Попробуем Снова

Как только входная дверь дома была закрыта, стройное тело грузно припало к дубовой поверхности. Моментальное сожаление за свои слова тут же отобразилось на красивом, но не женственном лице. Глаза змеиной формы потускнели, зарябившись в легкой водяной дымке. Несмотря на то, что выражение юноши по-прежнему оставалось безразличным, внутри происходила битва противоречий, с которой он явно не мог совладать. Светлое лицо альбиноса, казалось, потемнело от миллиона сомнений.
Тадао и сам не верил своим словам, что тут уже говорить об окружающих?

Действительно ли нужна была поспешность в принятии такого важного решения? Больше было похоже на попусту выброшенные слова на ветер, очевидно, без возможности их реализации. Как мог настолько боящийся боли человек стать тем, чья профессия связана со страданиями даже не столько физическими, сколько моральными. Еще раз. Как человеку, привыкшему, что его лелеют словно драгоценный камень, может подойти профессия, где при особых обстоятельствах его могут убить изощренные пытки извращенного ума. А если учитывать особенности тела? Скованный заболеванием альбинизма человек страдает не только чрезмерной восприимчивостью к солнечному свету кожей, но и с раннего детства падающей остротой зрения. Так еще и боязнь толп создает в себе идеальный микс со всем вышеперечисленным.

Чувство стыда возникло от осознания того, что о великой "цели" теперь известно не только ему одному, но и его глупому другу. А ведь за язык никто никого не тянул, можно было и промолчать! Теперь придется ходить и терпеть "гениальнейшие" шутки этого рыжего идиота ближайший месяц точно. Ну уж нет, нужно что-то придумать.

- Может, сказать, что я пошутил...- глубоко вздохнул задумчивый Тадао.

- Тогда тебе не поверят, малыш. Шутят обычно не с таким серьезным видом,- беззлобно подметил смеющийся голос.- Чего ты такой расстроенный на пороге мнешься, обидел, что-ли, кто?

Мягкий голос под конец предложения принял угрожающие нотки беспокойства, а окружающая среда, казалось, начала в страхе трястись, немного извиваясь на своих местах.

Юноша сразу поднял теперь уже осознанный взгляд в направлении голоса. Перед ним предстала светловолосая женщина с такой же внешней особенностью как и у него. Это была матушка. За четырнадцать лет, что иномирец прожил в этом теле, она не то, что совсем не постарела. Вернее сказать, распустилась точно цветок с новой силой, не без значительного отрыва превосходя в своей красоте многих знаменитостей этого мира. Даже находясь в домашней одежде с черпаком в руках, женщина, которую никак не поворачивается язык так назвать, в своей неземной оболочке совсем не выглядела неуместно, а дополняла уюта к атмосфере под стать комфортному интерьеру дома.

Прекрасные небесно-голубые круглые глаза, заставляющие людей вздрагивать в волнении, теперь смотрели на него с вниманием того беспокойного родителя, которого так не хватало Кате.

Проведенное в компании двух людей время дало смелость окончательно признаться в том, что отныне у него имеется семья.
Одной родительской ласки, казалось, уже было достаточно для пробуждения давно потерянного желания быть любимым. И хоть память о бывших отце с матерью угасала, а образы текущих накладывались на них, где-то в глубине души все еще преследовали напоминания о том, что эти люди не настоящая родня, что Катя паразит, захвативший тело маленького ребенка.

Но ведь даже паразиту хочется быть нужным и любимым, так почему же она не может позволить себе этого? Находится наедине со своими мыслями попаданка всегда, соответственно, и на то, чтобы ненавидеть свое существование найдет уйму времени. Так почему бы не побыть немного эгоистичной? Тем более, произошедшее, конечно, было не собственным желанием - попасть в чужую личину. Катя оказалась в этом теле против своей воли и явно не бредила тем, чтобы поспешить лишить себя счастливой жизни из-за навязанного чувства вины.

- Нет,- отрицательно покачал головой альбинос младший,- Меня никто не обижал.

