Часть 4
Майя вынашивала план около недели перед тем, как воплотить его в жизнь. Пару дней назад она записалась на приём и вот сейчас, стояла перед дверью в комнату ожидания. На табличке значилось: «Лауров Виктор Петрович, доктор психологический наук».
Глубоко вздохнув, Майя толкнула дверь. Она оказалась в светлой комнате, напротив входа была ещё одна дверь, у которой стоял стол. За столом сидела, видимо, помощница доктора, которая при виде Майи просияла.
— Здравствуйте! У вас назначено на 17:00, погадаю? Ветлужских Майя Романовна?
— Да, это я, — Майя, растерянная таким радостным приветствием, остановилась почти в дверях.
— Проходите, присаживайтесь, — помощница указала на диванчик у окна. — Я сейчас сообщу Виктору Петровичу. Кстати, я Катерина, если Вам что-то понадобится, пока вы здесь, я вам помогу. Хотите чай или, может быть, кофе?
— Можно воды? — попросила Майя.
— Да, конечно. Минуту, я принесу!
— Спасибо.
Жизнерадостность девушки плескалась в ней, выливаясь на всех окружающих. На улице было пасмурно, но в приёмной было светло и тепло, как к летний день из-за Кати, улыбка которой озаряло все вокруг. «Наверное такими и должны быть помощники психологов. Ты в депрессии, попадаешь сюда, и терапия начинается прямо с порога. Тебя окружают вниманием и заботой, так что жизнь перестаёт казаться такой ужасной.»
Катерина принесла воды, и Майя ещё пару минут сидела на диванчике, пока из кабинета не вышла женщина. Она заглянула в кабинет и с улыбкой пригласила Майю войти.
В кабинете ее встретил мужчина. Он был полный, среднего возраста, с пышными усами и в очках. Он излучал добро, поэтому Майя сразу же доверилась ему, хоть и видела впервые.
— Здравствуйте.
Психолог жестом указал ей на кресло напротив и надел очки.
— Здравствуйте, Майя Романовна, — он улыбался. — Что привело Вас ко мне?
— Я читала о вас, и читала некоторые ваши статьи, и мне нужна ваша помощь. Я поняла, что из-за стороннего вмешательства в мое сознание, я забываю некоторые вещи. Такое чувство, что это происходит по команде. Я знаю, как дико это звучит, но я хочу вспомнить!
— С чего Вы взяли, что что-то забываете?
— Я начала вести дневник и нашла его после того, как очередной раз все забыла... И забыла про дневник. Я явно забыла то, что не должна знать. Но я должна все знать! Вы же практикуете гипноз, Вы можете помочь мне?
— Думаете, Вас гипнотизировали?
— Думаю, да.
— Хмм, — доктор задумался. — Хорошо, давайте попробуем. Но я не могу просто так это сделать, мне нужна подготовка, к тому же сеанс гипноза проходит не здесь... Для этого нужно тихое и темное место. Это отдельные офис, в институте. Давайте пока поговорим, чтобы я лучше вас узнал, чтобы я мог подобрать к Вам подход.
— Как скажете, — пожала плечами Майя.
Они поговорили, Майя рассказала о своей жизни — о работе, о родителях, Юле, и даже о Юлиной собаке, рассказала о детстве, о первой любви и Леше... Она попыталась описать чувства, которые испытала она, когда нашла злосчастную заметку, чувства от разговора с Юлей и что она чувствует сейчас... Это был монолог на полтора часа, который практически не перебивался психологом. Он лишь иногда задавал уточняющие вопросы по поводу ее чувств.
В конце сеанса они договорились встретиться в через четыр дня в институте.
