Тёмные закоулки людских душ.

<tab>На второй день Рождества все спали долго. Днём в го­стиной было хоть и людно, но тихо. Разговаривали неохотно, зато часто зевали.

Гермиона сидела с Живоглотом на коленях и почёсывала его за ухом — кот благодарно мурлыкал. Волосы у неё снова торчали пышной копной, и она призналась мне, что перед балом хорошенько по­лила их снадобьем «Простоблеск» для укладки волос.

— Это снадобье только для балов, с ним так много мо­роки!

Рон и Гермиона держались друг с дружкой учтиво-хо­лодно, о вчерашней ссоре не вспоминали, как будто за­ранее договорились. Ну и хорошо.

Что же, пора браться за домашние задания. В первую не­делю каникул я решил не притрагиваться к учебникам, чтобы голова остыла. Но теперь надо приниматься.

Мы принесли учебники, пергамент и перья и сели за работу. У Рона лицо было, как будто он лимон съел. А я наконец-то расслабился и погрузился с головой в учёбу. Странно, но мне действительно это нравится.

Так же, я всё чаще поглядывал на календарь. До двадцать четвёртого февраля рукой подать, а за разгадку золотого яйца, я ещё и не брался. Всякий раз, зайдя в спальню, я доставал яйцо, раскрывал и внимательно слушал: не будет ли на этот раз какого знака?

Я силился вспомнить, не напомнит ли мне вой о чем-нибудь? Кроме оркестра поющих пил — ни о чем! Пробовал закрыть и трясти яйцо — не изменится ли звук? Но оно выло по-прежнему.

Я задавал яйцу вопросы, орал что есть мочи, перекри­кивая вой, всё без толку. Даже кинул его разок об стену, на успех, впрочем, не надеясь. Лэйша в эти минуты по полной надо мной веселилась и ржала. Ну да, со стороны я смотрелся наверняка странно и это ещё мягко говоря.

Конечно, я вспоминал про подсказку Седрика, но лезть в ванную старост не хотелось если честно. Чувствовал, что как обычно вляпаюсь во что-нибудь. Так что я как мог откладывал этот поход. За такими раздумьями кончились каникулы. И если честно, я был почему-то этому рад.

Я нагрузил сумку книгами, пергаментом и перьями и стал, как всегда, ходить на уроки. А золотое яйцо про­должало мучить, но увы, я так ничего и не добился.

На улице по-прежнему лежали сугробы; стекла теп­лицы профессора Стебль заросли ледяными узорами, гляди не гляди, ничего за окном не увидишь. На урок ухо­да за волшебными животными в такой холод, ох как не хотелось идти.

— С соплохвостами не замёрзнешь, — буркнул перед уроком Рон, — придётся от них побегать. А то ещё хижи­ну Хагрида подожгут — совсем будет жарко!

С этим я вполне согласился.

Но нас ждал сюрприз, так как Хагрида заменяла профессор Граббли-Дерг. Она сказала, что мужчина заболел. Это сильно напрягло. Надеюсь, с ним всё нормально. На занятии мы проходили единорогов. Невероятно красивые создания… Но вскоре, Малфой нам поведал из-за чего не было Хагрида. Это Рита Скитер…

— <i>А ты можешь сделать так, чтобы эта стерва вообще не смогла ни про кого писать какие либо гадости? </i> — зло прошипел я, чем слегка напугал стоящих рядом со мной ребят.

— <i>Могу,</i> — задумчиво произнесла змейка. — <i>Но ты уверен?</i>

Я лишь зло, незаметно кивнул.

— <i>Что же… Не убью конечно, но…</i> — и та замолчала, а я почувствовал как от неё пахнуло чем-то пугающим. Меня аж перекосило от странного и неприятного, выворачивающего словно на изнанку, чувства. А дети, которые стояли рядом, вздрогнули и передёрнули плечами. Даже кто-то шарахнулся. — <i>Успокойся и расслабься. Больше она никому жизнь не испортит.</i>

— <i>Спасибо большое,</i> — немного приходя в себя, пробормотал я.

И что это сейчас было?! Бррр… Жуткое чувство и ощущение. Тут, я почувствовал руку у себя на плече.

— Успокойся, Гарри. Всё будет хорошо. Не заводись так, не пугай окружающих, — тихо пробормотала Гермиона.

Я же посмотрел на девочку нечитаемым взглядом, потом на остальных. Хм… А чего это Малфой спрятался за своими телохранителям, а остальные пытаются держаться от меня подальше?