В глазах женщины юноша выглядел как покинутый в дождь щенок, одиноко виляющий хвостом посреди лесной гущи. Ее материнский инстинкт забил тревогу, приказав незамедлительно подойти и обнять сына, защитив ото всех невзгод. Уже было сделав шаг, женщину опередил сам Тадао, в мгновение прижимаясь своим стройным телом к матери. Его высокая фигура полностью затмевала женскую, а руки приобнимали талию в зависимом жесте. Голова юноши расстроенно покоилась на чужом плече, совсем не обременяя хрупкую женскую часть тела.

Юрико знала и видела насколько сильно груз тяготящих дум давил непосредственно на ее любимого человека. Успокаивающе погладив по голове Тадао, молодая мать, словно мама-птица, держала в объятьях своего птенца, смиренно дожидаясь его слов. Она понимала до чего тяжело даются сыну чувственные признания в своих обидах и страхах, поэтому никак не смела торопить взволнованного юношу. Даже если ребенок не расскажет о своих переживаниях, она всего лишь хотела, чтобы он знал, что та, на кого можно положиться и кто действительно приложит все силы, чтобы помочь, прямо сейчас находится в крепких руках.

Слегка потеревшись пушистыми волосами о нежное плечо, юноша освободил красавицу из захвата идеально сложенных рук, отстранившись. Долгое время молодой человек просто всматривался в лицо своей матери, все пытаясь нечто разглядеть. С тихим неловким кашлем в комнате раздался сиплый голос, отдающий юношескими нотками:

- Мама.

- Да, сынок?- мать вновь улыбнулась, немного удивленная серьезным тоном своего чада.

Вид обеспокоенного родителя позволил семени сомнения голове мальчика существенно возрасти. Ведомое юношеским максимализмом желание стать героем совсем затмило разум. Как он не подумал об этом раньше? Возможность навлечь беду на своих близких, подвергая тех постоянной опасности, была актуальна как никогда. И это абсолютно не то, что Тадао желал своей не так давно обретенной семье. Еще даже не успевший вдоволь насладиться жизнью ничем не обремененного подростка он уже пытается вступить в ряды покойников. Не идиот ли?

Под чужим пристальным взглядом чувство виноватого стыда распространилось по телу, ядовитыми корнями прочно, почти до боли, прорастая в каждый кусок кожи. А если красавица, стоящая перед ним, осудит? Если озвучит все тайные опасения юноши, под конец сказав перестать глупить? Вдруг вообще перестанет любить за абсурдные желания, в дальнейшем больше не обращая на него внимание?

Теперь перед Юрико стоял не Тадао, а маленькая Екатерина, недавно потерявшая родителей. Именно та девочка, так сильно желавшая выслужиться перед последним оставшимся в живых членом семьи. Именно та девочка, которая в свое время получила только холод, молчаливое непринятие и разочарование в перемешку с будущим игнорированием.

В сильном напряжении тошнота удушливо подступила к горлу. Стойко прикусив пухлую губу, юноша в полной дезориентации и отвращении к себе довел до конца мысль, через себя выталкивая слова уже с болью, пульсирующей в области висков от напряжения:

- Как ты думаешь, у меня есть шанс стать... героем?

Для Юрико это было впервые: столкновение с полностью запутавшимся ребенком, целиком поглощенным противоречиями своих двух взглядов. Ее Тадао-кун и раньше был типом безразличного на поверхности, но чрезмерно эмоционального человека внутри, держащего своих тараканов исключительно в голове. И как бы не пыталась мать - самый близкий для сына человек - помочь своему ребенку, тот каждый раз непреклонно отступал от душевных разговоров, избегая их как огня. Возможно, как считала красавица, это было связано с одним из недостатков его причуды - постоянное блуждание в себе, в своих чувствах и эмоциях. Однако это все еще не меняло факта: еще с детства ею была подмечена неизвестно откуда образовавшаяся привычка разбираться со всем самостоятельно, без помощи посторонних, к кому Тадао непроизвольно приписывал Юрико и Рюичи.

Сейчас, в тяжелый для ее сына момент, как ни странно, где-то на душе потеплело. Совсем не из-за радости пот вида моральных мук Тадао, а из-за счастья за то, что путь к сердцу ребенка стал постепенно открыться родителям. И Юрико непременно пойдет на встречу, воспользовавшись щедрой возможностью.

