twenty nine
Я скучаю по тому, как ты выглядела по утрам, по твоей улыбке, усталым глазам... Доброе утро, я люблю тебя. Спокойной ночи, я люблю тебя... Как твоё тело идеально подходит к моему. Я так по тебе скучаю.
-
Как обычно, когда заканчивается Рождество и начинается новый год, всех наполняет ложное чувство надежды. Словно, если мы будем писать новую дату в вверхней части наших тетради, это позволит изменить мир. Первый день нового года ничем не отличается от предыдущих, но студенты возвращаются в Хогвартс с новым чувством решимости и ненависти к Кэрроу и Снейпу.
Я ждала, ждала новостей, чтобы узнать, что дело с исчезновением Гарри продвинулось. Усмехнуться над всеми, кто утверждал, что он бежал, кто называл его трусом. Ждала дня, который, я уверена, наступит, может быть завтра, а может и через много лет. Неизвестность сводила меня с ума. Но теперь, когда Дамблдор мёртв, а Гарри пропал, единственное, что нам может подарить надежду — это мы сами. До сих пор я этого не понимала. У нас есть сила.
Сегодня я так же сильно ждала возвращения Луны. Когда она ехала домой к Рождеству, в поезде её забрали Пожиратели Смерти, из-за её отца, который нелестно высказался о Пожирателях в «Придире». Джинни продолжала настаивать на том, что она наверняка, сейчас дома с отцом, но если это было действительно так, Луна бы связалась с нами. Хотя бы слово, что она в безопасности. Луна дома с отцом — хорошая идея, но в глубине души я знаю, что это не так.
— Я всё ещё надеюсь, что однажды она появится за завтраком. — Сказала я Джинни и Невиллу, по пути в Большой зал. Я представила себе Луну, ожидающую нас за одним из длинных столов, улыбающуюся и безмятежную. Но дни шли, а её отсутствие становилось всё длиннее.
— Как вы думаете, она... — Невилл сделал паузу, уставившись в пол. — Думаете, она в порядке?
Я вздрогнула. — Не хочу думать об этом.
Джинни прикусила губу, когда мы поднимались в гостиную. — Я знаю, что об этом думать очень плохо, — начала Джинни. — Бедная Луна. Но, скорее всего, её где-то заперли, и я считаю, что мы должны сделать всё возможное, чтобы найти её и вытащить оттуда. Она бы сделал тоже самое... — Джинни замолкла. Я проследила за её взглядом. На начале лестницы, прислонившись к колонне, стоял Драко. Он явно нервничал. Волосы его выглядели неряшливо, таким я его ещё не видела.
Я неловко кивнула Джинни и Невиллу, чьи взволнованные лица переменились в враждебные. — Идите. Я вас догоню.
Последние несколько недель мне удавалось избегать Драко: отводила свой взгляд всякий раз, когда его глаза встречались с моими, глядела в пол всякий раз, когда он проходил мимо. Я даже пряталась, когда видела, что он шёл в мою сторону. Это было всего несколько раз.
Но когда я подошла к нему, то по мрачному выражению его лица поняла, что пути назад нет. — Нам нужно поговорить. — Наконец сказал он.
Я старалась выглядеть уверенной. — Я так не думаю.
— Нет, надо. — Спокойно ответил Драко. Взгляд его был насторожен. — То, что ты вытворила перед Рождеством, было неправильно, и ты больше не сделаешь ничего подобного. Хорошо?
— О, так это была полностью моя вина? Если бы ты сам не втянул меня в это...
— Это была ты!
Я усмехнулась. — Тебе бы голову из задницы достать!
Драко даже не шолохнулся. — А тебе бы стоило перестать притрагиваться к алкоголю, как к способу решения своих проблем.
— Прости? То, что я сделала, было ошибкой по пьяни, но это не значит, что я алкоголичка.
— Ошибок по пьяни не бывает. — Грубо ответил Драко. Его трясло: он был нахмуренный, ногой постукивал по полу. — Пока мы не напиваемся до тех пор, когда не понимаем, что вокруг нас происходит. Это явно не было пьяным бредом. Ты действительно имела это в виду, и тебе нужно перестать так думать.
— Я не...
— Ты делала это годами, — продолжал он. — Ты говоришь то, что не имеешь в виду. Ты стараешься скрыть свои чувства. — Драко сделал паузу, и я поняла, что мы оба вспоминаем о событиях двухлетней давности, когда он был расстроен тем, что я не могла признать своих чувств к нему. Я уже хотела посмеяться этим воспоминаниям — тогда я думала, что всё было очень сложно. Драко сжал челюсть. — Когда ты пьяна, ты не можешь скрывать своих чувств.
