос.
В ответ – молчание, и сразу далее Чумной Доктор разбавляет тишину своим смешком.
— Если бы не обстоятельства, то я бы взял тебя замуж. — Начинает обращаться он к, как ему казалось, спящей спутнице. — Сделал своей.
Парень продолжает стоять на преждем месте. Он только скрещивает руки на груди, не сводя взгляда с тела Ермолаевой.
— И ради чего я с тобой вожусь? Хлипкая трусиха и неженка, да и, к тому же, ещё и неподатливая грубиянка.
Екатерине уже хочется подать голос, ответить, хотя бы как-то возразить, но она понимает, что ей может достаться за обман. Почему-то девушка задумывается о том, что ведь, в иных обстоятельствах, у подобного тирана действительно могла быть семья. И как бы только бедная девушка ужилась с таким дерьмовым мужем? Разве его вообще возможно любить?
— Хотя бы личиком удалась. — Хмыкает незнакомец, после чего отступает от постели спутницы.
Он вздыхает, и маска искажает этот звук настолько, что он становится вдвое громче и более жутким. Ермолаева едва заметно вздрагивает и ещё с несколько минут лежит неподвижно, пока окончательно не убеждается в том, что Чумной Доктор покинул её квартиру. И сразу после осознания этого девушка не сдерживает слёз, ведь сегодня она окончательно убедилась в том, что обречена.
Лёша Макаров.
Исакова не видится с другом уже несколько дней, а когда тот появляется в детском доме и начинает делать вид, будто все в порядке вещей, то она едва сдерживается, чтобы не прийти и не устроить Макарову настоящую взбучку. То есть она, конечно, приходит к нему, но язык не поворачивается даже чтобы просто бросить в адрес Лёши что-нибудь оскорбительное или изложить о своей обиде.
— Привет. — Единственное слово, которое способна выдавить из себя девушка.
А затем она чувствует, что начинает сдавливать горло. Она отчётливо ощущает, как подкатывает ком, из-за которого Полина смахивает на немую.
— Привет. — Макаров, до этого пихающий что-то под постель, немедленно подскакивает с пол, тут же теряясь. — Ты как, Поль?
— Я... — Исакова мотает головой, после чего спешно преодолевает расстояние между собой и собеседником и заключает того в крепкие объятия. — Это ты как? Тебя так долго не было дома. Боже, Лёш, я тут...
— С ума чуть не сошла? — Макаров улыбается, и подруга даже хочет дать ему подзатыльник. — Со мной всё в порядке.
— Где ты был? — Бормочет девушка, утыкаясь в плечо спутника и прижимаясь к нему практически вплотную безо всякого стыда.
— Неважно, Поль. Много где. — Парень поглаживает собеседницу по спине, зарывается лицом в её волосах и бесшумно вдыхает сладкий аромат шампуня.
— Я так за тебя волновалась, Лёша, ты бы только знал... Если ты за себя не беспокоишься, то, может, хотя бы обо мне подумаешь? — Она шепчет без укора или претензий, впервые за эти несколько дней ощущая настоящее облегчение.
— Я думал. Много раз. И скучал.
Между подростками возникает длительная и весьма неловкая пауза, пока вдруг Алексей не осмеливается продолжить.
— Люблю тебя, Поль. Знаешь, если бы не ты, то я и не подумал о том, чтобы возвращаться в детский дом.
— И я тебя. — Фразу почти не разобрать, но Макарову удаётся даже это, и тогда он расплывается в довольной улыбке. — Больше не уходи, прошу тебя...
Парню, конечно, остается лишь молчать, потому что лгать девушке он не намерен. А портить момент, вероятно, просто не решался. Он только шумно вздыхает и прикрывает глаза, отдаваясь минутам, проведённым в объятиях с дорогим ему человеком.
Кирилл Гречкин.
Когда Вероника просыпается в смутно знакомом ей помещении в полном одиночестве, то она поначалу теряется. А немного позже Авдеева, осознав, что лежит под одеялом абсолютно голая, даже пугается. Она видит свою одежду на прикроватной тумбе. Та аккуратно, даже заботливо сложена и оставлена на видном месте специально для того, чтобы девушка оделась сразу после пробуждения. Однако, стоит только Нике потянуться за стопкой вещей, как вдруг ручка двери с тихим щелчком опускается, вынуждая девушку инстинктивно потянуть на себя одеяло, скрываясь от чужих глаз.
В комнате появляется Гречкин, и, кажется, что ровно в ту же секунду всё встаёт на свои места. Авдеева заметно сильно нервничает, она громко сглатывает, ощущая, как к щекам приливает румянец
— Доброе утро. — Кирилл улыбается, после чего падает на широкую постель в районе ног Вероники.
— Мы правда переспали? — Интересуется она, мрачнея.
— Всё-таки жалеешь, да? — Хмыкает парень, только кивая в ответ.
— Господи...
С протяжным вздохом Авдеева снова опускается на кровать, начинает разглядываясь узор на потолке, желая отвлечься от всего происходящего вокруг. Она бы, наверное, позлилась на Гречкина, если бы сама не была инициатором. Или будет правильнее обидеться на Анфису, которая подтолкнула знакомую к такой глупой и рисковой идее?
— Слушай, Ник.
Кирилл, неожиданно вырвавший спутницу из размышлений, кажется сейчас абсолютно лишним. Он только служит заядлым напоминанием о вчерашней ночи. А ведь девушка ещё не обращала внимания на свои покрытые засосами ключицы.
— То, что произошло вчера – это ошибка, Кирилл. — Весьма грубо отвечает Авдеева, находящаяся не в настроении.
— Ты правда так считаешь? — Интересуется Гречкин, и сразу после одна из его ладоней начинает поглаживать щиколотку собеседницы.
— Мы знакомы пару недель, понимаешь? Как это вообще можно принимать за что-то серьёзное. — Вероника хмурится, дергает ногой, желая скинуть с себя руку спутника, но это действие оказывается безрезультатным.
— Ник, как бы тупо это не прозвучало, но это самые долгие мои отношения.
— Это даже не отношения. — Девушка скрещивает руки и, как только их с Кириллом взгляды пересекаются, отворачивается от парня.
— Я хочу, чтобы это были отношения.
Гречкин подаётся вперёд, склоняет голову в бок, желая посмотреть собеседнице в лицо. Только вот все безуспешно.
— Ника, правда. Ты же замечательная девушка. Если ты хочешь, чтобы тебя добивались, то просто скажи. — Парень даже не замечает, как он неожиданно стискивает пальцами лодыжку Вероники. — Я буду добиваться.
— Бред это все, Кирилл. Как минимум мои родители...
— Ну, кис. — Голос Гречкина становится настолько ласковым, что Авдеевой даже кажется, будто она общается с совершенно иным человеком. — К чёрту родителей. Ты сама этого хочешь?
Вопрос задан настолько точно и правильно, что Вероника теряется. Она какое-то время колеблется, будто ответ для неё не очевиден.
— Хочу. — Шепчет она, осмеливаясь посмотреть на собеседника.
— Вот и всё. — Кирилл улыбается и, поднимаясь на ноги, начинает приближаться к спутнице. — С родителями потом решим, окей?
— Да...
Постепенно отпуская прежнюю нервозность, девушка даже усмехается. Она молча наблюдает за приближающимся парнем, а как только тот наклоняется, дарит ему так горячо желаемый обеими сторонами поцелуй.