Красавица метко обратила внимание на распространившийся по бледному лицу румянец и слегка безнадежно улыбнулась, своими длинными пальцами приподнимая чужую немного потную наверняка от напряжения ладошку. И что, что это было впервые? Она все еще мать, у нее всегда есть что сказать, есть как ободрить и, в конце концов, как успокоить.

Напряженный юноша вздрогнул от нежного прикосновения и посмотрел в смущении на беловолосую.

- Малыш, сколько раз мне повторять, что мы с папой поддержим и будем поддерживать тебя во всех начинаниях?- тоном, которым она отчитывала сына, женщина начала, а затем со своей, той самой материнской мягкостью продолжила,- Я уверена, что у тебя все получится! Главное приложить к этому максимум усилий.

Это были не те слова, что отчаявшийся мальчик ожидал услышать. Совершенно не те. Голова после мелодичных женских выражений существенно прояснилась, перестав болеть, а хищной формы глаза прищурились в попытке сдержать позорные слезы. Неужели опять он развел драму на пустом месте? Стоило просто промолчать и вернуться в свою комнату, не так ли?

Застывший в непонимании, юноша немедленно был схвачен и поднят крепкими мускулистыми руками. Тихо охнув от потери земли под ногами, молодой человек забавно потрепал конечностями в воздухе в бесполезной попытке выцепить хоть какую-нибудь поверхность и в конечном итоге сдался, полностью расслабляясь в чужих ладонях.

- Мой сын метит в суперы, а? Маленький кролик, если ты чего-то хочешь, ты всегда это получишь, помнишь? Не впадай в печаль из-за такой ерунды,- отец почти промурлыкал, поставив своего ребенка на пол, тут же потрепав по беловолосой макушке большой аккуратной ладонью.

Женщина весело рассмеялась над проделками мужа, быстро чмокнула его в щеку и тут же приказным тоном указала пальчиком без маникюра в сторону кухни. Вся семья в сборе, а ужин почти готов. Это значит, что пора идти мыть руки и садиться за любимый стол с самой вкусно приготовленной пищей из всей той, которую когда-либо доводилось пробовать юноше.

"Нет, все таки не зря я об этом рассказал"

Промелькнула в сознании мысль, за которую более молодая версия убила бы Тадао. Все больше не так, как раньше, и об этом нельзя забывать. Он теперь кому-то нужен, кто-то желает знать обо всех его беспокойствах и кто-то желает помочь. Ну, если в него так сильно верят, он не смеет их подводить.

***

В тот же вечер во время подготовки всех нормальных людей ко сну, юноша, словно маленькое торнадо, добросовестно уничтожал порядок в и так не сильно прибранной комнате во имя поисков чего-то конкретного. Это "конкретное" - детский блокнотик со всей известной информацией касательно событий этого мира, которая за столько прожитого времени успела благополучно забыться.

Нет, ну, а что? Ни Тадао, ни сама Катя не славились хорошей памятью. Запомнил общую идею аниме о том, что героем быть не просто и это не только слава, но и ответственность, а также готовность жертвовать жизнью во благо, и на том спасибо. А что там происходило - черт его помнит. Хотя и нахождение непосредственно в одном и том же мире с основными действующими лицами аниме все еще не дает кое-каким воспоминаниям покинуть голову. Пример тот же Всемогущий. Куда не пойди, что не глянь - везде этот двухметровый хмырь. И как о нем в такой ситуации забудешь. А касательно остальных и сюжета в целом, к несчастью, воспоминания уже давно были отброшены в самые захолустья разума.

Но вернемся к поискам. Почему Тадао так старательно стремится найти блокнот? Все просто. Юноша хочет проверить находится ли он в одном временном промежутке с началом канона или нет, очевидно, с помощью событий, произошедших в то время.

Его вновь распирало от противоречий: одновременно от желания и нежелания того, чтобы это были времена, когда зеленоволосый мальчик начал свой путь. Тадао хотелось, чтобы это было так, ведь тогда поступление в ЮЭЙ гарантировано, но и не хотелось, потому что это опаснейший период, на своей шкуре который испытывать явно не возникало и малейшего желания.

