Глава 63. Тепло.
Фэн Юнь обнимал Нин Аня, уткнувшись лбом в его плечо. В голове у юноши больше не было ясности, и он двигался так, словно парил в облаках.
Но он отчетливо ощущал тепло тела Фэн Юня и знакомый цитрусовый аромат.
Ему очень нравились эти объятия.
Голос Фэн Юня раздался совсем рядом с его ухом. Он говорил очень тихо, так что Нин Ань едва мог его расслышать.
Услышав, как Фэн Юнь сказал, что чувствует себя расстроенным, он по глупости поднял руку, чтобы прикрыть его сердце, и нежно погладил:
- Я могу помочь тебе. Я поглажу тут, и вся боль пройдет.
Фраза "Я могу помочь тебе" открыла шлюзы памяти.
В тот раз Нин Ань тоже сказал: "Я могу помочь тебе", но был жестоко отвергнут.
Теперь при воспоминании о тех событиях у мужчины пересохло во рту, а сердце в панике забилось.
Рука Нин Аня нежно коснулась его груди, не сильно и не мягко, но это заставило Фэн Юня почувствовать себя так, словно его ударило током, и даже его дыхание стало горячим и прерывистым.
Он закрыл глаза, поднял руку и прижал к затылку юноши. Потом в другую руку осторожно взял слабую от опьянения ладонь парня и осторожно потер ею свое сердце, пытаясь унять боль.
Но чем сильнее он пытался унять боль, тем серьезнее она становилась: он хотел вечно держать в руках это теплое податливое тело...
Нин Ань забеспокоился. Поглаживая грудь мужа, он вдруг почувствовал, что сердце под его ладонью бьется все быстрее и быстрее, сбиваясь с ритма, как будто боль Фэн Юня была невыносимой, и он боролся изо всех сил.
Объятия мужчины стали такими горячими, что Нин Ань почти протрезвел, после чего у него ужасно разболелась голова. Юноша поднял голову и жалобно посмотрел на мужчину.
Обычно холодные глаза заволокло влажным туманом, а белоснежные щеки окрасились тонким слоем розовой пудры. Губы увлажнились и покраснели под действием алкоголя. Длинные брови нахмурились, беспомощно и встревоженно:
- Кажется, тебе все еще больно, я чувствую это.
Юноша сказал это очень серьезно и очень взволнованно.
Дыхание Фэн Юня почти остановилось, и он, казалось, услышал свое собственно сердцебиение: сильное, сумасшедшее, неуправляемое.
Его кадык дернулся, он нежно взял Нин Аня за руку, вложил свои пальцы между его тонкими белыми пальцами и пожал их.
Голос его прозвучал глухо. Настолько глухо, что он сам опешил. Фэн Юнь не хотел, чтобы его любимый так сильно волновался, поэтому мягко утешил его:
- Хороший мальчик, не волнуйся, больше не больно, ты замечательный, очень замечательный.
Нин Ань вздохнул с облегчением, все его тело расслабилось, и он уютно устроился в его объятиях.
Фэн Юнь придвинул ближе его рюкзак, достал кольцо и торжественно надел его на руку юноши.
Нин Ань уже собирался заснуть, когда Фэн Юнь опустил голову и поцеловал уголки покрасневших глаз.
Ему хотелось поцеловать его в губы, но и такой поцелуй оказался восхитительным.
Если бы он мог, то действительно хотел бы просто обнять Нин Аня вот так и провести вместе с ним всю жизнь в этом маленьком пространстве автомобильного салона.
Жаль, это невозможно...
Фэн Юнь пожалел, что сегодня отослал водителя.
Некоторое время он обнимал Нин Аня, прислушиваясь к его ровному нежному дыханию, обдающему его шею приятным уютным ветерком. Юноша уснул. Только тогда Фэн Юнь неохотно усадил его обратно на пассажирское сиденье, снова пристегнул ремень безопасности и завел машину.
............................
На следующий день они оба встали очень рано.
Фэн Юнь хорошо позаботился о Нин Ане: он напоил его супом, обтер влажным полотенцем и уложил в постель, накрыв стеганым одеялом.
Нин Ань проспал всю ночь до рассвета, крепко и без сновидений. Когда он проснулся, у него не было ни похмелья, ни головной боли. Наоборот, он встал в хорошем расположении духа.
Фэн Юнь приготовил завтрак и хотел отвезти мужа на место съемок, но Нин Ань отказался.
Он считал, что его партнер слишком занят, чтобы сначала везти его, а затем ехать на работу в «Чухэ». Нелепо тратить впустую едва ли не пол дня.
Тем более, работы меньше не будет, и в конце концов Фэн Юню все равно придется работать сверхурочно, чтобы компенсировать потраченное время.
Нин Ань не хотел, чтобы он так много работал, поэтому настоял на том, чтобы взять такси.
Фэн Юнь проводил его до машины, а затем поехал в «ЧуХэ».
Как только он вошел в свой кабинет, ему позвонила Чу Яян.