— <i>Этот мальчишка избалован до жути. Не сказала бы, что он так плох. Больше играет на публику, пытаясь казаться тем, кем не является. Старается выставить себя пупом мира. Душа у него не злая и не добрая. Больше парень действует из выгоды для себя. Хитрый, но ещё совсем зелёный. Странно, змееныш. К тебе он не то, что ненависть испытывает… Больше какую-то детскую обиду. Причём, застарелую. И какое-то разочарование. А то, что ты видишь, это вымещение детской обиды. Советую с ним помириться. Не такой уж он и невыносимый. Больше показуха. Сам же ребёнок довольно-таки ранимый на самом деле. И если его перевоспитать, вполне станет неплохим, верным другом и собеседником. </i>

Да, я слушаю Лэйшу и её советы, но… Вот только именно в этот момент, я был слишком зол и готов просто придушить этого хорька. Та поняв мой настрой, фыркнула. Так же сказала, как остыну, так и подумаю над её словами.

— Тихо, Гарри… Всё будет хорошо, — немного побелев, ещё раз попыталась вразумить меня Гермиона.

Я же выдохнув, взял себя в руки.

— Малфой… — шипяще произнёс я, чуть ли не переходя на парселтанг. — Поверь, этого я тебе не забуду.

— А я тут причём? — хмыкнул тот, выходя из-за спины парней. — Не я рассказывал всем подряд, кто его мамаша.

— Вы где, на уроке? — прикрикнула профессор Грабб­ли-Дерг, заметив наши разборки.

Что же, Малфою очень повезло… Слишком уж я вышел из себя.

Девочки окружили единорога и ласково гладили его по бокам и шее. Я же, невидящими глазами глядел на увенчанную рогом голову. Я до сих пор весь дрожал от гнева, и га­зетный лист прыгал у меня в руках.

Профессор громко перечисляла волшебные свойства единорогов, чтобы её слова долетали и до мальчиков. Что же, весёленькое начало…

В Большом зале мы поговорив, решили навестить Хагрида. Нельзя это так оставлять.

<tab>После ужина мы вышли из замка и побрели по глубоко­му снегу к хижине лесничего. На стук внутри глухо залаял Клык.

— Хагрид, это мы, — крикнул я и снова заколо­тил в дверь. — Открой.

Хагрид молчал. Клык заскулил, зацарапал дверь, но дверь не отворилась. Мы пробарабанили в дверь ещё с полчаса, а Рон даже сбегал постучал в окно, но Хагрид так и не вышел. Увы, нам ничего не осталось, как махнуть рукой и пойти обратно в замок.

— Нас-то он почему не пускает? — размышляла Гер­миона. — Нам всё равно, человек он или полувеликан!

Но похоже, Хагрид думал, что не всё равно. Он не пока­зывался всю неделю: за завтраком, обедом и ужином его место за учительским столом пустовало, в лесу и окрест­ностях замка он не появлялся, а уроки ухода за волшебными существами по-прежнему вела профессор Грабб­ли-Дерг. Малфой открыто злорадствовал.

— Что, Поттер, скучаешь по приятелю-полукровке? Каков человек-слон, а? — шептал он мне на ухо, когда рядом был учитель, — боялся видно получить оплеуху.

Я скрипел зубами, но всё же держался. Нет, с ним я точно на мировую не пойду. Не смогу и всё тут. Слишком меня бесит этот хорёк!

<tab>В середине января объявили прогулку в Хогсмид. Я решил пойти. Хоть голову проветрю немного. И там мы нарвались на эту грёбаную писаку. Только вид у неё был не ахти. А змейка смеясь сказала, то ли ещё будет. Это только начало.

Что же, мне было её абсолютно не жаль. Герми же с ней поцапалась, а потом мы пошли к Хагриду. И на этот раз всё получилось, благодаря Дамблдору. Что же, я рад, что всё хорошо закончилось. Да и сам мужчина всё-таки пришёл в чувства.

<tab>Принять ванну лучше всего ночью. Кто знает, сколько времени уйдёт на разгадку золотого яйца? А ночь длинная.

Не очень-то хотелось тащиться в ванную старост, но выбора не было. Проблема с Хагридом решена, теперь пора всё-таки заняться яйцом. В ней мало кто моется, можно пересчитать по пальцам. Значит, никто не по­мешает.