В раздражении ударив по с трудом вытаскиваемому ящику в очередной бесполезной попытке поиска, юноша запрокинул голову, глубоко вздохнув. Это невыносимо! Еще с прошлой жизни у него была достаточно изобретательная способность к затаиванию уличных вещей от надоедливой прислуги, так как спустя столько лет найти этот раздражающий блокнот? С желанием выть и рвать волосы юноша без сил рухнул на пушистый ковер в окружении различных небрежно разбросанных во время поисков листков бумаги.

Возникающее раздражение от все того же раздражения выводило из себя. Здесь, в этой жизни, где большая часть населения имеет сверхспособность, а, возможно, и не одну, Тадао не обделили. Вот только его сила не занимала высокий рейтинг: не была достаточно зрелищной, чтобы хвастаться перед детьми, отпугивать от себя задир или получать одобрение учителей. Не каждый мог понять ее суть, точно также как и сам мальчик не всегда понимал.

Его так называемая "причуда" была связана с эмоциями. Она лишала спокойной жизни, заставляя жить в вечных чувствах, причем не всегда своих. Любое рождающееся слабое, едва испытываемое состояние каждый раз раздувалось до уровня чрезвычайных габаритов, с которыми справиться было, пусть и возможно, но крайне хлопотно.

Толпы - отдельная больная тема. Скопления людей были превеликим кошмаром юноши. Он чувствовал по отдельности каждого, словно сам был этими людьми, будь то положительная или отрицательная эмоция, с хорошим умыслом или злым. В самый первый момент проявления причуды юношу позорно вырвало от невозможности сдержать не столько полученной путем эмпатии информации, сколько переполняющих чувств. Это и правда тяжело! И мерзко от осознания нарушения личных границ других людей.

Поэтому в те времена первым делом, которым занялся маленький мальчик, была практика над причудой. Желание узнать больше, удвоенное этой силой, сделало его по истине упорным в своих планах, полностью растрачивая всю энергию на углубление в себя и попытки контроля. Разумеется, это принесло результат. И, как оказалось, способность к эмпатии была не единственной функцией причуды альбиноса.

Он мог невербально контролировать настроение окружающих его людей. Это было замечено совершенно случайно, когда маленький Тадао в вынужденной попытке контроля над причудой среди посторонних людей в отчаянии опять заполняющих его чужих чувств просто пожелал их конец. И это сработало! Голова наконец стала пустой, долгожданная тишина, позволяющая вздохнуть полной грудью, приятно расслабляла тело, а прохожий, не специально ставший лабораторной крысой, с ранее гневного настроения перешел к безэмоциональному. Ну, это явно не проблема Тадао, тем более гневу явно лучше выбирать спокойствие, разве нет?

Но как бы он не пытался, успокоить или подавить собственные эмоции никак не получалось. Тот ли это самый побочный эффект? Если да, то он явно не один. Даже контролируя себя под давлением чужих мощных настроений после встречи на юноше всегда оставался след сильных эмоций. В зависимости от степени "возбужденности" человека устанавливалось время, которое потратит альбинос, испытывая то же самое.

Хмыкнув, юноша, все еще лежащий на полу, резко вынырнул из своих мыслей, заметив на люстре странный предмет. Видимо, это было то, что он искал! Маленький Тадао вряд ли туда бы его спрятал, может, блокнот случайно там оказался? Хотя, зная места, которые в свое время могла что-то запрятать Катя, это явно не пик его "запряток". Короче, не имеет значения, гораздо важнее его достать!

Когда блокнот в разноцветной обложке оказался в руках хозяина, мальчик предпочел пушистому ковру мягкую постель. Сонными глазами почти мгновенно отказываясь от идеи тут же изучить содержимое и уже под легкой дремотой юноша окончательно решил, что потратит время на анализ завтра, сладко засыпая прямо с детским блокнотом в объятьях.

-----

Я короче вспомнила, чтл писала какой-то высер. Если вы вдруг каким-то чудом фан моего 3 главного ничего не раскрывающего фанфика, то молитесь, чтобы моей ненависти к этому аниме хватило на проду😎😎😎