Сборник историй

Au —настоящее время

Мне нравится изучать языки, нравится их звучание и произношение. Видя моë рвение, родители покупали различные учебники, нанимали репетиторов (если тема совсем не даëтся), некоторые языки изучали вместе со мной. К двадцати пяти годам арсенал знаний вырос до десяти. Английский, французский, итальянский, китайский, —я знала в совершенстве и свободно говорила на каждом. Остальные приходилось повторять время от времени, чтобы не начать путаться.

После окончания школы я с лëгкостью поступила в лингвистический университет, где изучила большую часть тех языков, на которых сейчас говорю. Ещё позже нашла работу. Точнее она сама меня нашла. Многие профессора написали мне рекомендации и, судя по всему, благодаря им молодой учëный решил, что я ему очень даже подхожу. Различные конференции с иностранцами, где он планирует представлять свои наработки, требуют либо изучить языки самому, либо найти того, кто этим занимается по жизни.

Тогда я с ним и познакомилась. Добрый, для своих, парень порой вспыльчив и эгоистичен, когда дело касается цели. Мы почти сразу стали друзьями и перешли на неформальную речь. Возможно из-за того, что мой начальник стал ещё и другом, я не стеснялась в выражениях, высказывая мнение о его поведении. Он говорил людям всё, что думает о них, из-за чего некоторые прибить учëного хотели больше, чем работать с ним. Я ему за это выговаривала, но он оправдывался тем, что лишь требует совершенства. С одной стороны без должной дисциплины и твëрдого характера профессионалов вокруг себя не соберëшь, но иногда тоже стоит придерживать себя в уздах, чтобы не сказать ничего лишнего. Хотя ему слово «мера» было не знакомо.

—Грëбаный эгоист, —зашипела я.

—Не спорю, но без эгоизма не добиться успеха. —мы стояли в аэропорту на регистрации.

—Признание людей не добиться таким образом. —он забрал билеты, и мы двинулись к выходу на посадку.

—Об этом не тебе переживать.

—Внешность и правда обманчива. —буркнула я.

Встретившись с ним на собеседовании, мне показалось, что он понимающий и не такой требовательный работодатель. В действительности всё наоборот и помимо меры он не знает и слова «жалость». А ведь таким милым сначала показался.

—Ты злишься изо всяких мелочей.

—Это не мелочи! —вспылила я.

И стоит ли этот спор моих нервов? Он лишь требует полной отдачи, а строгость присуща всем лидерам. Нужно просто привыкнуть и работать.

—Ладно, —сдалась я и села в кресло. —Закроем тему. Вспылила признаю.

Эд ничего не ответил, но кажется удивился, что я впервые уступила ему почти без приреканий. После катастрофы с его братом учëный изменился. По крайней мере близкие друзья так говорили, я на тот момент не была с ним знакома. Не могу представить себе, каким он был до рокового случая. Может добрым и снисходительным, соответствуя своей внешности? Хотя по поводу своего роста, говорят, до сих пор комплексует. Я пока не рискнула дразнить его на этот счёт, боясь, что моя жизнь оборвëтся в ту же секунду. Мелкие всегда так агрессивны или только он? Пора перестать шутить в своей голове, иначе могу и засмеяться случайно. Однозначно буду выглядеть, как сумашедшая.

—Comicamente, (Смешно)—усмехнулась я, неосознанно переключаясь на итальянский.

—А? —Элрик поднял взгляд от ноутбука на меня.

—Мысли вслух, —он долго на меня смотрел, но потом вернулся к своим делам. Сто процентов подумал, что оскорбляю его на иностранном.

В самолёте сон настиг меня в первые полчаса полëта. Проснулась я от адской боли в ушах, что свидетельствовало о приземлении. Порог боли у меня высокий и такая боль сродни игле в барабанной перепонке. Я мысленно считала до ста, каждый раз начиная заново, когда доходила до поставленной отметки. Дыхание сбилось, а голова стала тяжелее.

—Чтобы я ещё раз, —рыкнула я, и самолëт дëрнулся вызывая волну боли. —Mierda!(Чтоб тебя, с испан.)—выругалась я, откидывая голову назад и сжимая зубы.

—Постоянно забываешь купить сосудорасширяющие таблетки? —он протянул мне леденец, чтобы стабилизировать давление.

—Заранее надо предупреждать о вылете, а не за несколько часов. Мне вообще не до таблеток было. —начала ворчать я.

Как же это больно. Чë-ëрт! —счëт до ста не помогал отвлечься. Хотя леденец всё-таки облегчил мне боль, но неприятные ощущения оставались.