Я тщательно подготовился к вылазке. Школь­ный завхоз Филч уже раз поймал меня ночью в неполо­женном месте и снова попадаться совсем ни к чему. Самое главное — мантия-невидимка, да еще Карта Маро­деров, с ними не так опасно нарушать школьные пра­вила. На карте весь замок Хогвартс с потайными хода­ми и коридорами, сокращающими путь, и что очень важно. Карта показывает людей в замке в виде точек, помеченных именами. Точки движутся по переходам и комнатам, так что я сразу замечу приближаю­щегося к ванне человека.

В четверг вечером я поспешил в спальню, на­дел мантию-невидимку спустился опять в гостиную и стал ждать. На этот раз, в отличие от вечера, когда Хаг­рид показал мне драконов, снаружи к гостиной подо­шел Рон и в назначенную минуту сказал Полной Даме пароль «Банановые оладьи».

— Удачи, — шепнул он мне и вошёл в гостиную. Я же невидимо скользнув мимо, отправился в ванную старост.

Идти было неудобно — тяжелое яйцо под мышкой, в руке перед глазами волшебная Карта и поверх все­го — мантия. К счастью, в залитых лунным светом ко­ридорах было тихо и безлюдно. На поворотах я сверялся с Картой: никаких опасных встреч не предвиделось. Вот и статуя Бориса Бестолкового, на лице недоумение, перчатки надеты не на ту руку.

Я от­считал от статуи нужную дверь, подошёл ближе и ше­потом произнес пароль «Сосновая свежесть», как советовал Седрик. Дверь открылась. Ну что же, погнали!

<tab>Всё прошло гладко. Наконец-таки я узнал, что это за послание! Что же, нужно будет поблагодарить Седрика. Без него бы не справился. Только Миртл немного всё подпортила. М-да уж… Хотя и помогла, если честно.

Я вышел из ванной в тёмный коридор и сверился с Картой: нет ли кого поблизости. Точки с именами Филча и миссис Норрис у себя в кабинете. Вроде бы все ещё спят, кроме полтергейста Пивза, — он носится этажом выше в Зале Славы.

Я двинулся было в сторону своей башни, как вдруг заметил на Карте какое-то новое движение. В нижней комнате слева — в кабинете Северуса Снейпа мечется точка, подписанная… «Бартемиус Кра­уч».

Я поднес карту к самым глазам. Мистер Крауч как будто болен, даже на работу не ходит, и на Святоч­ном балу не был. Что же он делает в час ночи в Хогвар­тсе?

Точка сновала по всей комнате, останавливаясь то в одном углу, то в другом. Я в нерешительности помедлил, но любопыт­ство пересилило.

Развернувшись, пошёл к ближай­шей лестнице, ведущей вниз. Что же все-таки у мисте­ра Крауча на уме?

Я неслышно спускался по ступеням, но не­сколько картин, однако же, обернулись на скрип по­ловиц и шорох пижамы. Этажом ниже я, пройдя полкоридора, приподнял висевший на стене гобелен и вышел на узкую лестницу, которая сокращала путь на два этажа. Опять взглянул на карту с недоумени­ем: как это мистер Крауч, такой правильный, зако­нопослушный, вдруг среди ночи забрался в чужой кабинет?

— <i>Акууратнее, лестница, </i> — шепнула змейка.

Ох, если бы не она, то я мог бы и угодить в ловушку! Чертовы обманки!

— <i>Спасибо,</i> — шепнул я и продолжил свой путь.

<tab>Добравшись до кабинета, притаился. И каково было моё удивление, когда я увидел, как из кабинета Снейпа выходит Грюм!!!

Сердце заледенело от плохих предчувствий. Он точно меня заметит…

— <i>Я скрою тебя от его магического взгляда. Успокойся, малыш.</i>

И действительно, тот прошёл мимо меня, не заметив слежки. Я же смог выдохнуть только тогда, когда он скрылся. И как всё это понимать, Мордред вас задери?!

— <i>Вспомни, были ли у этого мага родственники, а возможно — сын? Я чувствую возраст этого мага и знаешь, он очень молод,</i> — вдруг прошипела Лэйша.

Я замер как вкопанный.

— <i>Сын?! Неужели… Может ли быть…</i>

— <i>Да, скорее всего так и есть…</i>

Честно, мне стало дурно от всего этого. Что мне делать?!

— <i>Успокойся для начала, выдохни или лучше, вдохни. Ты и так знал, что это не Грюм. Я тебя предупреждала. Расслабься. Просто будь на стороже, </i> — мягко сказала змейка. — <i>Возвращайся к себе в спальню. Тебе надо отдохнуть.</i>

Я лишь кивнул и было собрался помчаться в свою гостиную, как чуть не столкнуться нос к носу со Снейпом. Вовремя успел увернуться. Но тот как будто почувствовал неладное и сделав выпад, схватил меня за руку. Сдернув с меня мантию-невидимку, с холодом посмотрел мне в глаза и вздохнув, заговорил.

