Истории Андертейл | Undertale Stories (AU)

Небо трещало по швам, разрываемое громом и копьями молний, словно его перекраивали заново безумием и яростью природы, скрывая творение плотной, тёмной вуалью туч. Дождь ещё не начался, а только громогласно грозился обрушиться в любую минуту тяжёлым потоком, прибивая траву к земле и умывая деревья. Несмотря на разгорающуюся бурю, было душно, и ни один листок не шевелился из-за отсутствия малейшего ветра. Казалось, что всё замерло в предвкушении, только и ожидая резкого взрыва грозы, что принесёт за собой облегчение от жары ушедшего дня.

Душа тихо ёкнула в груди при очередном выстреле грома, сжимаясь от лёгкого волнения. Блу протяжно выдохнул и задёрнул шторы, плотно скрывшие уже скудный свет с улицы, погружая комнату в полумрак, что сгущался в углах причудливыми тенями и рассеивался по мере приближения к единственному источнику света – к лампе на тумбочке. У которой ты и сидела, разложив на полу DVD диски и старые кассеты с фильмами.

— И зачем я только согласился, — тихо пробормотал скелет, усаживаясь на мягкий диван и наблюдая, как ты складываешь плоские пластиковые коробочки назад в тумбу и с особым, детским энтузиазмом подскакиваешь к телевизору, быстрыми и плавными движениями проделывая необходимые манипуляции с дисководом.

— Ну же, ягодка, не трусь, — хитро подмигиваешь ему, задерживая на несколько секунд внимание на его ярко-голубых глазах, что блестели в тени словно две маленькие звёздочки, на которые так и хотелось смотреть, но одёргиваешь себя и возвращаешься к настройке, пытаясь различить на пульте нужные кнопки. — Или ты сразу хочешь вручить мне лавры победы, даже не попытавшись?~

С его стороны прилетело лишь фыркающее «вот ещё», за которым сразу последовал удар грома над самым домом. Цокнув на то, как забарабанили по стеклу капли дождя, ты бросила беглый взгляд через плечо на поёжившегося позади скелета. В голову закрались сомнения насчёт задумки с просмотром ужастика в грозу, которую Блуберри с самого детства так невзлюбил и даже побаивался, в чём однажды признался тебе в одну из похожих ночёвок. Ты прекрасно помнила, как в ту ночь он без тебя никак не мог уснуть, но даже в твоём присутствии всё время вздрагивал во сне при каждом раскате грома. А тут ещё совпало, что вы поспорили, кто первым испугается на каком-нибудь скримере из фильма. Но понимая, что отступать уже некуда, да и скелета явно заденет, если из-за его страха сей спор отложится – а этого тебе не хотелось, – ты только вздохнула, настраивая громкость.

Блу, дабы не обращать внимания на бурю за окном, переключил его полностью на тебя. Завороженно рассматривая отблески света на твоём сосредоточенном лице, ему в голову пришли неожиданные сравнения: с одной стороны из-за лампы твоя кожа становилась бронзовой, делая тебя живой и горячей; а с другой тебя окутывал холодный свет от телевизора, превращая тебя в мраморное, величественное изваяние. И эти два сочетания он находил в тебе более, чем правдивыми. И ему это нравилось, увеличивая симпатию к тебе, заставляя забиться душу под рёбрами быстрее.

— Всё, можно начинать! — ты поспешно отключила лампу, оставляя гореть только экран телевизора, на котором уже замелькали картинки фильма, и плюхнулась рядышком со скелетом. Тот и моргнуть не успел, как ты уже с ногами забралась на диван с чашей вкуснопахнущего попкорна, предлагая и ему воздушное лакомство. Встретившись взглядами, на твоём лице появилась ухмылка. — И пусть победит смелейший~

Молния яркой полосой пронеслась за окном в сопровождении удара грома ровно после твоих слов.

Лёгкие вздрагивания, тычки под рёбра, безобидные подколы, передёргивания и изредка тихий смех – вот, что происходило во время просмотра фильма. Никто из вас не сдавался и мужественно держался, пытаясь максимально контролировать тело и эмоции на особо пугающих моментах. Правда, прижимаясь плечом к плечу скелета, ты чувствовала его напряжение, что усиливалось при грохоте с улицы. И, в невольной попытке успокоить, иногда практически невесомо, как невзначай проводила пальцами по его костяшкам – Блу благодарил в такие моменты небеса, что в комнате было довольно темно для того, чтобы разглядеть его голубоватый румянец на скулах; да и ты при этом не смотрела на него, скрывая своё небольшое смятение от столь незначительного проявления заботы к тому, кто в душе выходил для тебя за рамки понятия «друг».

