"Бусурманские склепы"на чумном кладбище(Россия:Москва)
В истории Москвы эпидемии не были редкостью. Одна из самых крупных и смертоносных началась осенью 1770 г. Купцы из Причерноморья вместе с шерстью завезли чуму. С QR-кодами тогда было трудно, а в плане карантинной дисциплины москвичи были столь же беспечны, как и сегодня. Зараза распространялась очень быстро. Ежедневно регистрировалось до 800 смертей. Всего за полтора года умерло около 100 тыс. человек, то есть больше половины от тогдашнего населения Москвы. Хоронить их было негде. Поэтому императрица Екатерина II велела основать девять новых кладбищ за пределами города. Одно из них – Немецкое, у реки Синички, где Госпитальный вал – было выделено для погребения многочисленных инославных, живших в Москве (лютеран, католиков, англикан). Их могилы, по европейскому обычаю украшавшиеся изысканными надгробиями и готическими скульптурами, отличались от привычных русских. Несмотря на петровские реформы и десятки лет европеизации москвичи продолжали относиться к иностранцам с недоверием. Еще в XVII веке бесов изображали в немецком платье. А встретив иностранца, было принято мыть руки, как после проводов покойника. Неудивительно, что вокруг чумного Немецкого кладбища сложилась дурная слава, но все же не лишенная поэтической составляющей. Жители Москвы рассказывали друг другу, как призраки «немцев» играли на органах и вели друг с другом печальные разговоры.