— Так, так, так, мистер Поттер. Какая неожиданная встреча… — я же побелел как снег. Надеюсь, что лже-Грюм ушёл далеко… Из-за него, совсем забыл об осторожности! — И что вы делаете посреди ночи, в пижаме, с яйцом в руках, в коридорах Хогвартса?

— Разгадывал загадку, — брякнул я не думая. Честно, сейчас было не до этой язвы.

— И как, удачно? — глумливо спросил тот, приподняв брови.

— Д-да… — промямлил я, начиная краснеть.

Хм, да уж, даже больше разгадал, чем нужно… Но выгляжу я наверняка отпадно. Вот же позор!

— Минус двадцать баллов с Гриффиндора, за прогулки ночью по замку. А теперь, вы идёте со мной. В мой кабинет, — рявкнул тот и схватив меня за руку, поволок к себе.

Ох, не было печали… Я и так сейчас не очень адекватен. Адреналин так и гулял в крови после моих приключений.

<tab>Меня впихнули в комнату и закрыв дверь, уставились опасным, немигающим взглядом.

Я же был дико растерян и смущён. А ещё, никак не мог успокоиться после встречи с лже-Грюмом.

— Итак, мистер Поттер, — с иронией сказал зельевар. — А вместе с тем, чтобы разгадать загадку, вы случайно не шарились в моих запасах ингредиентов? Сработала сигналка и вы как раз были неподалеку. Пропал очень важный ингредиент, который используют в довольно-таки интересном зелье. Может, ответите честно? Или же мне придётся осмотреть ваши карманы.

Я же замер, чувствуя дикий жар, что напугало только в два раза сильнее. Я даже не смог сказать, что это не я, а лже-Грюм.

Декан змей хмыкнув, начал приближаться ко мне как грозовая туча. Похоже, он понял, что от меня сейчас трудно будет хоть чего-то добиться.

Резко приблизившись, мужчина схватив меня за грудки и грубо прижал к стене. Я лишь расширил глаза, со страхом смотря на мужчину.

— Думаете я шучу, мистер Поттер? — зловеще произнёс зельевар и его руки начали прощупывать мои карманы.

Ладно, я пережил бы, ведь ничего не крал, но… Прикосновения мужчины буквально выбили из меня воздух. Я дернулся, но даже не смог пошевелиться, так как перехватив мои запястья, декан слизеринцев прижал их к стене одной рукой и продолжил обыск.

Тело горело от его прикосновений, даже через пижаму. Меня бросило в жар, а ноги начали подгибаться. А когда зельевар резко отпустил мои руки и слегка сжал ягодицы, проверяя задние карманы… Мне пришлось прикусить губу до крови, только бы не застонать.

Мерлин, да что же это такое?! Почему моё тело горит, буквально превращаясь в вулкан?! И почему я не могу сопротивляться?!

— Что же, видно это всё-таки не вы. Что меня если честно, сильно удивляет. Так что вы делали рядом с моим кабинетом, мне интересно? Хм, похоже, вам стоит дать пару минут, чтобы вы смогли собрать мозги в кучу, — последнюю фразу профессор сказал с явным глумлением.

Как бы показывая, что прекрасно заметил, что сейчас со мной творилось.

Но увы, соображал я действительно сейчас туго. В голове гулял ветер, а тело никак не хотело мне подчиняться. Никогда не думал, что близость этого человека может так повлиять на меня. Нет, вы правда не шутите?! Неужели я действительно… Нет, это просто бред!

— Поттер, вы даже не понимаете, как сейчас себя ведёте и насколько беззащитны, — схватив меня за подбородок, шепнул мне в губы Снейп. Я же, наконец придя в себя, покраснел до самых кончиков волос. — О, я вижу реакция появилась. Уже хорошо.

Вот же чёртов змей!!! Я и так на нервах и адреналине, ещё и он подлил масла в огонь. Позор…

Оттолкнув профессора и шарахнувшись в сторону, начал приводить взбесившийся организм и мысли в порядок. Твою мать, да что это было сейчас?! Почему я себя так веду?!

— Какая интересная реакция, но да ладно. Надеюсь, теперь вы ответите мне на вопрос? — приподняв бровь, опасно улыбнулся мужчина, от чего у меня по загривку пробежали мурашки.