Чу Яян сейчас вслед под руководством Сун Цю изучала базовые основы ювелирного дела, чтобы подготовиться к учебе за границей.
Хотя она многое знала и раньше, но все же знания ее были слишком теоретическими, а теперь она знакомилась с тем, что можно освоить только на практике.
Сначала она хотела обратиться к семье Ли, но Фэн Юнь в конце концов настоял на том, чтобы она практиковалась у Сун Цю.
Чу Яян позвонила, потому что завтра должно состояться большое шоу Ван Жуна.
Она по привычке хотела договориться о встрече с Фэн Юном.
Разумеется, Фэн Юнь не мог пропустить это шоу и уже зарезервировал билеты для себя и Нин Аня.
Хотя это всего лишь посещение шоу, Фэн Юня радовало совместное времяпрепровождение и он не хотел брать с собой «лампочку» в лице Чу Яян.
Он пожалел, что не подумал о сестренке раньше, поэтому, разговаривая с ней по телефону, спешно открыл сайт авиакомпании и заказал два билета в Европу на следующий день днем.
Ровным, ничуть не изменившимся голосом, он ответил Чу Яян:
- Ты хочешь пойти на шоу? Но я забронировал два авиабилета в Европу на завтра и хотел предложить тете съездить развлечься. Кстати, вы можете поехать вдвоем. Маршрут уже составлен. Надо только спросить, есть ли у тети время.
Когда Чу Яян услышала это, она перестала щебетать и спросила:
- И каков наш маршрут?
- Вы, конечно, можете переделать его, как пожелаете, но на днях в Париже состоится большая ювелирная выставка. Предлагаю вам посетить ее. - Фэн Юнь улыбнулся и добавил: - Все расходы за мой счет.
Чу Яян действительно начала колебаться.
У нее нет недостатка в деньгах, но Фэн Юнь редко когда проявляет такую инициативу по отношению к Лю Цин.
<п/п: Если кто забыл, Лю Цин – жена биологического папочки Фэн Юня, приемная мать Чу Яян.>
Обычно он очень вежлив с Лю Цин, но все же держится отчужденно. На этот раз он проявил инициативу оплатить для нее развлекательную поездку. Интересно, насколько счастливой это сделает Лю Цин?
К тому же, ювелирная выставка в Париже...
- Здорово! - Чу Яян была очень наивна и верила в искренность Фэн Юня. Она с радостью приняла решение: - Я думаю, у моей мамы сейчас найдется несколько дней, но учти, мне нужно купить много вещей. Не пожалей об этом потом!
Фэн Юнь улыбнулся и сказал:
-Я не пожалею.
- Кстати, - голос Чу Яян снова стал немного виноватым. - Помоги мне извиниться перед братом Сяо Нином за то, что я не могу сопровождать его на просмотр шоу.
- Конечно. - Фэн Юнь повесил трубку, позвонил по внутренней линии и приказал ассистенту организовать поездку в Европу для Лю Цин и Чу Яян.
..........................
Съемки в этот день прошли очень гладко. Ли Ло пришла вовремя и вела себя нежно и дружелюбно на протяжении всего процесса, без малейших признаков звездной болезни.
Личная роль Нин Аня была уже отснята, и осталось лишь подобрать удачную сцену для взаимодействия их двоих.
Когда Нин Ань снова пришел на съемки, он, очевидно, почувствовал, что атмосфера в съемочной группе изменилась.
Люди, которые ранее относились к нему равнодушно, теперь демонстрировали свое расположение и терпимость.
Нин Ань только улыбнулся: он по-прежнему усердно работал, уважал директора, сотрудничал со своей партнершей и был вежлив со всеми остальными.
Он не собирался меняться лишь из-за того, что его поддержал Фэн Юнь.
На этот раз съемки благополучно закончились уже к обеду.
Нин Ань вернулся домой, сел в кресло-качалку на «веранде», взял книгу и, немного почитав, незаметно уснул.
Когда он проснулся, было уже больше четырех часов дня. Умывшись для бодрости, он спустился на ближайший рынок, чтобы купить свежие фрукты, овощи, мясо и яйца.
Когда он вернулся в общину, то обнаружил, что машина Фэн Юня припаркована у подъезда.
Когда Фэн Юнь увидел, что юноша несет целую сумку с овощами, он улыбнулся:
- Я хотел пригласить тебя вкусно поужинать и отпраздновать.
- Здесь совершенно нечего праздновать, - Нин Ань убрал продукты в холодильник и тоже улыбнулся: - Это просто ежедневная рутина.
Фэн Юнь закатал рукава рубашки:
- Сегодня я готовлю.
Нин Ань кивнул, вымыл фрукты и выложил их в чашку. Затем он вернулся в свою комнату, чтобы закончить кое-какую предыдущую работу.
Запах еды медленно и дразняще разливался по квартире.
Нин Ань отложил иголку с ниткой, которую держал в руке, и выглянул в окно.
Вечерело. Еще не стемнело, но уличные фонари уже горели.
Нин Ань попытался вспомнить, чем закончился вчерашний день.
