Глава Одиннадцатая. Тень пророчества
ПРОРОЧЕСТВА НАРНИИ
Когда четверо людей — сыновья Адама и дочери Евы — сядут на троны в Кэр-Паравеле, тогда и закончится власть Белой Колдуньи.
С ними будет сражаться принцесса двух великих правителей!
Когда бой начнётся с врагами из другого мира, к ним присоединится Принц Десятый и младший брат принцессы, который должен после стать принцем и младшим кандидатом на трон.
Когда вновь пятеро людей вернуться в нарнию, произойдёт беда. Один из детей Королевы Кэтрин и Короля Эдварда пострадает до смерти!
Им станет Принц Алекс, прозванный Бесстрашным.
Смерть придёт к нему внезапно — тихо, как зимний ветер в безмолвных лесах Нарнии.
От руки того, кого он считал другом,
того, чьё сердце укрыто тенью,
а имя — забыто временем.
В тот день над миром померкнет звезда, и сама земля содрогнётся от боли.
И с того дня над Нарнией повиснет шёпот
_____
Проснувшись, Элли долго не могла понять, где находится. Комната слегка покачивалась, и за бортом бушевало утро — море вздымалось волнами, а на палубе уже звенели голоса матросов, занятых поисками Голубой звезды.
Она села на кровати и тихо выдохнула. Глаза жгло — опухшие, покрасневшие от слёз, которых, казалось, больше не осталось.
С пола она подняла золотой свиток. Его края были чуть помяты, а строки, будто ожив, снова потянули взгляд зелёных глаз.
Буквы дрожали перед ней, и в груди сжалось что-то болезненное.
— Я не позволю этому… — прошептала Элли, прижимая свиток к медальону на шее. — Обещаю… правда, обещаю…
Горячая слеза скатилась по щеке, но она поспешно стёрла её ладонью. Потом глубоко вдохнула, спрятала свиток, натянула сапоги и вышла из каюты.
Ночью ей снова снился тот самый сон.
Те же слова, те же лица… и всё же — что-то изменилось.
Он стал другим. Слишком тревожным.
На палубе кипела жизнь. Капитан и Каспиан спорили о курсе, Рипичип азартно дрался с Юстасом, а свежий ветер раздувал паруса. Эдмунд, с растрёпанными волосами и полузакрытыми глазами, выглядел так, будто проснулся минуту назад — зевал он каждые девять секунд.
Элли огляделась — ни Люси, ни Алекса поблизости не было.
Она подошла к Эдмунду, пытаясь изобразить лёгкость, которой не чувствовала.
— Доброе утро, Эд, — сказала она, натянув слабую улыбку. — Не видел Алекса и Люси?
— Доброе, — сонно ответил он, потирая глаза. — Нет, не видел. Сам только проснулся.
— Понятно… — пробормотала Элли и, неосознанно, начала покачиваться с пяток на носки.
— Ты нервничаешь? — вдруг спросил Эдмунд, прищурившись.
— Нет, с чего ты взял?.. — тихо произнесла она, чуть растерявшись и останавливаясь.
— Ты всегда так делаешь, когда волнуешься, — сказал он с мягкой улыбкой.
Элли ничего не ответила. Лишь опустила взгляд, пряча глаза.
Щёки её окрасились лёгким румянцем, а губы дрогнули — будто она хотела что-то сказать, но передумала.
— Может, потренируемся? — предложил Эдмунд, прищурившись и скрестив руки. — На мечах. Без твоей магии.
— На мечах? — переспросила Элли, вскинув бровь. — Ну… давай. — Она пожала плечами, стараясь казаться беззаботной. — Только ты уверен, что не споткнёшься? Ты же всё ещё сонный как муха.
— Да нет, всё нормаль… — начал Эд, но тут же споткнулся о бухту верёвки и едва не растянулся на палубе. — …всё под контролем! — добавил он, поспешно выпрямляясь.
