Тони/маленький Питер
Тони стоял у двери и молча смотрел на ручку. Надо же, гений, плейбой и миллиардер не может собраться с силами и войти в комнату! Хотя, это действительно сложно...
Сколько раз он обещал себе не быть похожим на отца? Настолько много, что и не сосчитать уже... Когда ему принесли маленький свёрток со словами "это твой сын", Старк испугался, что ребёнок будет страдать также, как и он. Но Тони ошибся. Сложно скучать в одиночестве, когда живёшь в одной башне со Мстителями. Ребята полюбили мальчишку всей душой и старались проводить с ним как можно больше времени. Каких бы катастроф не случалось, в пятницу вечером их это не волнует, ведь по плану у них ночь кино с его ребёнком. В воскресенье Ванда готовит специально для его малыша любимый шоколадный пирог. Наташа каждый вечер укладывает его сына спать, рассказывая красочные истории из жизни ребят. Каждое утро Пеппер будит его карапуза поцелуем в лоб и нежными словами "Питти, пора вставать". Каждый раз Тор обречённо вздыхает и не может оказать его пареньку заплести на своих божественных волосах косички, когда тот берёт в свои маленькие ручки расчёску и щенячьем взглядом смотрит на него. Каждый раз Баки умиленно улыбается, когда его мальчик с серьёзным видом цепляет на железную руку магнитики. Каждый раз, когда они собираются все вместе, его сын обнимает всех до единого и говорит, как он скучал.
Каждую ночь, когда его сын засыпает крепким сном, Тони тихонько заходит в детскую, садится на пол рядом с кроватью и наблюдает за тем, как спит Питер. Они так похожи внешне: тонкая линия губ, курчавые каштановые волосы и карие глаза. Старк не так уж много проводит времени со своим ребёнком, как ему хотелось. Нужно создавать новых ботов, совершенствовать форму и оружие ребят, спасать мир и просто сидеть в мастерской, наблюдая через галоэкраны за карапузом. Он боится находится рядом с ним и повторяет ошибку своего отца. Тони любит Питера, но любит по-своему...
Старк всё-таки открыл дверь и зашёл внутрь. Аккуратно обойдя ловушку в виде разбросанного Лего на полу, мужчина опустился на колени рядом с кроватью и завороженно посмотрел на своего сына. Мальчишка повёл своим плечиком и во сне откинул одеяло. Он часто раскрывался по ночам, и Старку приходилось постоянно его накрывать, что было для него не в тягость. Тони поправил одеяло и слегка наклонился, чтобы поцеловать ребёнка в лоб, как тот открыл глаза и сонно посмотрел на мужчину. Старк замер, не в силах отвести взгляда от таких родных карих глаз.
- Папа? - Тони улыбнулся и вновь присел на пол. Мальчишка наблюдал за его движениями, часто моргая и пытаясь не заснуть.
- Да, сынок? - Питер протянул к нему свою маленькую ручку и прошептал:
- Не уходи. Побудь со мной, пожалуйста... - Старк вздрогнул. Он в детстве тоже просил Говарда побыть с ним немного, но его отец всегда отмахивался и говорил:
- Ребёнок, отстань, я занят, - Тони нежно провёл рукой по волосам Питера и молча встал. Малыш грустно посмотрел на него и тут же отвернулся.
Питер часто раньше спрашивал ребят, где его папа? Те отводили свои глаза и говорили, что папа занят. Да он и сам понимал в свои неполные шесть лет, что его отец - супергерой. Железный человек должен спасать людей и даже целую планету, если понадобится. Пит поэтому и не обижался на него за то, что практически его не видел. А если и видел, то совсем немного. Да, он получал дорогие подарки, имел всё, что только захотел. Но не внимание папы...
Тони тихо стянул обувь и снял пиджак, повесив его на спинку стула, стоявшего рядом с кроватью. Он понимал, что его сын уже обиделся на него и поэтому решил сделать то, что давно хотел, но никак не мог на это решиться. Мужчина лёг на кровать и накрылся одеялом. Питер повернулся и удивлённо посмотрел на него.
- Я думал, ты пойдешь опять мир спасать... - Тони усмехнулся и обнял маленького парнишку, который охотно придвинулся поближе к папе и уткнулся ему лицом в грудь.
- Я спасаю мир только для тебя. Зачем мне это делать, если ты не счастлив? - Пит улыбнулся и сонно пролепетал:
- Я тебя люблю, пап... - Старк тоже улыбнулся и закрыл глаза, наслаждаясь моментом.
- И я тебя, карапуз, три тысячи раз...