𓃢 ты пахнешь пустыней/анубис 𓃢
Она была обычной. По крайней мере, так думала сама. Ходила на учёбу, заказывала кофе в одной и той же кофейне, слушала плейлисты в наушниках и жила в мире, где древний Египет был всего лишь страницами из учебников.
Но он — он наблюдал. С высокого пьедестала тьмы, из тени улиц, сквозь зеркальные витрины — смотрел. Анубис. Слуга Эксатона, воин мрака. И, по совместительству, демон с проблемой: она ему нравилась. Хотя по всем правилам не должен был — человек, ничего не знающий об Египтусе.
Иногда он спускался к ней в облике человека — резкий, мрачный, насмешливый. Но ей нравился. Нравилось, как он говорил. Как хмуро морщился, словно на грани между тем, чтобы уйти и остаться.
Она и не подозревала, что он не просто загадочный парень.
Но всё изменилось. Приказ Эксатона был ясен: похитить её, чтобы навредить Лео. И он подчинился. Хоть и с сомнением.
Когда она очнулась в его заточении и увидела Анубиса в истинном обличии — высокий, с головой шакала, в золоте и чёрном металле — он ждал страха. Паники. Но получил только... интерес.
— Это ты?.. — Она не дрогнула. Смотрела прямо в глаза, которые пылали холодным светом. — Ты выглядишь... ещё лучше. Даже привлекательнее, чем в облике человека.
Он чуть не выронил поднос с едой.
— Ты чёкнутая, — фыркнул он, пытаясь скрыть смущение.
— Возможно, — пожала она плечами.
Прошло два дня. Он приносил ей еду. Оставался, говорил с ней. Ей было приятно его внимание, она улыбалась ему — искренне. Он чувствовал, как странное тепло, непривычное и раздражающее, сжимает грудь.
— Можно?.. — однажды она осторожно протянула руку к его руке с когтями и чёрной кожей. — Просто прикоснуться.
Он не ответил — только позволил.
Но счастье не бывает вечным. Пришли Лео и остальные. Бой был яростным. Анубис сражался до последней искры силы. Но проиграл.
Её забрали. И он знал, что они сотрут ей память.
И она... забыла.
Он стал ещё злее. Раздражительнее. Мир людей вновь стал чужим, но он всё равно возвращался — просто чтобы увидеть её издалека. Убедиться, что она улыбается.
Однажды, среди городских улиц, они столкнулись. Он хотел пройти мимо. Но она схватила его за руку.
— Простите... Мы раньше не встречались?.. — её голос был неуверенным, но тёплым.
Он нахмурился.
— Нет.
— Правда? — она не отпускала. — Просто... ваше лицо... кажется знакомым.
Он хотел вырваться. Но что-то дрогнуло. Может, она вспоминала? Или сердце знало то, что разум забыл?
Он хотел сказать ей что-то резкое. Вырваться. Исчезнуть в тени. Но её ладонь... была тёплой. Слишком живой для того, кто должен был его забыть.
— Ты ошибаешься, — повторил он жёстко, глядя в сторону. — И отпусти руку.
Но она не слушала. В её глазах мелькало что-то знакомое. Неясное. Как эхо чего-то давно утраченного.
— Мне снится один и тот же сон, — вдруг сказала она. — Тёмная комната. Голос, приносящий еду. Чёрная фигура. Я всегда просыпаюсь с ощущением... что было важно. Очень.
Анубис замер. Он чувствовал, как внутри будто хрустнула кость — неожиданно, болезненно.
— Это не важно, — буркнул он. — Просто сон.
— Но ты ведь знаешь, что это не так, да?
Она смотрела ему в глаза. Прямо. Смело. Как тогда.
— Кто ты? — прошептала она. — Почему моё сердце бьётся быстрее рядом с тобой?..
Он знал, что так не должно быть. Она не должна вспоминать. Это опасно. Для неё. Для всех. Эксатон бы этого не позволил.
Но он... был слаб. Перед ней — слаб.
— Даже если ты вспомнишь... это ничего не изменит, — сказал он глухо. — Ты не из этого мира. Я — враг. И ты не должна меня знать.
Она отпустила его руку. Но не сделала ни шага назад.
— А если я вспомню?.. Ты исчезнешь? Или останешься?
В его глазах блеснуло что-то почти... человеческое.
— Если вспомнишь... — прошептал он. — Я стану твоей тенью. Но ты заплатишь за это. Они не простят.
— А ты?.. — голос её был почти неслышным. — Ты простишь меня за то, что забыла?..
Он посмотрел на неё, и в этот миг весь мир сжался до её лица.
— Я не забыл. И не прощу им.
Она улыбнулась. Тихо.
И он ушёл. Но в тот вечер, впервые за всё это время, в её сне он стоял рядом не в тени, а рядом — как тогда, когда позволил коснуться своей руки.
Сны стали чаще. Чётче. Она просыпалась с дрожью в пальцах, будто держала в ладони что-то важное, что исчезло при пробуждении. В этих снах он звал её по имени... но она не могла его вспомнить. Ни имя, ни голос, только ощущение — сильное, как удар молнии.