— Ну, и что ты хочешь, чтобы я сделала? — Сердито спросила я, молясь, чтобы он не заметил, что я вот-вот расплачусь.
— Я хочу, чтобы ты разлюбила меня.
Я впала в ступор. Волосы Драко падали ему на глаза, его щёки покраснели, и я никогда — никогда не думала, что он скажет мне что-то подобное. «Что?»
— Перестань...Просто перестань любить меня. Хорошо?
— Я не люблю тебя...
— Ты не ненавидешь меня.
Жар приливал к моему лицу. — Откуда тебе знать?
— Не играй со мной, Бел...Янг. Ты снова притворяешься холодной, и я знаю, что в этом что-то есть...
— Ничего нет!
— Перестань врать...
— Хорошо. — Внезапно для себя сказала я. — Хорошо. Я ненавижу то, что ты Пожиратель Смерти, и я ненавижу людей, которые тебя окружают, и сторону, на которой ты находишься. Но не тебя. Я пыталась ненавидеть тебя, поверь мне, но я продолжаю думать о всех тех вещах, о которых ты мне никогда не рассказывал, о том, как мало я знаю. И я устала притворяться.
Когда я остановила свой поток слов, Драко посмотрел на меня так, будто никогда не видел меня раньше. — Это не то, как ты должна была отреагировать. — Пробормотал он.
— Оу, — Мне было неловко. — И как же я должна была отреагировать?
— Ты должна была снова меня возненавидеть. — Он дёргал ремешок своей сумки, словно ища, чем себя занять.
— Не думаю, что я вообще когда-либо ненавидела тебя, Драко.
Драко смотрел в пол. — Не произноси моего имени.
— Ты можешь заставить меня ненавидеть тебя. — Я попыталась разрядить напряжение шуткой. — Давай, скажи какую-нибудь гадость.
Уголки губ Драко поползли вверх: он ухмыльнулся. Внезапно я почувствовала настальгию. — Осторожнее, Янг, — сказал он, и я уловила в его голосе нотки сарказма. — Или мне придётся за это снять очки.
Я посмотрела на него с улыбкой, едва сдерживая нарастающее волнение. Я не испытывала такой надежды месяцами, почти годами. Он тоже улыбнулся: губы оставались напряжёнными, но его глаза загорелись радостью, которую я почти забыла. — Так, значит ли это...
— Изабель?
Момент был разрушен так же быстро, как и наступил. Джинни и Невилл вернулись и ждали меня у входа в Большой зал, выжидающе глядя на меня. У Драко внезапно появилось...Волнение? Сожаление? Он прошёл мимо меня. — Пока. — Шёпотом сказал он.
— Что это было? — Спросила Джинни, как только я перестала пялиться на его удаляющуюся фигуру. Если бы у нас было ещё немного времени, я бы узнала, что он чувствует...
— Изабель! — Повторила Джинни. Невилл всё ещё смотрел в сторону Драко. — Ты снова с ним разговариваешь?
— Не совсем. — Медленно ответила я, всё ещё думая о Драко.
— Я не думаю, что это хорошая идея...
— Он считает точно так же. — Его слова всё ещё звучали в моей голове. Я хочу, чтобы ты разлюбила меня.
— Почему? — Спросил Невилл. — И почему он вообще хотел с тобой поговорить?
Я сделала паузу, пытаясь подобрать слова, чтобы не пришлось говорить правду. Как можно объяснить любовь к тому, кого якобы ненавидишь? И всё же я ответила. — Может, потому что...Он думает, что я всё ещё испытываю к нему чувства.
Ребятам потребовалось больше времени на осознание моих слов, так как последние слова я произнесла как можно быстрее. — А они остались? — Спросил Невилл.
Я ковыряла ногти. — Может быть.
Джинни и Невилл начали громко возмущаться. Все вокруг на нас смотрели.
— Ты серьёзно? — Спросила Джинни.
— О, нет. Я просто подумала, что это будет смешно.
Джинни закатила глаза в ответ на мой сарказм, но Невилл всё ещё был взволнован. — Изабель, ты не можешь так поступать. — Невилл был очень серьёзен. — Мы должны подавать хороший пример. Что подумают остальные из Отрада?
— Разве не важнее то, что я думаю?
— Я не понимаю, что ты к нему чувствуешь. — Сказала Джинни. — Но если ты не хочешь всё испортить, тогда тебе придётся перестать это чувствовать.
— О, да? Ну, а тебе следует перестать вести себя так, будто ты знаешь, что для меня лучше.
Не обращая внимания на их ивинения, я развернулась и ушла. И внезапно для себя я поняла, что понимаю Драко лучше, чем когда-либо.