Глава 1
Солнце было в зените. По кристально-чистому голубому небу лениво подтягивались низкие мрачные свинцовые тучи. Река что-то недовольно бормотала и несла свои воды в неведомую даль. Горячий ветерок о чем-то шептался с зеленым лесом, иногда замирая и прислушиваясь. Вдали заворчал гром, предвещая грозу и раздался хруст гальки. Кто-то аккуратно шагнул, думая, что гром заглушит его тяжелые шаги. Черёмуха вздрогнула, но не открыла глаза.
– Прохлаждаешься?
Теперь серебристая воительница уже подняла голову. Вернее, вскинула её. Белый кот взвыл. Он навис прямо над головой кошки, так удобно расположившейся на камне, и поэтому удар пришелся ему прямо в челюсть.
– Поаккуратнее!
– Так не пугал бы меня, – недовольно морщась, фыркнула Черёмуха. Если честно, то ей самой было не очень приятно биться затылком в чью-то морду.
– Не вижу радости в глазах, – пробурчал кот. – Нам с тобой было так хорошо той ночью...
– Ах ты гад! – она замахнулась на него когтистой лапой, но только грохнулась с камня на котором лежала.
Он залился звонким смехом, подобным перезвону колокольчиков. Она, как зачарованная, слушала этот нереальный звук. Он посмотрел на неё. Потом лег рядом с ней и серьезно сказал:
– Давай встретимся сегодня в полночь. Около Четырех Деревьев.
– Я подумаю, – уклончиво ответила она. Потом встала, развернулась и пошла в лес.
– Я буду ждать тебя всю ночь! – крикнул он ей в след.
Она смутилась и покраснела. Великое Звездное племя, что с ней творится? Почему, когда она видит этого надменного, глумливого, злопамятного, эгоистичного кота, постоянно смущается и отводит глаза в сторону? Почему ей так хорошо было спать с ним в обнимку?
«Столько вопросов... и ниодного ответа»...
***
В очередной раз повернувшись на другой бок, Черёмуха нечаянно хлестнула Серохвоста хвостом по боку. Кот вскинул голову и невнятно спросонья проговорил:
– Что? Племя Теней объявило войну? Очередная битва в лагере? – потом он встал и пошел, так же невнятно бормоча: – Подъем, Грозовое племя! Война! Племя Теней напало!
– Спи, – буркнула Орехогривка, глубже зарываясь в мох. – Он всегда такой странный. Я даже удивляюсь тому, как он себя ведет.
Черёмуха, понимая, что не уснет, подождала, пока Орехогривка заснет, и выскочила на поляну. Серохвост уже завалился под ближайший куст и храпел, как медведь.
«Отлично, ничего не мешает мне выйти из лагеря».
Она проскользнула в папоротниковый туннель и бросилась бежать сквозь лес, через ручей, мимо зеленой скалы и большого платана.
– Я знал, что ты придешь! – лишь только завидев серебристую кошку, вскочил на лапы Ветролап. Он бросился ей на встречу и от переизбытка радости лизнул в нос.
– Давай поиграем? – предложила Черёмуха, не обращая внимания на запылавшие щеки. И, не дожидаясь ответа, подсекла его под задние лапы.
Он с тяжелым стуком и сдавленным охом оказался на боку. Она, насев сверху, стала бить его передними лапами по боку. Он легко скинул её и отшвырнул в другой конец поляны. Посчитав ребрами каждый мышиный хвостик Поляны Советов, Черёмуха с диким визгом бросилась на нападающего:
– Получа-ай!
Он вскрикнул от боли и шока. По щеке медленно струилась кровь. Черёмуха ошарашенно перевела взгляд с окровавленных когтей на его глаза. Он вдруг засмеялся, бросился на неё, и они покатились по мягкой траве. Ей неожиданно передался его веселый настрой, и она тоже засмеялась.
***
– Эй! Так не честно! Слезай! – завопил Ветролап, царапая кору исполинского дуба.
– Ха-ха! – фыркнула ему в морду Черёмуха. – Ты меня не поймаешь! Вы, рыбомордые, не лазаете по деревьям!
Она свесила с ветки свой хвост и с веселым смехом подняла его, когда Ветролап попытался ухватиться за его.
– Сейчас я покажу тебе, кто по деревьям не лазает! – гневно произнес кот. Она захохотала и, на секунду забывшись, потеряла равновесие. Её задние лапы беспомощно свесились с нижней ветки. А Ветролап не упустил момент и сватился за её хвост, стаскивая вниз. Перед глазами промелькнуло страшное видение: она изо всех сил цеплялась за твердую каменную поверхность. Кто-то тянул её вниз. Её когти соскользнули и она камнем полетела в разлом между двумя отвесными скалами.
– Помогите! – крикнула она во всю мощь легких.
Потом она шлепнулась в воду, сильно ударившись спиной, и пошла ко дну. Река швыряла её из стороны в сторону, крутила, вертела, таскала от берега к берегу, от камня к камню, несла вперед.
«Я тону!» – промелькнула яркая и ужасающая мысль.
Чей-то темный силуэт закрыл свет, пробирающийся в воду, и Черёмуха закрыла глаза.
Видение исчезло. А серебристая кошка свалилась на белого кота. Он поднялся на лапы и, не давая ей встать, навис сверху. Насмешливо прищурив желтые глаза и склонив голову к плечу, он наблюдал, как она не может найти себе места от смущения. Потом наклонился и нежно лизнул в ухо, прошептав:
– Что ты чувствуешь?
– Что значит чувствовать? – она вздрогнула, сердце забилось в горле.
– Опиши то, что ощущаешь, – и, дав ей время поразмыслить, он сделал гнездышко из мха и папоротников. Потом сгреб её в охапку и уложил на подстилку, уютно устроившись рядом и обняв хвостом.
– Ну-у... – протянула серебристая кошка. – Сердце бьется чаще, чем обычно. И где-то в горле. Еще я смущаюсь и краснею. И отвожу взгляд. И думаю о тебе...
– Это любовь, – вынес приговор Ветролап.
– Любовь? – она недоуменно склонила голову на бок.
– Ну, твои родители тоже любили друг друга, – стал объяснять он. – Подружились, шуры-муры, захотели быть вместе навсегда, сделали котят...– он смутился и вкрадчиво и тихо продолжил: – А ты хочешь котят?
– Н-не знаю, – запинаясь, произнесла она.
– А я хочу, – нежно глядя на неё, едва слышно прошептал он. – Я люблю тебя, Черёмуха.