Элли хихикнула, прикрывая рот рукой. Смех вышел тихим, но настоящим — впервые за утро.
— Конечно, под контролем, — сказала она с лёгкой усмешкой.
Они взяли мечи и направились к корме корабля, подальше от суеты. Море гудело, ветер бился о паруса, и солнце, пробиваясь сквозь облака, бросало мягкие блики на доски палубы.
Элли сжала рукоять меча обеими руками. Её меч,который теперь принадлежит Алексу. Он был чуть тяжелее, чем ей хотелось, и в движениях чувствовалась скованность. Эдмунд, напротив, стоял легко, уверенно, почти играючи.
— Готова? — спросил он, приподнимая клинок.
— Вроде бы, — ответила она, неуверенно поднимая меч.
— Главное,не отбивайся всем телом, — сказал он, сдерживая улыбку. — Только запястьем, вот так.
Они сошлись. Металл звякнул, и Элли отступила, чуть не потеряв равновесие. Эд мягко подправил её стойку.
— Ногу чуть назад… да, вот так. И смотри не на меч, а на плечи противника.
— Слишком много советов, — буркнула она, снова делая неуверенный выпад.
— Потому что ты слишком много машешь мечом, — с усмешкой ответил Эдмунд. — Это не метла,Лисичка.
Она закатила глаза, но рассмеялась — уже без напряжения.
— Я думала,ты уже забыл о этой кличке.
— Размечталась. — с Ухмылкой сказал справедливый.
Они обменялись ещё несколькими ударами, больше похожими на игру, чем на настоящую дуэль. Элли старалась, но движения выходили неловкими; Эд едва касался её клинка, не желая задеть.
— Всё, сдаюсь, — выдохнула она, тяжело дыша. — Если бы это был бой, я бы уже трижды проиграла.
— Может быть, — сказал он мягко, опуская меч, — но ты хотя бы пытаешься. Но я всё же лучше.
Элли усмехнулась и отвела взгляд, глядя на море. Ветер трепал её волосы, а в груди на миг стало чуть легче — будто волны смыли часть тревоги.
Элли вдруг обратила внимание на дверь в конце коридора.
Оттуда доносились голоса. Очень знакомые голоса.
— Чшш! — шепнула она, когда Эдмунд хотел что-то сказать.
Она тихо, почти бесшумно, подошла к двери и стала прислушиваться.
В правой руке она всё ещё держала меч.
Эдмунд, сам того не осознавая, тоже прижался к стене рядом и начал вслушиваться.
— А… Лисичка, а зачем мы это делаем, соответственно? — сказал справедливый.
— Во-первых, хватит меня так называть. Во-вторых, тебе не кажется, что это Алекс и Люси? — прошептала Элли, ощущая, как сердце колотится в груди.
Эдмунд прижался ближе к двери, чтобы различить слова отчётливее. И действительно — голоса были очень похожи на Люси и Алекса.
Вдруг послышались быстрые шаги, стремительно приближавшиеся к двери.
Элли схватила Эда за воротник и потащила за угол, прячась от тех, кто выходил из каюты.
— А что здесь делает мой меч? — прозвучал знакомый мужской голос.
Элли посмотрела на свою правую руку. Меч исчез.
Вот же глупость — подумала она.
похоже, выронила его, когда пряталась вместе с Эдмундом.
— Может, Элли вместе с Эдмундом тренировалась? — послышался женский голос.
Элли осторожно выглянула из-за угла и увидела Алекса с мечом и Люси рядом.
— Но если они здесь тренировались… — глаза принца слегка округлились, и он поспешно взглянул на стоящую рядом девушку. — Думаешь, они слышали?
— А вдруг нет? — тихо предположила Люси.
— Будем надеяться, что нет, — слегка тревожно сказал Алекс. — Ладно, пошли.
Двое подростков скрылись за поворотом, и Элли смогла спокойно выдохнуть.
