Коты-Воители: Месть Керосиновой Звезды. Прозрение [РЕМОНТ!]

Они сидели по середине поляны, повернувшись спинами друг к другу. Орлоглаз неодобрительно глядел на них. Они то и дело перекидывались острыми словечками и фразами, типа «Это все твоя вина», «Ты первый начал» и так далее. Потом они не выдержали, развернулись и стали сверлить друг друга взглядами.

– Ты никчемна!

– Сам такой же!

– Из-за тебя я еще четверть луны буду оруженосцем, в то время, когда даже Небосклон уже воитель!

– Вообще-то, мне тоже еще четверть луны с тобой в одной палатке торчать! Ты, кстати, первый когти выпустил!

– Сгинь!

– Сдохни!

– Умри!

– Да чтоб ты не родился!

– Проклятье, – процедила Искра.

– Белая Звезда, сил моих уже нет слушать их! – взвыла Быстрая, прижимая уши к затылку. – Произведи их уже в воители, чтоб они замолкли!

В это время Королап и Керосиночка уже орали друг на друга, став на дыбы и сблизив морды. Их хвосты покачивались из стороны в сторону, голоса звенели, выдавая бурливший внутри гнев. Курешерстка выскочила на поляну, за ней последовала Лоскутница. Последняя крикнула:

– Великое Звездное племя, вы заткнетесь уже или нет?! Вы с утра мне спать мешаете!

Небосклон, Штормохвостка и Вихристая одобрительно загалдели, высунувшись из палатки воинов. Но Керосиночка даже ухом не повела.

– Дубоум!

Королап повернул голову в ее сторону и насторожился. Она захохотала:

– Я знаю! Белая Звезда, надо дать ему имя Дубоум! И под него подходит, и он уже откликается!

– А тебя надо назвать Вселенская Катастрофа или Катастрофа, Которая Уродилась В Небесном Племени. То-то соседи обрадуются!

Белая Звезда взвыла и вскочила на каменный карниз со словами:

– Пусть все коты, способные охотиться, соберутся под каменным карнизом на собрание племени!

Все уже давно были в сборе. С утра все племя слушало, как шипят друг на друга два обозленных оруженосца.

– Все вы знаете о том, что вчера на испытании оруженосцев Керосиночка и Королап выпустили когти и чуть не поубивали друг друга.

– Неправда!!! – заголосили оруженосцы, зло косясь друг на друга, но Орлоглаз быстро утихомирил их.

– Поэтому мы, посовещавшись, с Орлоглазом оставили их еще на четверть луны в палатке оруженосцев, – продолжила Белая Звезда. – Но сегодня они с утра мешают работе и сну всего племени, некоторые уже на коленях молили меня от том, чтобы я посвятила их в воители. Поэтому я, Белая Звезда, призываю своих предков-воителей взглянуть на этих оруженосцев. Они усердно охотились, защищали свое племя и орали друг на друга, чтобы я с гордостью и облегчением смогла произвести их в воители. Обещаете ли вы верно служить своему племени, подавать пример оруженосцам и наконец-то замолкнуть?

– Обещаю, – хором ответили оруженосцы, не смотря на сарказм сквозивший в голосе предводительницы. При этом они еще успевали пихать друг друга плечами.

– Тогда властью дарованной мне Звездным племенем, я даю вам воинские имена, – более серьезным тоном продолжила предводительница. – Королап! С этого дня ты будешь известен под именем Корявый! Керосиночка! Теперь ты Керосиновая! С гордостью носите свои воинские имена во славу Небесного племени!

Керосиновая вся распушилась, слушая поздравления. Рядом вытянулся Корявый.

– Слышите? – прошептала Искра, как только поздравления стихли. Все прислушались.

– Тишина, – расплылась Лоскутница, блаженно закрыв глаза и смачно чмокнув губами.

– Я дождался этого мгновения! – возликовал Небосклон.

– Мои уши! – ахнула Быстрая. – Они живы!

– Я люблю тебя, Белая Звезда! – закатила глаза Куркума. Коротышка и Овечка повторили ее клич.

– Котята наконец-то уснули! – прошептала высунувшаяся из Детской Сумеречница. – Измотались ужасно, бедняжки!

Керосиновая, нисколько не смутившись, встала и пошла к куче с добычей. По пути ее догнал Небосклон.

– Керосиновая-я, – замялся он. – Не хочешь поохотиться?

Корявый, который шел позади них, остановился и стал испепелять кота взглядом: мол, как ты посмел, она моя! Керосиновая обернулась к нему и фыркнула:

– Хватит смотреть на нас так, будто мы хотим тебя поджечь. Мы не делаем ничего противозаконного, просто идем охотиться.

Она кивнула Небосклону, и они бок о бок пошли к выходу из лагеря. По пути Небосклон показал язык Корявому, а тот скорчил кислую гримассу ему в ответ. «Ну как малые котята, честное слово! Сколько можно что-либо делить? Сначала никчемный клочок мха, потом мышь, потом перо дрозда, а теперь меня. Докатились! Я не вещь!»

В лесу по молчаливому согласию Керосиновая и Небосклон бросились рысью бежать. Они съехали с крутого склона, и там Небосклон притормозил.

– Закрой глаза, – доверительно прошептал он ей в ушко, – и иди за мной!

Его нежное дыхание пощекотило ее, и она смешно дернула белым ушком, тихо хихикнув. Она поймала зубами его пушистый хвост и закрыла глаза, борясь с желанием расчихаться.

Как оказалось, когда она открыла глаза, он привел ее на обрыв.

– Э-э... – замялась она. – Ты хочешь избавиться от меня, сбросив вниз?

– Нет! – фыркнул он. – У меня такого даже в мыслях не было!

Их взгляды встретились. Они смотрели друг другу в глаза, а потом, словно повинуясь какому-то порыву, они одновременно шагнули друг к другу, прижавшись щекой к щеке и переплетя хвосты.

– Я люблю тебя.

Керосиновая отступила, смаргивая слёзы.

– Я... я не могу, прости! – прошептала она. – Я не смогу сделать тебя счастливым!

И она бросилась бежать, не смотря на вопли позади.

– Подожди!

Сейчас главное – бежать, остальное подождет. Она запрыгнула на дуб, белкой взлетев наверх, заскочила в дупло, зарылась носом в мох и разрыдалась.