Глава 6. Сложное решение.
— Горелым пахнет, вам не кажется? – Хиддлстон повёл носом. Ты принюхалась, подскочила к духовому шкафу и открыла его, обжёгшись паром. Том выключить прибор, потянул тебя к раковине, открыл кран и подставил твою ладонь под воду. Ты ещё громче взвизгнула, а актёр зашипел, ведь вода оказалась очень горячей. Том быстро повернул ручку крана, и вы оба отправили свои ладошки под холодную струю воды остывать. Первым вытащил свою руку Том и, достав прихватку, вытянул форму с едва не подгоревшим пудингом на стол. Ты выключила воду и подошла к кумиру.
— Аптечка нужна? – тихо произнёс он с извиняющимися нотками в голосе.
— Нет-нет! Благодарю. А вам?
— Переживу, – улыбнулся Хиддлстон, тронув пальцем ваш завтрак.
— Сильно сгорел? – спросила ты.
— Вроде бы даже не подгорел, – придирчиво осмотрел десерт актёр. – Наверное, просто капля упала на панель, сгорела, вот и всё.
— Тогда можно украшать? – ты улыбнулась и взяла в руки сотейник с кремом и лопатку.
— Думаю, да. – Том достал большую плоскую тарелку, перевернул на неё форму, и вот на блюде красовался сферической формы нежный, шоколадный пудинг.
— Красота, – с предвкушением сказала ты.
— Сейчас ещё лучше будет, – убеждал актёр.
— Не сомневаюсь. Только вот кремом занимаюсь я. У вас он до пудинга, боюсь, не дойдёт.
— Тогда я поставлю кипяток, – Том рассмеялся, включил электрочайник и сел около тебя, сделав жадные глаза, всем своим видом показывая готовность съесть крем. Ты нарочито медленно стала обмазывать пудинг, надевая какую-то песенку. Настроение на кухне слегка улучшилось, но ты знала, что разговор не окончен. Но некоторое время хотелось бы просто познакомиться в нормальной обстановке и посидеть за чашечкой кофе и кусочком пудинга хорошими новыми знакомыми.
Закончив с обмазкой десерта, ты собрала кончиком пальца немного крема с лопатки и облизнула его. Ты собралась отправить испачканную кремом посуду в посудомоечную машину, но тебя перехватил Том, с самым непроницаемым лицом отобрав сотейник с лопаткой, и, вооружившись чайной ложечкой ,принялся съедать оставшийся на стенках крем. Ты встала в позу, поставив руки в бока, и с шутливой укоризненностью взглянула на Хиддлстона. Он со смехом съедал крем, а ты сначала продолжала с умилением в глазах и маской возмущённости на лице смотреть на актёра, потом заварила вам по чашечке кофе, одну из которых протянула Тому, довольно облизывавшемуся, словно объевшийся сметаной кот. Поставив на стол тарелки и подав приборы, ты взяла нож и уже хотела начать резать пудинг, как Том протянул руку и спросил:
— Можно я порежу?
— Разумеется, – передала ножик ты, – я вижу, что с ножами вы на короткой ноге, так?
— Так. Сначала для роли нужно было, а там и втянулся. Пристрастился к холодному оружию, – усмехнулся Томас и, отрезав два кусочка, положил их на белоснежный фарфор тарелочек. Ты взяла вилочку и отломила маленький кусочек пудинга, отправив его в рот. Ты сначала широко распахнула глаза, потом в наслаждении прикрыла их и довольно промычала:
— Это так вкусно! Никогда не ела пудинга прекраснее! Где вы нашли этот рецепт?
— О... Это рецепт моей мамы, – грустно улыбнулся Хиддлстон и, облизнув губу, печально опустил голову. Ты мягко дотронулась до плеча Тома и сказала:
— Вы скучаете по ней? – Актёр кивнул. – Знаете, я думаю, что она может вами гордиться. Вы очень хороший человек, правда.
— Спасибо, Т/И. Вам действительно понравился пудинг? – поднял голову Том.
— Ничего вкуснее не ела, – улыбнулась ты.
Он улыбнулся в ответ и вы некоторое время молчали, наслаждаясь завтраком, мягкой тишиной и молчаливым обществом друг друга. Ты не знала, о чём думал актёр, но вот твои мысли крутились вокруг сегодняшнего инцидента, истории Тома и обдумывания дальнейшего плана действий. А ещё почему-то вокруг десерта и этого рыжего кудрявого чертёнка. Но ты старалась гнать эти мысли, сосредоточившись на дальнейшем плане. Увы, многого намыслить одна ты не смогла, путалась в мыслях, поэтому пришлось вернуться в реальность и вернуть туда задумавшегося актёра.
— Томас, скажите, что дальше мы будем делать?
— Вас я отправлю к вам в домик. Я хочу, чтобы вы забыли всё, что произошло этим утром. Это может быть очень опасно.
— Я не боюсь опасностей, – перебила его ты, – и уж точно не смогу забыть это утро.
— Прошу вас, не нужно геройствовать. Это не те люди, которые позволят шутить с собой. Поймите, друг мой, Т/И, я не желаю никому зла, не хочу, чтобы они как-то связывались с вами. Я уже поневоле погряз во всём этом и горячо не желаю вмешивать ещё кого-то в эту пучину. Не желаю вмешивать вас. Поверьте, вы мне крайне импонируете. Не хочу, чтобы до вас стало им хоть какое-то дело.
Ты встала со стула и подошла к окну; обхватив себя руками, ты задумалась, глядя на заснеженный городок, сверкающие вершины гор и темнеющий вдали лес. Долго ты так стояла, а Том не решался тебя отвлекать от мыслей; он убрал посуду (вы съели весь пудинг!) и взял сшитые листы бумаги, которые, как ты заметила после, оказались сценарием для нового сериала про Локи. Ты лихорадочно обдумывала слова Хиддлстона. С какой-то стороны он был прав. Всё это действительно опасное дело, ввязавшись в которое, можно погрязнуть по уши. Замешаны серьёзные и опасные люди. Но с другой...
— Нет, – уверенно сказала ты и развернулась к удивлённому актёру, поднявшего на тебя непонимающий взгляд.
— Нет? – переспросил он, слегка наклонив голову набок.
— Нет, – повторила ты. – Про меня они и так уже знают, раз тот человек назвал меня по имени. Равно как и то, что я ещё не замешана во всей этой истории с "конфетками", и наша с вами встреча была чистейшей случайностью. Уверена, мы сможем разобраться и выпутать вас, а если повезёт, ещё и Роберта. Я смогу вам помочь! – воскликнула ты и осмотрелась, наконец решившись поднять взгляд. Какое-то время актёр молча рассматривал твоё лицо, пытался что-то увидеть в твоих глазах, горящих твёрдой решимостью. Неожиданно он произнёс:
— Не хотите ли прогуляться?