Зов луны.

Они бежали по лесу, пробуя на ощупь новую мягкую траву. В какой-то момент лис как всегда отвлёкся, заприметив бурундука в кустах, и волк фыркнул, садясь на клочок земли, освещённый ярким солнцем. Он сидел с закрытыми глазами, наслаждаясь тёплыми лучами, когда вдруг почувствовал кого-то постороннего. Его мельтешивший хвост замер, чёрный волк приоткрыл глаза и встретился ими с волчицей, сидевшей от него на расстоянии двух метров. Волк предостерегающе зарычал, но волчица не спешила нападать. Она, напротив, игриво забила хвостом, задёргала ушами и легла на спину. Юнги с ужасом понял, чего от него хотели. Волчица увидела в нём пару. Он не успел толком обмозговать это, когда мимо них стремглав пронёсся рыжий вихрь. Лис устойчиво встал на все свои четыре лапы, распушил хвост и начал озлобленно лаять на волчицу, прогоняя её от волка. Его зубы щёлкали друг о друга с громким лязгом, а когти оставляли на земле глубокие царапины. Он был вдвое меньше волчицы, но прогонял её с такой смелостью, будто был намного больше своего размера. Волк моргнул, когда жужжащая пчела села на его нос. «Только бы не ужалила», - думал он, аккуратно приоткрывая глаз. К тому времени картинка происходящего переменилась: лис грассирующе рычал уже на него, волчица с гордо поднятой головой удалялась, кичливо махая своим хвостом в прощании. Волк в недоумении наклонил голову. А в чём, собственно, его обвиняли? Лис же дёрнул носом, боднул его и грациозно зашагал по ромашковому полю, оставляя после себя редеющую промятую тропинку. Волк фыркнул - ну дела. Прихрамывая на больную лапу, он последовал за необычайно тихим лисом. Стоило им дойти до дома, как Чимин с хлопком закрыл дверь прямо перед носом волка, оставив могучего зверя в растерянности сидеть на пороге. Рассерженно взвыв, Юнги перекинулся и вошёл в дом, готовый разразиться гневной тирадой. Но стоило ему открыть рот, как в него кинули подушкой и в довесок оскорблениями.

- Блудный волчара! - кричал лис, кидая в Юнги первыми попавшимися под руку предметами. - Одного хвоста тебе мало, так ты за другими пошёл увиливать! Уф!

- Эй, перестань, - попросил Юнги спокойно, уворачиваясь от банки с мёдом, пролетевшей в опасной близости от его лица.

- Перестать?! Мне перестать?! Может это тебе перестать уже играться в эти непонятные игры?! Я перед тобой весь извился! То поглажу, то поцелую, а ты... Ты черствяк! - горланил Чимин, его щёки от натуги покраснели.

Юнги не смог сдержать смешок. Это стало последней каплей для Чимина, который потянулся за скалкой, протяжно выдыхая на манер вскипевшего чайника.

- Тебе смешно? Ох, ну да, точно, тебя всегда забавляло издеваться надо мной, - растянул Чимин губы в усмешке, подбрасывая и тут же ловя на лету скалку.

Юнги сделал большие глаза и нервно сглотнул. Вот этого он не ожидал.

- Я тоже хочу посмеяться, - хмыкнул Чимин и сделал уверенный широкий шаг вперёд.

Надо было срочно что-то сделать. В голову волка пришла только одна идея, которой он не раздумывая воспользовался.

- Я люблю тебя, - Юнги быстро выпалил, улыбаясь от уха до уха от собственной сумбурности.

Скалка ожидаемо из уверенной хватки Чимина выпала и покатилась по полу. Юнги немного боязно отшвырнул её ногой в самый дальний угол.

- Жаль, что ты так и не понял это за то долгое время, что мы живём вместе, - вздохнул Юнги и сократил меж ними расстояние в два коротких шага. Схватил Чимина двумя ладонями за щёки и заглянул в его большие янтарные глаза глубоко-глубоко, чтоб до самой души. - Сама Луна велела мне прийти за тобой. Даровала мне тебя, чтобы я заботился о тебе, любил тебя и всегда был рядом. Глупый лис.

Покачал головой с приоткрытым ртом. Он хмурился, эмоции сменялись на его лице с неуловимой глазу скоростью.

- Ты даже не целовал меня ни разу, - прошептал Чимин с грустью и возражением. - Вечно шарахаешься от меня, будто я скунс какой-то.

- Забочусь о твоём целомудрии, - пожал Юнги плечами.

- А может я не хочу, чтобы ты заботился о нём. Может я хочу, чтобы ты забрал его.

Юнги стало тяжело. Взгляд Чимина, тягучий и пылкий, выносить было сложно. Он говорил «пожалуйста, возьми меня, я твой», и противиться ему было сродни голодающему отказаться от сочного жаркого. Юнги задышал чаще, а лис, о, этот рыжий хитрец, прижался ближе и схватился за чужие плечи, выгибая просяще шею навстречу чужому рту, отдавая себя, разрешая пометить и вкусить поглубже сладкий запах нектара. Грудное рычание вырвалось из Юнги, заставив его всего завибрировать.

- Что, прямо сейчас? - спросил Юнги, растерянно заморгав. От чужого запаха во рту собиралась слюна, а десны в районе клыков ныли. Разум затуманивался поволокой похоти.

- Ты недавно чуть не умер, а несколько минут назад тебя хотела захомутать какая-то су... - Чимин отдернул себя. Взгляд у него потяжелел, смола в его хитрых лисьих глазах потемнела. - Да, сейчас, - сказал он и потянул Юнги за волосы к своей шее.

Это стало последней каплей. Клыки вонзились в кожу на одно короткое мгновение, язык слизал две капли рубиновой крови. На болезненный, но одновременно с этим жаркий ритуал союза с губ Чимина сорвался лишь тихий стон. От вида следа на восковой коже в груди Юнги разлилось тепло. Если бы он был в зверином обличье, его хвост, без сомнений, завилял бы от радости.

- Теперь ты, - подбодрил волк, подставляя свою шею.

Чимина дважды просить не надо было - он кивнул и быстро укусил Юнги. Колко, как жалит оса. Только если Юнги кровь быстро слизал и остановился - лис, напротив, принялся нерасторопно водить языком по коже и в придачу посасывать, заставляя Юнги нервно притаптывать на месте.

Суть вот в чём была: волки животные моногамные. Одна пара на всю жизнь. Юнги не то чтобы так не хотел забирать у Чимина его целомудренность, просто он ещё сам не заходил ни с кем дальше, чем поцелуи и притирания. Его тело на ласку, которой у него не было, реагировало очень бурно. Чимин довольно улыбался на чужую реакцию, водя ладонями то вверх, то вниз по спине. Не в силах выдержать более чужие горячие губы на своей шее, Юнги поцеловал Чимина. Впервые сам. Его язык облизывал, зубы кусали, а губы целовали настойчиво и упорно. Их запахи сгущались, становились насыщеннее и ярче - дышать было трудно.