Истории

- Как ты представляешь себе старость?

Джейк начал привыкать к тому, что Эви могла в любой момент удивить его, поэтому всего лишь подавился кофе в банке, когда вопрос про старость обрушился на него вместе с закрытием двери. Ни приветствия, ни объятий после долгого дня. Странно.

- Старость... - эхом повторил он, вспоминая семидесятилетнего мистера Коллинза с двенадцатого этажа. - Седые волосы, плешь на затылке, боли в коленях и жуткая страсть обсуждать погоду.

Но Эви не хватило ответа. Девочка-ураган прохромала к нему, обхватила впалые щëки ладонями, заглянула в глаза. Игривые искорки всегда разжигали в нëм чувства, которых быть не должно, и теперь Джейк ловко подхватил еë под ягодицы и под «виии, поставь, тяжело же!!!» прижал к себе. Она ворчала, но обняла его, щекоча дыханием лицо.

Он опустился на диван, осторожно усаживая Эви на колени. Она в миг коснулась губами носа и отстранилась.

- Глупышка, я не про эту старость. Про твою!

- О... - на мгновение он замялся. - Никогда не представлял. Я и до двадцати доживать не планировал. Ну, ты знаешь...

Джейк отвëл взгляд, зная, как болезненно Эви реагировала на напоминания о его попытке закончить эту жизнь. Вот и сейчас - сжала руку до онемения.

- Никогда больше... Никогда! - прошептала она, не в силах даже объяснить, что именно «никогда». Но Джейку и не нужно: он понимал по блеску глаз и краснеющим щекам.

- Никогда, - пообещал он. Больше Джейк не убежит, даже если будет сложно. - Никогда, моя астра.

Он спокоен и нежен, наверное, впервые настолько. Сжал прядь коротких волос, поцеловал и снова отстранился. А Эви - нет. Прижалась к нему, расстегнула верхние пуговицы рубашки, тонким пальцем провела от ключицы к ключице, обвела контур вороньей татуировки.

- А о старости всë же подумай. Интересно.

Джейк приобнял еë за плечи и впервые правда задумался. Старость... Время казалось таким далëким, затянутым пеленой помех. Чем действиттельно занимаются старики? Тот же мистер Коллинз. Есть ли у него хобби, кроме звонков в полицию из-за малейшего шума? И жалоб на артрит первому встречному, конечно. Джейк обещал завязать с нелегальным хакерством и держал слово, поэтому о соседях знал целое ничего. И чем хотел заниматься он сам лет через тридцать, если?..

- Может... Уйду из кибербезопасности, разобью сад на крыше, изучу язык цветов и буду придумывать цветочные прозвища чужим детям. Как Айрис.

Упоминание о миссис Хэнсон заставило Эви печально вздохнуть - она до сих пор жалела пожилую леди. Но вслух про те события она не говорила, предпочитая смущать его.

- А своим?

- Кому?

- Своим детям не будешь прозвища придумывать?

- Для этого они должны появиться, а я... сама видишь.

Джейк продолжал сомневаться и когда жизнь вернулась в русло нормальности. Работа в крупной фирме, женщина, которая почему-то всë-таки любила, никаких страхов из-за ФБР... Но он по-прежнему сомневался в себе.

- Самый красивый мужчина в мире? - улыбнувшись, Эви провела рукой по его щеке, убрала за ухо отросшие чëрные волосы.

Джейк чуть порозовел, с тревогой вспоминая жаркие ночи вместе. Она почти кричала, стыдливо прикрывая рот ладонью или кусая подушку, потому что ей нравилось или что-то было не так?

- Нет, я не... я другое... Забей. А какой старость видишь ты?

- А я!.. Я поеду в Италию и стану донной Корлеоне! Трость для образа есть, пушка для защиты - тоже. Буду такой боевой старушкой, главой семьи, ха-ха... - она вдруг замолчала. Серьëзно посмотрела ему в глаза. - Если ты поедешь. Без тебя не хочу.

- С тобой - хоть на Луну, - улыбнулся Джейк. - И обратно.