Приближалась кульминация в сюжете фильма, и напряжение в событиях заметно возросло. Вы буквально залипли на экран, замерев в тревожном ожидании концовки. Пальцы перебирали край мягкого пледа, что лежал на ваших коленях, а души ёкали в груди от каждой резкой смены ракурса картинки.

Ба-бах!

Громкий скример, выкрик скелета и твой визг практически потонули во взрыве грома, сопровождаемым полной резкой тьмой, окутавшей комнату – телевизор погас, знаменуя собой отключение всего электропитания в доме. Ты дёрнулась, подскакивая с места, и тут же покатилась на пол, запутавшись ногой в пледе, попутно ещё утаскивая за собой скелета, за чью ладонь неосознанно схватилась в момент испуга. С глухим «ой!» из твоих лёгких вытолкнуло воздух, как только на тебя обрушилась тяжесть костяного тела, а после и возможности-то пополнить его не нашлось: чужие руки крепко сжали тебя в объятьях, прижимая к рёбрам.

— Блу, задушишь... — выдавила ты из себя, и только после этого заметила, как плечи скелета задрожали. Почуяв неладное, ты изловчилась, вдыхая поглубже, и скользнула руками на его спину, поглаживая. Тот замер, почувствовав твои ладони на позвоночнике, но не сдвинулся с места, продолжая практически лежать на тебе. — Ягодка?

Блуберри наконец-то поднял голову, и из тебя вырвался тихий вздох – в его сияющих небесных глазах, взгляд которых был устремлен на тебя, блестели слёзы. Он испуганно заозирался, крепче сжимая тебя в объятьях и будто защищая всем своим телом от возможных опасностей.

Он боялся. Боялся, что что-то случится с тобой.

— Хей, ну ты чего? — ты ласково провела по его позвонкам, слегка улыбаясь и не разрывая зрительного контакта, со скелетом, что выглядел крайне растерянным, А потом, прежде чем он сказал что-либо, уже сделав надрывный вдох, прильнула губами к его щеке, оставляя лёгкий поцелуй. Белые скулы сразу после осознания произошедшего покрылись голубоватым румянцем, а зрачки приобрели форму звёзд. Ты и сама смутилась от своего поступка, сделанного не совсем обдуманно, просто в порыве успокоить и отвлечь. И всё же надеялась, что это не будет настолько заметно в темноте, что рассеивалась разве что только ближе к глазам Блуберри и его грудной клетке, за которой чаще стала биться душа, сияя заметно ярче.

— Я... Я в порядке... — послышалось от него после глухой минуты тишины. Блу замялся, смотря на тебя, но потом опомнился и, смутившись ещё сильнее, поспешно стал подниматься с тебя, усаживаясь рядом на пол. — Ой, и-извини, ты не ушиблась? Я просто испугался, ты дёрнулась, в одеяле запутался, и... — ты хихикнула, возвращая себе былое самообладание, и села, мягко приложив к его рту палец, тем самым останавливая быстрый поток извинений. Скелет замер на пару секунд, а после вздохнул и взял тебя за руку. — Прости... И я проиграл, да?..

— Всё хорошо, ягодка, не переживай. Да и... Мы оба испугались, — ты улыбнулась, хоть и чуть не растеряла вновь свою уверенность, стоило тому переплести с тобой пальцы и заглянуть в глаза. — Так что ничья, думаю.

— Хорошо, раз так, — как-то невпопад кивнул он, опуская взгляд на руки, а после на одном дыхании выпалил. — И я так тебя люблю, Т/И... И боюсь потерять...

Твоё самообладание всё же с треском рассыпалось, оставив после себя жар на щеках от румянца, а на душе – от взаимности. Блуберри вернул внимание на тебя и придвинулся немного ближе. Небесного цвета звёзды в глазах напротив отражались в твоих зрачках, когда тот наклонился к твоему лицу, обдавая горячим дыханием губы. Взглядом будто спрашивая разрешение, он замер в опасной близости, но ты сама сократила оставшееся расстояние, делая последний шаг за грань ваших дружеских отношений. И уже слившись в нежном поцелуе, и ты, и он полноценно осознали, что теперь понятие «друг» для вас остаётся в прошлом, давая до этого сдерживаемым чувствам свободу излиться полностью.

И этой ночью никто из вас более не боялся бушующей за окном грозы, чувствуя себя в надёжных, крепких объятьях любимого существа.