Мы наконец-то приземлились. И я была этому несказанно рада. Уши заложило, поэтому звуки вокруг притупились. Эдвард ничего не говорил, понимая, что я пока не смогу обработать полученную информацию. Моя благодарность за каплю мнимого понимания. До отеля мы ехали молча и заселялись тоже. Наши номера находились напротив.

Я оставила чемодан и осмотрела временное пристанище. Дорого, богато, комфортно —так можно было характеризовать его. После полëта мы можем отдохнуть пару часов, а потом начнëтся конференция, где Эдвард будет предлагать новые наработки, я же стану переводить.

—Наконец-то! —я завалилась на кровать и сгребла подушки под себя, обнимая их.

Ручка входной двери щëлкнула и в пороге появился учëный. Я сонно посмотрела на него, проследив за действиями парня. Он упал рядом со мной на спину и прикрыл глаза. Элрик не любил оставаться один, поэтому нередко приходил в мой номер, предпочитая слышать размерное дыхание вместо звенящей тишины.

—Насколько мы здесь? —спросила я, надеясь, что хотя бы на пару дней мы задержимся, ведь во Франции мне быть не доводилось и хотелось посмотреть на прекрасный город.

—На три дня, не считая сегодняшний. —ответил собеседник. —Это на случай, если конференция слишком затянется.

—For bien, —на французском восхитилась я. —Очень хорошо, то есть. —сразу перевела.

В этот раз собрание длилось не так долго. Французское правительство поддержало идею о протезах, которые могли без проблем заменять конечности. Визуально они не отличался от кожи. Также данное изобретение обеспечивало полную подвижность. В совокупности всех факторов это значило, что протез не будет отличаться от настоящей конечности. Если только по ощущениям хозяина. Конференция закончилась в нашу пользу. Теперь ещё три дня в нашем распоряжении, и скрыть радость мне не удалось. Да и зачем? Как же приятно будет смотреть на недовольную мину Эдварда, когда я потащу его по всему Парижу! Он ведь терпеть не может оставаться один в отеле, поэтому с наибольшей вероятностью пойдёт за мной. На улице поздний вечер, город погряз в свете фонарей. Эйфелева башня явно выделялась на фоне однотипных невысоких домов. Днём было немного жарковато, из-за чего духота ещё на некоторое время будет питать комнату. Позже можно включить кондиционер, но сейчас это ни к чему.

Элрик на самом деле даже не сопротивлялся. Он был не против глянуть на жизнь других людей в чужой стране. Я же хотела повеселиться. Как и во многих странах здесь полно специальных улиц для тусовок. На них расположено много ресторанов и уличных музыкантов. У каждого музыканта свой стиль и исполнение, благодаря чему любой здесь может найти музыку себе по вкусу. Огромные площади —это места столпотворений. Людей всегда много, всегда весело и всегда громко. Самое подходящее место, чтобы узнать, как веселится французское население.

—А здесь интересно! —воскликнула я, глядя по сторонам.

Эдвард резко схватил меня за руку и потянул на себя, заключая в объятия.

—Осторожно, —там где я стояла пару секунд назад пролетел велосипедист.

Учёный задержал меня в объятиях чуть дольше, чем требовалось, поэтому я покраснела. Он убрал руки с талии и отпустил. Я неловко покашляла и повела его на звук громкой музыки. Небольшое кафе со столиками на улице и баром внутри помещения. Большая часть трезвых, не особо трезвых и пьяных посетителей находились на танцполе, двигаясь в ритм музыке. Я присоединилась к ним, танцуя недалеко от бара. Чтобы далеко не ходить, если что. Диджей на балконе, чувствуя настроение толпы, перевëл активную и заводную музыку в пассивную, подходящую для парных танцев. Новоиспеченные пары медленно качались в такт в объятиях друг друга. Я с лëгкой едва заметной завистью посмотрела на них. Через пару секунд моë запястье обвили чужие тëплые пальцы.

—Пойдём? —он кивнул в сторону танцующих.

Я улыбнулась и кивнула. Элрик притянул меня одной рукой за талию и заключил в объятиях, сцепляя пальцы за моей спиной в замóк. Я обвила шею парня и положила голову ему на плечо. Мы неторопливо двигались под завораживающую мелодию. Только сердце не подчинялось размерному ритму.

Поздно ночью мы вернулись домой. Тот танец был первым, но далеко не последним за весь вечер.

***

Днём мы побывали на главной достопримечательности всей Франции. Людей там само собой было очень много. На такой огромной высоте немного кружилась голова, но в целом впечатляюще.