— Про что они вообще говорили? — спросила она, поднимая взгляд на Эдмунда. И сразу поняла, в какой позе они стояли…
Эдмунд был прижат к стене, а Элли случайно облокотилась на него. Её рука лежала на его груди, и дистанция между ними была, мягко говоря, слишком близкой.
Девушка быстро отстранилась и выпрямилась.
— Прости… — тихо прошептала она.
— Ничего… — ответил Эдмунд, слегка покраснев.
— Как думаешь, о чём они говорили? — спросила Элли, снова покачиваясь с пяток на носочки.
— Может, о нас? — усмехнулся Эдмунд. — И ты опять нервничаешь.
Чёрт… — выругалась Элли в голове и перестала качаться. Дурная привычка. Надо как-то избавиться от неё.
— Они обсуждают нас открыто, это не для кого,не секрет, — сказала она, слегка закатив глаза.
А вдруг они нашли пророчества?! О нет, нет, нет… Надо проверить! — тревожные мысли буквально заполонили голову Элли.
Она подняла взгляд на Эда.
— Эд, мне нужно срочно в каюту.
— Зачем?! — воскликнул он,чтобы девушка услышала.
— Попытаюсь у Лу узнать, о чём они говорили! — быстро придумала Элли, направляясь лёгким бегом к каюте.
Когда она почти дошла до двери, кто-то её окликнул.
— О, Элли! Я хотел… — начал Каспиан, но не успел договорить.
— Каспиан, не сейчас, пожалуйста! — перебила его Элли, уже входя в каюту.
Внутри всё было как обычно. Девушка поспешила к чёрному ящику под кроватью, достала оттуда шкатулку, в которой лежали корона и свиток.
— На месте… — облегчённо пробормотала принцесса.
Вдруг в каюту вошла Люси.
— О, привет, Ли! — поздоровалась младшая Певенси, закрывая дверь. — С утра тебя не видела.
Элли быстро спрятала шкатулку в ящик и сделала вид, что тщательно ищет что-то внутри.
— Да… очень была занята, — чуть мямлила она.
— С Эдом тренировалась? — с лёгкой усмешкой спросила Люси.
— Э… да, — пробормотала Элли, мысленно ударив себя по лбу. — Мы решили отработать удары сверху.
— Понятно, — сказала Люси и села на кровать.
Элли взяла заколку из ящика, закрыла его и снова поставила под кровать.
Подойдя к кровати Певенси, она села рядом.
— Я так понимаю, вы поговорили с Алексом? — с едва заметной усмешкой спросила Элли.
Люси смущённо отвела взгляд, слегка покраснела и кивнула.
— Расскажешь? — продолжила Элли. — Или вы потом вместе мне расскажете?
— Второй вариант лучше, — улыбнулась Люси.
— Хорошо, буду ждать, — сказала Элли и, дав Люси заколку, вышла из каюты.
Заколка была в виде звезды, выполненной в красных и жёлтых тонах. Люси на мгновение задержала взгляд на ней. Воспоминание о прозвище, данным младшим О’Дэшитом, вызвало румянец на её щеках, и она, смущённая, уткнулась лицом в подушку.
***
Прошло несколько дней. Всё это время корабль не останавливался, продолжая свой путь сквозь бескрайнюю водную гладь. Ни следа Голубой звезды. Казалось, будто она и вовсе не существовала. Но они не сдавались — продолжали искать, упорно и без устали, словно кто-то невидимый вёл их вперёд, заставляя не останавливаться.
Все эти дни Элли преследовал один и тот же сон — тот самый, что она видела на острове. Каждую ночь он повторялся снова и снова, как заезженная пластинка. Но этой ночью что-то изменилось. Сон стал другим.
***
От лица Элли
Я открываю глаза и снова оказываюсь в той самой пещере. Всё то же: лёгкий туман, переливающиеся оттенки света, странная, почти потусторонняя тишина… и главное — чистое, бездонное озеро, отражающее всё вокруг, как зеркало.