Однажды она снова увидела его. Он стоял у стены на противоположной стороне улицы, будто просто проходил мимо, но глаза... Его глаза нашли её мгновенно.
Она подошла. Неуверенно.
— Ты снова здесь
— Я не следил, — отрезал он. — Просто совпадение.
— Конечно, — усмехнулась она. — Ты вообще не похож на того, кто следит. Особенно если вспомнить, как ты тогда сказал, что я чокнутая.
Он дернулся. Это слово. Она вспомнила.
— Что ты сказала?.. — голос его понизился.
— "Чокнутая". Ты так сказал, когда я... когда я сказала, что ты в своей настоящей форме даже красивее. — Она замерла, испугавшись. — Почему я это помню?..
Он подошёл ближе. Его тень легла на неё. Люди шли мимо, не замечая, будто они стояли в отдельном времени.
— Потому что память — не просто слова, — прошептал он. — Твоё сердце помнит то, что стерли из разума.
— Значит... это было? Всё? — в глазах её блестели слёзы. — Ты действительно приносил мне еду... разговаривал со мной... я касалась твоей руки...
Он кивнул. Осторожно. Словно каждое движение могло разломать мир.
— Почему я?.. Почему ты вообще был рядом? — её голос сорвался. — Ты же должен был быть плохим. Врагом.
— Потому что ты заставила меня почувствовать, что я... не только оружие. Не только маска. Ты говорила со мной, как с живым. И я... — он отвёл взгляд, голос стал глуже — ...я хотел, чтобы это никогда не заканчивалось.
— А теперь?.. — она с трудом дышала.
— Теперь слишком поздно. Если они узнают, что ты вспомнила... они попытаются стереть всё снова. Или хуже.
Она шагнула ближе, и между ними почти не осталось воздуха.
— Тогда я не скажу никому. Пусть я просто девушка, которая говорит с тенью. Но ты больше не будешь один. Обещаю.
Он посмотрел на неё. Тихо. Долго. И впервые за долгое время его голос стал совсем другим — мягким, почти тёплым:
— Тогда... я останусь. Ради тебя.
Они начали встречаться по ночам. В забытых уголках города, в заброшенном парке, под навесом старого моста, где свет фонарей не доставал до земли. Она приносила ему горячий чай, он — молчание, которое вдруг стало уютным.
Он приходил в человеческом облике, но иногда, когда она просила, показывался ей настоящим.
— Ты правда не боишься? — однажды спросил он, когда она сидела рядом, почти касаясь его чёрного плеча.
— А мне нечего бояться, если ты рядом, — ответила она. — Даже если ты — Анубис. Особенно если ты — Анубис.
Он отвёл взгляд. Ему было трудно поверить, что человек может говорить такое... искренне.
— Всё это против правил, — пробормотал он. — Если Эксатон узнает — мне конец.
— А мне? — она посмотрела ему в глаза. — Если Лео или его люди узнают — меня снова сотрут?
Он сжал кулаки.
— Я не позволю им
Но однажды всё пошло не по плану.
Лео увидел её. Случайно. Он проследил. Увидел, как она исчезает в переулке... и увидел, с кем.
— Что ты творишь?! — закричал он, выбегая из тени.
Анубис мгновенно заслонил девушку собой. В глазах — холод и ярость.
— Уходи, Фараон. Это не твоё дело.
— Ты похитил её! Держал её в темнице! Ты враг!
— А ты думаешь, что защищаешь её? — процедил Анубис. — Ты просто забираешь у неё право помнить.
— Она человек! Она не должна быть частью этого! — Лео схватился за браслет. — Ты не смеешь даже прикасаться к ней!
— Я не прикасаюсь к ней. Она прикасается ко мне. По своей воле.
Она выскочила из-за спины Анубиса.
— Лео! Я всё помню. И я сама решила.
Лео замер.
— Что?..
— Не трогай его. Я не боюсь.
Анубис смотрел на неё с тем же удивлением, что и Лео. Словно не верил, что она вот так, перед всеми, встанет за него.
— Не причиняй ему вред, — продолжила она, — я хочу быть с ним
Молчание.
Лео опустил браслет. В его глазах была боль.
— Тогда ты выбрала тьму...
Она покачала головой.
— Я выбрала сердце.
Анубис сжал её ладонь в своей. И впервые... позволил себе улыбнуться. Совсем немного. Но достаточно. Они скрылись в портале. Девушка оглянулась и посмотрела вокруг.
— Ты правда не жалеешь? — тихо спросил он
— Ни секунды, — отвечала она, прижимаясь к его плечу. — Только о том, что я не узнала тебя раньше.
Он коснулся её волос.
— Я не создан для этого. Не создан для... любви.
— А я — не создана для этого мира . Но, видимо, мы оба не совсем то, чем нас считают, но меня это привлекает.
— Ты точно чокнутая — чуть улыбнувшись сказал Анубис
потом добавил — почти неслышно:
— Я тебя люблю.
Она не ответила. Но на её губах была лёгкая улыбка. Он знал что она тоже его любила.