Майя с нетерпением ждала этого дня. В час икс она была на проходной института. Виктор Петрович встретил ее и они вместе прошли в лабораторию. Психолог рассказывал ей, как все будет проходить:
— С нами будет Катерина, Вы ее уже видели на первом приеме. Она отвечает за физическую составляющую эксперимента. У неё было несколько научных работ, посвященных важности внешних факторов во время гипнотических сеансов. Весь сеанс будет сниматься на видеокамеру и я, разумеется, дам Вам копию, учитывая Вашу ситуацию. У вас есть ещё вопросы?
— Мы сможем потом обсудить то, что произойдёт?
— Да, конечно. Мне нужно будет тоже пересмотреть запись, так что, как вы смотрите на то, чтобы встретиться на следующей неделе в основном офисе?
— Да, хорошо, — согласилась Майя.
Ей было страшно до чертиков, но она искренне старалась не показывать это. Уже привычное смятение не волновало, как раньше, а стало обычным спутником Майи.
На месте, как и обещал Виктор Петрович, был выключен свет и лишь редкие лучи прорывались через плотно закрытые шторы.
Катя принесла ей бумаги, согласие на сеанс. Там было об осторожности во время самого сеанса, о неразглашении обеими сторонами конфиденциальных данных, остережение по поводу критических ситуаций и многое другое. Майя и Виктор Петрович обговорили некоторые моменты и когда бумаги были подписаны, они перешли к основной части.
Катя посадила Майю в мягкое кресло в середине комнаты, а доктор сел напротив и достал блокнотик с ручкой. Катя, которая была уже на месте, когда они пришли, включила видеозапись и села на стул у стены за Майей.
— Итак, Майя закрой глаза, — голос доктора был мягкий и действовал успокаивающе. Майя закрыла глаза и прислушалась к тишине комнаты. — Слушай мой голос и иди за ним. Ты идешь по темному коридору. Ты слышишь свои шаги, которые гулко разносятся в тишине. Вокруг никого нет. Ты знаешь этот коридор? Скажи мне?
— Это коридор моей школы, где я училась, — сказала Майя. Она решила представить его, так как до сих пор помнила его лучше, чем любое другое место. Ответ удовлетворил доктора и он еле заметно кивнул.
— Опиши мне этот коридор?
— Зеленые стены, линолеум на полу.
— Какой кабинет рядом с тобой?
— Кабинет математики на третьем этаже.
— Заходи туда. Что ты видишь?
Майя, сама того не понимая, уже вошла в транс, в его начальную ступень, поэтому голос Виктора Петровича стал глуше и тише.
— Просто кабинет. Доска, парты, шкафы.
— Загляни в шкаф. Там стоит книга. Она описывает школьные годы твоей жизни. Возьми ее.
— Она тяжелая... — произнесла Майя.
— Это нормально. Это же твоя жизнь. Ты можешь взять ее?
— Да, я перенесла ее на парту.
— Открывай. — Не могу, она на трех замках.
Доктор нахмурился.
— А рядом ключей нет?
— Нет.
— Тогда пойдем в другой кабинет. Где хранятся ключи от кабинетов?
— На охране на первом этаже.
— Иди туда.
— Тут нет таких ключей.
— А у кого они могут быть?
— Я не знаю...
— Хорошо. Не переживай. У таких книг не один экземпляр. Пойдем в библиотеку.
— Ох, — лицо Майи чуть скривилось, — опять подниматься на третий этаж, — Виктор Петрович усмехнулся.
— Ничего страшного, поднимайся. Дошла?
— Нет. Передо мной дверь с замком.
— Ключ же торчит в скважине, разве нет?
— Да, торчит.
— Значит открывай. Ищи книгу с названием "Школа".
— Нашла. — Майя чуть-чуть помолчала и сказала. — Но тут ничего нет. Она пустая.
— Возьми ручку, Майя. И теперь пиши.
— Я вижу. Дальше я сама!
Губы Майи еле шевелились, будто она читала что-то. Над закрытыми глазами периодически приподнимались брови. Майя издавала еле слышные возгласы на подобии "Ах!", "Серьезно?" и "Снова?", пока вдруг не сказала громко.