Сзади послышались шаги. Я повернулась, ожидая увидеть Джадис, как прежде.
Но передо мной стояла мама.
— Мама… — мой голос дрогнул, а ком застрял в горле.
— Доченька… — её голос был мягким, тёплым, до боли родным. — Иди ко мне.
Я хотела шагнуть навстречу, но не смогла. Невидимая сила удерживала меня — холодная, как лёд. Пещера начала меняться: стены растаяли в странном свете, и всё вокруг превратилось в ледяную темницу.
Холод пробирал до костей. Пар вырывался изо рта при каждом вдохе. Стены и пол были вырезаны из чистого льда — острые, прозрачные, словно сама зима обрела форму.
Я подняла глаза — мама стояла прикованная цепями к стене. Тело покрыто ссадинами,синяками и порезами. Лицо… безжизненное, словно всё человеческое давно покинуло её.
В темницу вошла Джадис. На ней было длинное белое платье, украшенное серебром, а на голове — корона моей матери.
— Привет, сестрёнка, — усмехнулась она с издёвкой. — Как поживаешь? Всё ещё не передумала рассказать, где спрятала свою магию?
Мама молчала. Не поднимала взгляда.
— Не хочешь говорить? Как жаль… — прошипела Джадис, приближаясь. — Всё у тебя было первым: престол, магия, слава, даже милость Аслана. Первая, первая, первая! А я? Кто я? Никто! — её голос сорвался. — Но теперь всё изменится. Теперь я стану первой во всём!
Она подошла ближе и, почти ласково, провела пальцем по ледяной цепи.
— Но, знаешь, — сказала она тихо, — Я даю тебе шанс, Кэтрин. Скажи, где твоя магия… или я найду другой способ.
Я чувствовала, как сердце сжимается от ужаса. Холод проникал под кожу, в самую душу.
— Знаешь, Кэтрин, — продолжила Джадис, глядя на неё ледяными глазами, — я всегда ненавидела тебя за то, что ты оставила меня в тени. Но теперь всё будет иначе. Мне стоит лишь избавиться от тебя — и всё станет моим.
Мама подняла взгляд. Голос её был тих, дрожащий, но твёрдый:
— Делай что хочешь… но… — она закашлялась, и из её рта выступила кровь. — Не трогай… моих детей…
Джадис усмехнулась.
— Ах да, твои драгоценные детки. Элли и Алекс,племяшки мои. — прошептала она. — Как трогательно.
— Ты их не найдёшь, — выдохнула мама.
Я почувствовала, как всё внутри оборвалось.
Мама стёрла нам с Алексом память, когда мы были совсем детьми, и отправила через портал в Англию — к профессору, который когда-то тоже жил в Нарнии. Но Аслан вернул мне воспоминания. И я будто снова пережила тот ужасный день, когда нас разлучили.
Джадис на миг замерла, потом её глаза вспыхнули холодным гневом. Она подняла руки, и ледяной вихрь закружился вокруг мамы. Я видела, как мама постепенно замерзает — кожа покрывается трещинами, тело становится прозрачным, как стекло…
— Мама! — закричала я, бросаясь вперёд.
Я протянула руку — и пальцы прошли сквозь её тело. Никакого тепла, никакого сопротивления. Только холод и пустота.
— Мама, пожалуйста… не оставляй меня!
Но никто не слышал. Никто.
Джадис улыбалась. Её рука легла на грудь мамы — и в тот миг я поняла: она замораживает её сердце. Свет в глазах мамы угасал.
Мой медальон вдруг засветился, тянулся к ней — и всё вокруг начало таять. Свет, цвета, звук — всё исчезло, как вода сквозь пальцы.
Я падала, проваливалась в пустоту…
И вдруг — открыла глаза.