—Всё нормально? —кажется, что ему вообще плевать на высоту в триста с лишним метра.

—Да, вполне. —я посмотрела вниз. —Ну или было нормально. —никогда не боялась высоты, но в этот раз мне стало плохо.

Эдвард взял меня за руку и повëл к лифту. Мы спустились вниз. Я почувствовала себя немного лучше, но тошнота никуда не делась. Мы медленно пошли в сторону отеля. В течение недолгой прогулки мне стало лучше, поэтому я предлагала варианты вкусного перекуса. Мы остановились на круассанах и пицце. Я нашла номер доставки еды из какого-то ресторана. Красное винишко принесли мне в номер, где мы и планировали провести весëлый вечер.

—Что потом? Когда вернёмся домой? —я поинтересовалась дальнейшими задачами.

—Возможно, нужно будет слетать в другие страны. Сейчас первостепенная задача —закончить работу над протезом и протестировать его. —ответил Эдвард.

Бокал за бокалом мы опустошали бутылку. Разговоры становились откровеннее. Души выворачивались наизнанку.

—У тебя девушка была? —удивилась я, когда Элрик случайно проговорился.

Он постоянно занят и всё время погружëн в работу. Откуда время на отношения?

—Что тебя удивляет? —фыркнул он.

—Сколько вы встречались? —я сделала вид, что не заметила недовольство Эда.

—Около года, вроде. —Эдвард пожал плечами. —Это давно было, поэтому не помню точно. А вот что насчёт тебя?

—В студенческие годы повстречалась с парочкой, а потом времени как-то не было с мужским полом общаться в нерабочее время. —до серьëзных отношений так и не дошло, поэтому их я на протяжении нескольких лет уже не вспоминала.

—Сейчас ты тоже ни с кем не встречаешься? —уточнил он.

—Говорю же, что нет. —покачала головой я.

Тëплые губы коснулись щеки после подтверждения о моей свободе. И кажется свобода оказалась временная. Я удивлëнно вскинула брови и, не моргая, уставилась на Эда. На вопрос: «Ты это зачем»? —он ответил поцелуем в губы. Элрик аккуратно повалил меня на кровать, нависая сверху. Я отстранилась первой, почувствовав покалывание на губах. Он стиснул меня в крепких объятиях и, судя по тихому сопению, заснул. Я выключила свет в комнате и легла рядом с ним, улыбаясь внезапной и приятной близости.

Следующее утро оказалось не таким приятным, как мне представлялось. Эдварда в кровати не было, а после нашей встречи с ним в ресторане за завтраком, он вёл себя так словно не набросился на меня вчера. Жалко, конечно, что убийством я перечеркну себе всю карьеру, только поэтому он сидит передо мной живой. Остальные два дня мы практически не контактировали. Перекидывались дежурными фразами и больше не говорили.

Cabron! (Козëл, с испан.) —не первое и не последнее оскорбление за сегодня.

Ситуация не отпускала меня уже второй день. Я одного не понимала. Для чего лезть ко мне с поцелуями, если потом будешь так себя вести? Но его задумчивый и напряжëнный вид почему-то начал меня волновать. Второй день таким странным ходит.

Ой, да всё равно мне. Переживать о нём ещё. —я металась из крайности в крайность, одновременно ненавидя за такой поступок и волнуясь за несвойственное поведение.

Я побила себя по щекам, чтобы встряхнуться. Эдвард этого не видел так как проходил регистрацию. Мы возвращаемся домой. Мне даже понравилось в Париже. Красиво, чисто и много цветов. Немного жаль улетать обратно так рано.

Я села к иллюминатору и начала  рассматривать другие самолëты. А после взлëта как обычно уснула. Пробуждение произошло от боли в ушах. Я сжала зубы, стараясь дышать не так часто. Элрик подозвал стюардессу и попросил стакан воды.

—Выпей, —он достал из небольшого рюкзака таблетки.

Стюардесса принесла воды и попросила пристегнуться. Я выпила сосудорасширяющее и откинула голову назад. Боль понемногу уходила. Тëплая ладонь накрыла мою руку и сжала пальцы.

—Почему ты так себя повëл? —поинтересовалась я, глядя на Эда.

—Хотел всё обдумать. —вот почему он был таким задумчивым. —Кажется, ты мне нравишься. —учëный сжал мои пальцы сильнее.

—Toi aussi, Эдвард. —я поцеловала его в щëку. —Ты мне тоже.

Я клянусь, в этот момент мои уши перестали так адски болеть,
И это было не из-за таблеток♡

Call out my name —The weekend

Получилось не так хорошо, как мне хотелось бы. Приношу свои извинения♡