— Леша!
— Леша?
— Да! Целая книга посвященная Леше!
Виктор Петрович довольно улыбнулся и мягко сказал. Она у тебя?
— Нет, на нее лишь ссылка.
— Значит ищи ее.
— Она в соседней секции. Проход в секцию завален.
— Ты можешь туда попасть?
— Не знаю, когда разгребу, наверное, да.
— Ты хочешь туда попасть?
— Да!
— Значит пробирайся.
Майя тяжело вздохнула. Было видно, что мышцы ее напрягаются, хоть она и сидит неподвижно.
— Черт! — выругалась Майя.
— Что случилось?
— Тут только одна часть! Последняя!
— Из скольки?
— Из четырнадцати!
— А где остальные?
— Судя по указателю, каждая лежит в своей секции...
— Тебе нужны все?
— Определенно, да.
— Значит собери их все... — все тем же спокойным голосом сказал Виктор Петрович и впервые с начала сеанса отметил что-то в блокноте.
Майя вздохнула и замолчала. Со стороны казалось, что она уснула, сидя в кресле, но в ее голове происходил великие поиски. В каждой новой секции ее ждало что-то новое. Ей то надо было пробираться через веревочный город к нужной полке, то перелезать через барьеры, то очередная часть была скрыта под завалом из других книг, но часть за частью Майя складывала в рюкзак, который был у ее за спиной. Ей показалось, что она провела тут уже весь день.
Дойдя до самой дальней секции и найдя книгу, она обнаружила ее на замке за бронированным стеклом, подобно тому, как выставляют драгоценности за миллионы долларов в музеях.
На счастье, у нее на руке было ее кольцо с бриллиантом (подарок папы на 25 лет), и хоть бриллиант был совсем крохотным, его должно было хватить, чтобы разбить даже бронированное стекло. Процарапав окружность, Майя нашла какую-то трубу и со всей силы ударила по стеклу.
Раздалась оглушительная сирена.
Майя закричала, закрыв уши руками, но ничего не помогало. Сквозь вой она услышала все еще спокойный голос Виктора Петровича.
— Майя, ты меня слышишь?
— Сирена! Сирена включилась.
— Слушай мой голос, — вновь услышала она. — Перекрывает звук любой сирены. Звук удаляется от тебя все дальше и дальше. Ты слышишь только мой голос.
С каждым словом, Майя расслаблялась. Она опустила руки от ушей и вновь выпрямилась.
— Ты собрала все книги?
— Да, — Майя кивнула головой. — У меня целый рюкзак книг.
— Иди домой.
— Домой??
— Да, домой. Убери все книги в шкаф. Они сотанутся твоими навсегда. — Майя облегченно вздохнула. — Скажи, когда спрячешь их. Только никому не говори, где они. Даже мне.
— Хорошо, — Майя помедлила. — Я спрятала.
— Хорошо. — кивнул психолог. — Слушай мой голос внимательно. Иди на него. Ты идешь по улице, идешь на голос, вокруг поют птицы, светит теплое солнце... — в этот момент Катя, тихо вставшая заранее, аккуратно открыла окно. Повеял свежий воздух. — Когда я досчитаю до одного ты проснешься. Ты будешь помнить, где спрятала книги и сможешь к ним вернуться при желании. Ты готова?
— Да.
— Пять. — медленно считал Виктор Петрович. — Четыре. Три. Два. — он сделал паузу... — Один.
Майя открыла глаза. К этому моменту все окна были настежь открыты, солнечный свет освещал комнату.
— Все получилось? — спросила Майя.
— Я бы сказал, что да. Ты помнишь что-нибудь?
— Хмм, — задумалась Майя. — Я была в школе?
— Да, верно.
— Ходила по библиотеке.
— Верно. Ты помнишь, где ты спрятала книги?
— Книги? Нет. Какие книги?
