Поздно
Кирилл ехал домой с каким-то особенным чувством. После недели в дороге, шума, матчей и гостиничных номеров, он мечтал только об одном — нормальный ужин, тепло, и она. Он даже заехал по пути в цветочный киоск, выбрал букет — не пафосный, а тёплый: белые хризантемы и розы, как она любила. «Пусть удивится», — подумал он, выходя из лифта и доставая ключи.
Как только дверь открылась, его окутал аромат — свежая еда, специи, немного ванили. Кирилл улыбнулся, зашёл, поставил букет на стол и громко позвал:
— Вика? Я дома!
Ответа не последовало.
Он сделал пару шагов дальше — и вдруг из кухни вышла девушка.
Не Вика.
— Привет, Кирилл, — протянула она лениво, опираясь о дверной косяк.
Он застыл.
— Вероника?.. — голос стал резким, как удар клюшки. Лицо мгновенно посуровело, улыбка исчезла.
Он подошёл к ней в два шага, схватил за локоть и, притянув ближе, процедил сквозь зубы:
— Что ты здесь делаешь?
Она не испугалась. Напротив — губы тронула знакомая, ядовитая улыбка.
— Ну что ты, Кирюш... скучала я. Зашла проведать.
Он сжал пальцы сильнее.
— Я задал вопрос.
— Нам ведь когда-то было хорошо, — протянула она сладко, — вспомни.
Кирилл холодно усмехнулся:
— Было. Ключевое слово — когда-то. А теперь — убирайся. Немедленно.
Она вздохнула, играя локоном:
— Если ты переживаешь за свою подружку... можешь не волноваться. Она уже ушла.
Кирилл побледнел.
— Что ты ей сказала? — голос стал низким, опасным.
— Правду, — пожала плечами Вероника. — Ну... почти правду.
Он шагнул ближе, в глазах блеснуло раздражение:
— Я повторяю — что ты ей сказала?
Она усмехнулась:
— Что я твоя девушка.
Он резко выдохнул, сжал виски ладонями.
— Это конец... — пробормотал он, и в голосе впервые прозвучало отчаяние.
— Да брось, — рассмеялась она. — Твоя же Лиза поверила, что я девушка хозяина квартиры. Ну, скажешь потом, что всё это недоразумение. Ты же умеешь обольщать.
— Эта — не поверит, — тихо сказал он, опустив голову.
Потом резко поднял взгляд:
— Уходи. Сейчас же. Чтобы я больше не видел и не слышал тебя.
Она лениво посмотрела на него и протянула руку:
— Тогда дай денег. И, может, я скажу твоей девчонке, что она не всё правильно поняла.
Кирилл вытащил из кошелька несколько купюр, сунул ей в ладонь:
— Вот. И ключи оставь.
Она улыбнулась, наклонилась, будто собираясь поцеловать, но он отстранился.
— Всё, Вероника. Исчезни.
Та на секунду задержала взгляд, потом направилась к двери. Уже на пороге обернулась и, с презрительной улыбкой, бросила:
— Ах да... твоя подружка просила передать, что ты урод. И знаешь, Кирилл, — я с ней полностью согласна.
Хлопнула дверь.
Кирилл остался стоять в тишине.
Еда остывала на столе, свечи догорели до половины. Он сел на стул, провёл рукой по лицу, чувствуя, как горло сводит злость и бессилие.
— Почему всё так?.. — выдохнул он глухо.
Телефон на столе мигнул — уведомления, но не то, что он ждал. Он открыл контакты, нашёл Вику, набрал номер.
Гудки. Один. Второй.
Потом третий.
Без ответа.
Он сжал телефон в руке и тихо произнёс:
— Вика... пожалуйста...
Но в ответ — только пустая тишина квартиры, пропитанная запахом несостоявшегося вечера.
———
Дверь квартиры хлопнула так, что с полки едва не упала кружка.
Лера, сидевшая на диване с ноутбуком, вздрогнула и подняла глаза.
— Вик? Ты чего здесь? — спросила она, но, увидев подругу, замолчала.
Вика стояла в коридоре, всё ещё в пальто, сапоги не сняты, лицо бледное, глаза — пустые.
— Он... — начала она, но голос дрогнул. Она просто махнула рукой и прошла на кухню.
Лера вскочила, побежала следом:
— Что случилось? Ты же с Кириллом сейчас должна быть!
Вика достала стакан, налила воду, выпила залпом, потом, облокотившись на стол, тихо сказала:
— Ошиблась дверью.
— В смысле? — Лера нахмурилась.
— В его квартире... — Вика усмехнулась, но смех был безрадостным. — Меня там ждала не он.
— Что? — Лера замерла. — Ты серьёзно?
Вика кивнула.
— Девица. Уверенная, надменная. Сказала, что она его девушка.
На лице Леры мелькнуло раздражение.
— Что за бред.
— Лер, я своими глазами видела. — Вика резко подняла взгляд. — И слышала.
Лера сидела за столом, держа в руках чашку чая, пока Вика молча ходила по комнате.
В её движениях было что-то резкое, отрывистое — как будто она сдерживала бурю, чтобы не сорваться.
— Подожди, — осторожно начала Лера. — Она сказала, что они встречаются?
— Да, — коротко ответила Вика, даже не поднимая взгляда. — Уже четыре месяца.
Лера вытаращила глаза:
— Четыре месяца?.. То есть... всё это время он был и с ней, и с тобой?
Вика опустила голову, медленно села за стол, положила руки на колени, потом тихо произнесла:
— Похоже, да. — Она выдохнула и с горькой усмешкой добавила: — А я ведь поверила ему. Подпустила.
— Вика... — Лера хотела что-то сказать, но в этот момент зазвенел телефон.
Экран мигнул — Кирилл.
Повисла пауза.
Лера бросила взгляд на Вику:
— Возьми. Может, объяснит хоть что-то.
Вика покачала головой:
— Нет. Сейчас я даже слышать его не хочу.
Телефон продолжал вибрировать, а потом стих. Через секунду — уведомление: «Ты всё не так поняла».
Вика усмехнулась — коротко, почти беззвучно, и, не раздумывая, нажала «заблокировать».
Экран погас.
Лера села рядом, молча.
Она ничего не говорила — просто обняла её за плечи.
И только тогда Вика позволила себе ослабить хватку, снять с себя маску стойкости. Слёзы покатились по щекам, тихие, горячие. Она не рыдала — просто плакала. За себя, за то, что поверила. За то, что снова доверилась не тому.