.
- Вы расстались с женой, док?- поинтересовался маньяк, устраиваясь на диване, положив ногу на ногу. Я ничего не ответил. Настроение и так было прескверное, - У вас больше нет кольца на руке, да и рубашка... Знаете, ваша прелестная жена всегда оставляла на воротничке такую, характерную для неё складочку... Сейчас её нет. Да и духами от вас пахнет гораздо меньше. Зато я лучше ощущаю ваш парфюм.
Методы дедукции парня меня уже не удивляли, но сейчас откровенно бесили. А Зеркальщик, ехидно поглядывая на меня, только этого и добивался. Я видел, что меня просто выводят из себя, но ничего не мог с собой поделать. Расставание с Лиз итак далось мне достаточно сложно. А тут ещё и Кристиан со своими догадками.
- Зная вас, доктор Уайт, ссора у вас была не бытовая... Не такая, как в обычных семьях. И, думаю, дело было не в вашей жене. А в вас, док.
Крис сверкнул изумрудами глаз, сощурился, облизнул треснувшие в двух местах губы и предположил, ухмыляясь, - Быть может, в вас появилось то, что ей не понравилось? Быть может, в вас проснулось некоторое ненормальное желание?... Больное отклонение... - на слове "больное" Зеркальщик сделал такой отвратительный акцент, вставая с дивана, что я не выдержал. Это стало последней каплей.
В две секунды я подлетел к наглому преступнику и, схватив его за горло, прижал к стене. Парень захрипел, извиваясь, скованные наручниками кисти не давали ему помешать своему убийству.
- Заткнись,- прошипел я, точно увернувшись от его ног, метивших мне в живот. Кадык задвигался под моей ладонью в судорожных попытках протолкнуть в лёгкие хоть немного воздуха.
- Док, а ведь...- прохрипел Кристиан, глядя мне точно в глаза - Ведь это из-за моего... Общества в вас проснулся... Садист... Я же говорил... Мы родственные души...
Я отпустил преступника, тут же упавшего на пол и раскашлявшегося.
- Ничего подобного, Кристиан. Мы совершенно разные люди.- отойдя от придушенного маньяка, я сел обратно за стол.
- Чёрт возьми, док... Вы могли меня убить. И как вам? Понравилось ощущать "власть над жизнью"? - он поднялся, облокачиваясь о стену, и сдул с лица прядь волос.
Я оглядел его с совершенно хладнокровным видом. Было паршиво ощущать, что меня смогли вывести на эмоции...