— Ты поймешь во сне. Вся твоя жизнь была описала в книгах. Ты собрала набор книг, связанных с Алексеем и всем, я полагаю, что с ним связано. И спрятала где-то в своем доме. Когда тебе будет сниться сон, ты сможешь вернуться домой мысленно и прочитать все, что там есть.
— Но почему я все еще не помню ничего?
— Если там действительно такой большой объем памяти, как ты мне рассказала, это было бы тяжело для тебя, столько вспомнить за раз.
— Хорошо, спасибо! А видео? — Майя указала на камеру.
— Я пришлю Вам через пару часов, — сказала Катя.
— Спасибо.
— На счёт остального договоримся завтра, хорошо? Я позвоню Вам завтра.
— Хорошо, — кивнула Майя.
Катя проводила Майю до выхода из института. Перед выходом Катя сказала:
— Вам, кажется, Виктор Петрович не сказал это, но не пытайтесь узнать все за один раз...
— Почему?
— Чтобы мозг не перезагружать.
— А, хорошо.
Они попрощались и Майя поехала домой. У неё была куча дел дома — тетрадки, подготовка в завтрвшнеиу дню в школе и так, по мелочи. Всю дорогу домой она пыталась поймать в памяти кадры произошедшего с ней. Школа, коридоры, ключи, сирена. Ничего больше. «Ну ничего, во сне все прояснится», — подумала Майя.
***
Майя очнулась на своей кровати. За окном была ночь. Майя включила свет и огляделась. Она четко помнила приключения, случившиеся с ней предыдущим днем — школу, библиотеку, книги. Книги! Она спрятала их в диване!
Вскочив с кровати, она побежала в гостиную и упала на колени перед диваном. Подняв диван, она увидала рюкзак, наполненный теми самыми книгами. Она вытащила его из короба дивана и раскрыла. Четырнадцать книг лежали перед ней. Она взяла случайную книгу и открыла в середине.
— Почему она пустая? — опешила Майя и тут же вспомнила про наставления Виктора Петровича. Она нашла пишущую ручку и как только пишущая часть коснулась страницы книги, на ней проступили буквы.
Майя вчиталась в текст и узнала себя в 19 лет. Второй курс, веселая практика в школе, где они с одногруппницами встретили прикольных парней, которые приехали по работе — делали полное переоснащение школы. Майя помнила этот момент, но не помнила Лешу.
Вдруг Майя очутилась не в себя в гостиной на полу, а в той самой школе, шестью годами ранее. Она наблюдала за всем со стороны, видела себя, своих одногруппниц — Елену и Ксению, детей, группку парней, среди которых явно выделялся студент. «Тоже практикант», — догадалась Майя.
Следующий кадр — тот самый парень настраивает компьютер в кабинете, где сидела Майя и готовилась к уроку. Перемена, дети кричат, за ними никто не смотрит.
— Вы учитесь в педе? — вдруг спросил парень?
— Да, — ответила Майя не отвлекаясь от конспектов.
— Здорово! У меня мама тоже учителем была раньше. Потом ушла из школы, надоело.
— Мне пока не надоело.
— И это замечательно, — парень выдавил неловкий смешок. — Я, кстати, Лёша.
— Майя, — она наконец оторвалась от бумаг и улыбнулась парню.
— Красивое имя, — улыбнулся в ответ Лёша. Воцарилась пауза, в которую ребята просто смотрели друг на друга.
«Он такой прикольный», — пронеслось в голове Майи.
— Как насчет погулять вечером? — Вдруг спросила девушка, сама не ожидая от себя такого.
— Может быть я встречу тебя после уроков? — встрепенулся паренёк.
— Хорошо, — Майя, продолжая улыбаться, погрузилась опять в чтение. Впрочем, она уже толком не читала, а только пыталась все-таки убрать улыбку с лица.