Я лишь кинул карту Мародеров на стол и показал на точку, которая была подписана как Барти Крауч. Плевать, он всё равно знает про карту. Не думаю, что профессор Люпин смог его тогда переубедить на третьем курсе. Да и он ей потом воспользовался, чтобы выследить всю нашу гоп-компанию.

Снейп наконец перестав сверлить во мне дырку взглядом, посмотрел туда, куда я указывал и нахмурился.

— Я следил за ним. Это Грюм, кем бы он не был. И как могу догадаться, пропало что-то для оборотного зелья. Это Барти Крауч, только вот… Возможно, это его родственник или сын. Я не думаю, что это он сам.

После моих слов, зельевар тут же оказался у карты и стал внимательно разглядывать её.

— Вы уверены? — тихо спросил он, даже не пропесочив меня насчёт самой карты.

— Да, я видел, как Грюм вышел из вашего кабинета, — пробормотал я, подходя к зельевару. — Мне повезло, лже-Грюм меня не заметил. Но я полностью уверен в своих выводах. Возьмите карту завтра и убедитесь. Я увы, совсем про неё забыл из-за турнира. А ведь мог раньше всё узнать… Вот теперь не знаю, стоит ли рассказывать директору или сначала попробовать узнать, что ему от меня нужно. И почему ему так важно, чтобы я выиграл в турнире? Ведь Грюм мне очень помог в первом испытании, натолкнув на мысль о метле.

— Поттер, вам что, адреналин все мозги отшиб?! — зашипел Снейп мне в лицо, схватив при этом за плечо. — Я сейчас же пойду к директору! Мы сами с этим разберёмся. Но вот турнир увы, отменить не получится. Так что, если вы правы в своих догадках… Не думайте даже выигрывать. Не знаю, что происходит, но мы это выясним. А вам советую, сидеть и не высовываться. Не смейте больше так рисковать!

— Зато, я смог узнать правду, — устало пробормотал я.

— И вам как обычно, крупно повезло. Если бы вас заметили… — и мужчина зло посмотрел на меня.

— Да знаю я, что совершенно не дружу с головой, — вяло рыкнул я. — Но не смог не проверить, увидев этого человека на карте.

— Придурок, — рявкнул тот и опять прижал меня к стене.

Только на этот раз своим телом. Я точно не выдержу сегодняшнюю ночь…

— Поттер, я обещаю… Ещё один такой идиотский поступок и вы пожалеете, что родились на свет, — зашипел тот, больно сжав мои волосы.

Снейп был настолько близко, что я почувствовал его дыхание на своих губах. Всё, приплыли называется. Теперь, так уж точно…

В голове не осталось ни одной мысли. Страха не на грамм. Лишь желание коснуться своими губами, его. Бороться с собой я уже не мог. Возможно, это всё из-за ситуации и дикого адреналина в крови, но…

Не думая, я коснулся губ зельевара своими. При этом закрыв глаза. Мне казалось, что после такого меня заавадят или вытурят, причём из Хогвартса, но совершенно не ожидал, что Снейп ещё крепче прижмёт меня к себе и поцелует. Только теперь по-настоящему.

Его язык ворвался в мой рот и грубо переплелся с моим. Пальцы же сжали кожу до боли. Он целовал грубо, яростно, жадно. Не выдержав и минуты, я застонал ему в рот, стараясь прижаться ещё ближе. Увы, я уже не соображал, что творю и как потом взгляну в глаза своему профессору. Это был первый мой поцелуй. Но я не испугался, даже наоборот — завёлся. Кажется, эту минуту мне не забыть никогда…

Через пару минут, он всё же отстранился и тихо сказал.

— Не смей меня больше так пугать, мальчишка. Если я узнаю, что ты так и продолжаешь лезть в пасть смерти, я за себя не ручаюсь. А теперь марш в свою спальню, герой недоделанный! И не забудь это Мордредово яйцо, — и резко отстранившись, выставил меня из своей комнаты.

Не забыв при этом швырнуть в меня мою мантия-невидимку. Карту он оставил себе. Ну и Бог с ней, переживу. Я сам решил о ней рассказать, да и отдать её профессору.

Сам же я, очумело стоял и хлопал глазами, пытаясь прийти в себя. А потом, бегом помчался в свою спальню.

Это и правда, не сон?! Я что, действительно сейчас целовался со Снейпом!??? С самим Ужасом Подземелий!??? Причём это безумие начал именно я… Но для первого поцелуя, это было что-то… И что странно, он мне ответил!