Вроде как он пытался поцеловать Фэн Юня, но что произошло потом? Вообще никаких воспоминаний...
Юноша также вспомнил, как Фэн Юнь сказал "Я расстроен", но почему он произнес эти два слова, оставалось неясным и расплывчатым.
Днем было как-то не до саморефлексии, но когда он лежал на кресле-качалке и дремал, мыслей в голове роилось много.
Однако Нин Ань все еще не мог понять, от чего Фэн Юнь оказался «расстроенным».
Ему было жало его? Или это потому, что он долгое время не отвечал на звонки?
Нин Ань вроде как хотел знать причину, но спросить не решался.
И он все еще не мог понять, как ему самому реагировать на происходящее.
Изначально дело было очень простым, но потом все запуталось.
Если Нин Ань все же решится быть вместе, то не будет ли это с его стороны немного безответственно?
Что, если однажды он вернется в свой мир? Что же тогда делать Фэн Юню?
Сможет ли он это вынести?
Фэн Юню слишком сильно не хватает любви. Если Нин Ань отдаст ему свою любовь, а потом уйдет, это будет более жестоко, чем в отношениях с другими людьми.
А если отказаться?
Юноша вспомнил одинокую фигуру, стоящую посреди ночи под его окном, и выражение глаз мужчины, когда он сидел у его кровати. Нин Аню стало как-то неуютно.
В течение всех последних дней он думал об этом снова и снова. Уже давно стало очевидно, что это не просто привязанность.
Однако, если они не будут вместе, какую муку испытает Фэн Юнь?
Даже за такой короткий промежуток их размолвки он явно похудел.
Нин Ань закурил сигарету и тяжело вздохнул. Двигался ли он вперед или назад, результат оставался паршивым.
Но, рано или поздно, что-то придется решать.
Парадоксально, но, размышляя о чувствах, Нин Ань никогда не задумывался о социальной пропасти между собой и Фэн Юнем.
Даже если он видел проявление этого только вчера.
Но все заморочки «статуса», за исключением небольшого колебания в его сердце поначалу, нельзя было рассматривать как реальную проблему.
Нин Ань достаточно уверен, что для Фэн Юня это не значило ничего, да и в случае расставания вряд ли он будет пакостить. Не такой его супруг человек.
Единственное, что беспокоило Нин Аня: нанесет ли его поведение какой-либо реальный вред Фэн Юню?
Юноша не хотел, чтобы сердце близкого ему человека болело еще сильнее.
Погода становилась все теплее, из-за окна доносился детский смех. Нин Ань подсознательно стиснул фильтр своей сигареты. Его лицо искажала тревога.
Фэн Юнь уже накрыл стол, и, с улыбкой прислонившись к двери, позвал его ужинать.
Рыба и креветки на пару, слегка обжаренные и почти несоленые овощи. Фэн Юнь протянул юноше палочки для еды:
- Попробуешь?
Он отщипнул два кусочка нежной рыбы, положил их на тарелку Нин Аня.
Юноша благодарно улыбнулся и принялся за еду. Даже соблюдая диету, усилиями Фэн Юня он пренебрегать не хотел.
Затем он отложил палочки для еды и прижал ладони к щекам, наблюдая, как мужчина сосредоточенно ест.
Фэн Юнь всегда хотел уговорить его съесть еще пару кусочков, поэтому намеренно поддразнил:
- Чего ты на меня смотришь? Надеешься, что у меня пропадет аппетит?
Нин Ань рассмеялся:
- Как такое вообще возможно?
Фэн Юнь все еще улыбался, но его взгляд стал сложным.
- Фэн Юнь,- сказал Нин Ань, - ты не устал ждать моего ответа?
Фэн Юнь прищурился:
- Мне не нравится эта фраза. Что значит «устал»?
Нин Ань улыбнулся и покачал головой:
- Нет, я просто...
- Не говори, что я ждал тебя целый месяц, - перебил его Фэн Юнь.- Даже если я буду ждать тебя всю жизнь, я не устану.
Нин Ань пораженно замолчал и посмотрел на худое лицо Фэн Юня. Его красивые глаза смотрели жестко и непоколебимо.
Юноша не смог удержаться и с некоторой жалостью поднял руку, пытаясь дотронуться до его щеки, но остановился на полпути.
Фэн Юнь не дал ему шанса отпрянуть. Он схватил узкую руку и нежно поцеловал кончики пальцев.
Его теплые и мягкие губы нежно потерлись о слегка загрубевшие подушечки. Длинные, черные как смоль ресницы медленно опустились. Мужчина тихо прошептал:
- Не волнуйся и думай не спеша.
Его первоначальный план состоял в том, чтобы постоянно атаковать парня, принуждая принять желанное решение. Но, в конце концов, он решил уважать его и ждать.
Нин Ань почувствовал, что больше не может этого выносить. Эта искренность подкупала и не могла оставить его равнодушным.
Он подавил дрожь в кончиках пальцев и почти не смог удержаться, чтобы не признаться Фэн Юню во всем.