Наблюдавшая за всем этим взрослая Майя была немного шокирована. Помнит ли она практику? Определенно да. А программистов, которые настраивали технику в школе? Тоже да. Но помнит ли она о парне, который позвал ее гулять? Нет! Более того, сейчас, смотря на него, она вдруг поняла, что тот самый парнишка, который подошёл к ней в парке, когда она плакала и был Леша!
Картинка снова изменилась, и вот они с Лешей идут за руку по неизвестному ей парку. Смеются, болтают, едят мороженое.
Взрослая Майя могла услышать все, что думала Майя из воспоминаний:
"Он такой классный! У нас так много общего! И почему только мы не встретились раньше, ведь мы живем в одном городе и даже в одном районе! Кажется, я влюбилась... "
Ребята дошли до лавочки и Леша улегся головой Майе на колени. Она щекотала ему нос травинкой и заразительно смеялась, когда Лш пытался чихнуть.
Внешняя идилия этого момента заставила Майю задуматься. Она не помнит так много счастливых моментов... А вдруг она не помнит практически все моменты счастья? Что бы это ни было, она потеряла не только важные воспоминания о Леше (она была практически уверена, что воспоминания о Леше крайне важны), она потеряла необходимые для человека моменты радости. В тяжелое время, когда теряешь почву под ногами лишь теплые воспоминания не дают опустить руки. Но если их нет?..
И вот снова сцена сменилась и Майя оказалась дома, в своей старой комнате в доме родителей, где она жила тогда и делилась с переписывалась с Лешей по телефону.
"Это будет очень странно звучать, если я скажу, что влюбился в тебя?"
Майя осмотрительно не прочитала это сообщение, чтобы дать волю эмоциям. Быстро набрав Юле, даже не посмотрев на время, она запищала в своей тогда обычной манере:
— Юля! Юля! Юля! Он это сказал! Он сказал, что влюбился в меня! Что мне сказать? Что? Что? Чтоооо???
— Сейчас два часа ночи, женщина. Лучше бы вы оба спали... — раздался уставший голос подруги.
— Но ты же взяла трубку!
— Я всегда беру трубку, если это ты, но это не повод пользоваться моей добротой! — фыркнула Юля.
— Прости! Что ему написать?
— Напиши все, что хочешь. Вы двое одалели. Ты можешь сказать ему абсолютно все что угодно, я подчеркивая, все что угодно, и он все равно поймет тебя правильно! Так какая разница, что говорить?
Майя задумалась. Примерно с минуту в трубке было слышно только дыхание Юли.
— Можно я продолжу спать? — спросила наконец подруга.
— Да. Спасибо тебе. Спокойной ночи.
Глубоко выдохнув и приведя дыхание в норму, Майя прочитала сообщение.
"Это вообще не будет странно. Ведь я чувствую то же самое"
Через мгновение она услышала голос. Он явно был не из этой сцены — его будто принесло ветром откуда-то из глубины памяти.
— Бермуды наполнились жизнью, Майя.
И Майя очутилась снова над рюкзаком с книгами.
— Нет, нет! Верни меня туда! — она начала тыкать ручкой в книгу, но ничего не происходило. — Я должна узнать, что было дальше! Что за Бермуды?!
— Верни! — крикнула Майя, но уже вслух, проснувшись. Она оказалась в своей постели. За окном все еще была ночь, а на часах виднелось час ночи.
Теперь Майя помнила каждую деталь того, что происходило с ней в то время, а значит могла не бояться забыть все. Логика подсказывала, что стоит записать все сразу, на всякий случай, но Майя так хотела спать, что оставила эту затею до утра.
Обнаружив, что утром она все ещё все помнит, Майя отправилась в школу. На душе стало заметно спокойнее от того, что жизнь ее проясняются. Она не кажется уже такой ужасной, когда есть надежда. Забавно, как надежда меняет восприятие тех ужасов, которые переживает человек. Отними у него надежду и он даже не задумается о борьбе. Но верни — и он свернёт горы в попытке дойти до конца.