— Мама! — крик сорвался с губ. Я села на кровати, в слезах и дрожи.
Я снова была в своей каюте. Но страх и боль не отпускали — они жгли изнутри, как ледяное пламя.
***
Элли вышла на палубу, чтобы успокоиться. Натянув сапоги, она старалась не разбудить Люси и Гаэль. Ночь была тиха — лишь ветер трепал паруса, а волны мягко ударялись о борта корабля. Небо сверкало миллиардами звёзд. Капитан, единственный бодрствующий, стоял у руля, даже не взглянув на неё.
Подойдя к краю, Элли опёрлась о перила. Морской ветер играл её волосами. Она подняла руку — пальцы дрожали.
Слова заклинания сорвались с губ, и море послушно отозвалось. Волны вздымались, сталкивались, вдалеке сверкнула молния. Всё вокруг словно отражало её внутреннюю бурю.
Медальон на шее вспыхнул и обжёг кожу.
— Ай!.. — Элли схватилась за ожог, и волны тут же опали, качнув корабль. — Что за…
Через пару минут из каюты вышел Эдмунд, сонно потирая глаза.
— Элли? — спросил он, подходя ближе. — Ты чего не спишь?
— А?.. Эдмунд… — девушка вздрогнула, обернувшись. На её лице тревога боролась с усталостью. — Просто… вышла подышать свежим воздухом.
— Посреди ночи? — приподнял бровь Эд.
— Да.
— Одна?
— Да…
— Просто так?
— Эд, что за допрос? — устало выдохнула она.
Он улыбнулся уголком губ.
— Это не допрос, Лисичка. Просто беспокоюсь. — Его взгляд стал серьёзнее. — Ты ведь не просто так здесь стоишь, правда?
— Я же сказала, всё нормально! — голос сорвался, потом стих. — Прости… Просто… кошмары.
Она отвернулась, снова глядя в море.
— Из-за пророчества? — тихо спросил Эд, подходя ближе.
Элли резко обернулась.
— Откуда ты знаешь?..
— В ту ночь, когда мы вернулись с острова, я пришёл проверить, как ты. — Он говорил спокойно, глядя вдаль. — Ты не открывала, и я зашёл. Увидел тебя спящей… и на полу — свиток. Из любопытства прочитал.
Элли опустила голову.
— Почему ты не сказал раньше?..
— Если скажу, что не было повода,совру, — мягко ответил он. — Просто… не хотел давить. Ты и так несёшь слишком много.
Элли тихо усмехнулась сквозь слёзы.
— Всё навалилось сразу: корона мамы, этот туман, кошмары, пророчество, будущее Алекса,наш приход в нарнию,мои экзамены… и мы с тобой. Из меня будто все силы выжали. Какая из меня принцесса, если я даже брата защитить не могу?..
Слёзы потекли по её щекам. Эд шагнул вперёд и заключил её в объятия.
Она сначала замерла, потом прижалась к нему, дрожа. Его рука мягко гладила её по спине, а её всхлипы становились всё тише.
— Почему ты не сказала раньше? — прошептал он, когда дыхание Элли стало ровнее.
— Мне было страшно… — хрипло ответила она. — Не за себя. За Алекса.
Эдмунд обнял её крепче.
— Я помогу тебе, — тихо сказал он. — Обещаю. И тебя тоже защищу.
Элли всхлипнула и слабо ударила его в плечо, усмехнувшись сквозь слёзы.
Море вокруг снова стало спокойным.
------
Новая глава!
Она вышла объёмной — более 2500 слов. В этой части я решила рассказать, как погибла мама Элли и Алекса. О смерти их отца вы уже знаете, а вот история мамы пока оставалась загадкой. Думаю, это важный момент, который хорошо дополнит сюжет.
Буду рада видеть вас в своём Telegram-канале Hello this is Skarlin!
Там я делюсь интересной информацией о фанфике: фактами, разборами, рубриками, опросами и анонсами.