Королева Роз

- В 1010 году история Корё навсегда изменилась, - продолжила она, пытаясь успокоить дыхание, - это был бурный период, когда один из чиновников пошел против короля Мокджонга - моего деда. Коварный чиновник поджег главный дворец, заманив в ловушку короля, Мингю и меня. Беспомощный и загнанный в угол король призвал печально известного генерала Ганджо спасти его и двух внуков. Но чиновник Янг и наложница Ким прибыли первыми...

Чеён ненадолго закрыла глаза, образ огня и дыма был настолько ясным в ее сознании, что казалось, она снова переживает эти моменты. 

О пожаре она не могла обсуждать ни с кем. Помимо того, что отец запретил говорить об этом, ей было слишком больно вспоминать. Чеён старалась блокировать воспоминания, когда бодрствовала, но у нее не было контроля над снами. 

Сначала она не хотела обсуждать это, и ей казалось, что она не сможет, даже если попытается, но Тэхён был таким нежным и понимающим. Когда он притянул ее к своей теплой груди и стал поглаживать по спине, принцесса почувствовала себя в полной безопасности. И впервые ей захотелось рассказать кому-нибудь, разделить свою боль, и высвободить эмоции, которые она так долго сдерживала.

В кругу посторонних или близких, она должна быть сильной, но возле него Чеён могла чувствовать себя уязвимой. 

- Наложница Ким вместе с чиновником Янгом вытащили Мингю в безопасное место, пока я смотрела, как мой дед теряет сознание от ядовитых паров, умоляя спасти нас. Но все было бес толку. Я протянула руку Мингю, но он отвернулся и сбежал один. Когда прибыл генерал Ганджо, мой дед спрятал меня в углу - как раз вовремя, чтобы тысячи людей ворвались и убили его, пока я смотрела, испуганная, бессильная и истощенная.

Она почувствовала, как Тэхён сжал ее талию. Было ли это гневом или проявлением сочувствия, Чеён не могла понять. Ее мысли все еще блуждали в лабиринте далеких воспоминаний.

- Через какое-то время я проснулась в чужой постели, которая, как я позже обнаружила, была убежищем моего отца. А на следующий день я была коронована принцессой, - с горечью завершила Чеён. 

Тэхён ничего не говорил долгое время, только обнимая ее и позволяя ей оставаться в своих мыслях. Он знал, что это именно то, что ей было нужно. Ей не нужны были пустые слова сочувствия или жалости. Все, что принцесса хотела - это не быть осужденной, но быть выслушанной. Простого комфорта его присутствия было более чем достаточно.

- Мне жаль, что у тебя такая дерьмовая семья, - наконец пробормотал Тэхён, заставив Чеён невольно рассмеяться, - если ты когда-нибудь захочешь одолжить мою, то добро пожаловать.

Она усмехнулась, вытирая последние слезы и прижимаясь ближе к теплому телу, как будто он был ее собственным, личным очагом.

- Я, наверное, никогда не верну их тебе.

- Ничего страшного, - ответил он, когда Чеён прикрыла глаза от изнеможения. - Ты заслуживаешь вселенную, принцесса.

Ей показалось, что она услышала его шепот, но настолько быстро погрузилась в сон, что не знала, приснилось ей все это или нет.

***

Тэхён не мог уснуть. Только не с такой красивой и сильной девушкой на руках. Не тогда, когда она только что излила ему свою душу, из-за которых он испытал эмоции, о существовании которых даже не подозревал. Не тогда, когда ее розово-лавандовый аромат наполнял воздух вокруг него с такой силой, что невозможно было вдохнуть ничего, кроме ее опьяняющего запаха. Не тогда, когда она внезапно повернулась к нему спиной, и ворот ее ханбока соскользнул с плеча, обнажая молочно-гладкую кожу.

Любой здравомыслящий мужчина поступил бы правильно, натянув рубашку, но кое-что, что недавно обнаружил Тэхён - это то, что он был не в здравом уме рядом с ней.  Вместо этого он обнял ее за талию и притянул к себе, изо всех сил стараясь не обращать внимание на ее обнаженное плечо.

Сильный порыв ветра потряс хрупкую хижину, после которого последовала вспышка молнии и грома. Тэхён выжидающе смотрел на ее тонкую спину, пока легкая дрожь пробежала по принцессе, отчего он натянул меховое одеяло выше. Но одним легким движением ее плеча одеяло соскользнуло, снова сталкивая его с соблазном обнаженной кожи.  

Не в силах больше сопротивляться, Тэхён опустил голову и нежно прижался губами к ее обнаженному плечу, согревая холодную кожу теплом своего дыхания. Он отодвинулся на сантиметр, чтобы поцеловать кожу рядом, снова коснувшись губами ее мягкой шеи. 

Только когда принцесса прижалась спиной к нему ближе, он наконец понял, что творит. Он знал, что делить кровать - плохая идея, поскольку Ким не мог контролировать себя, когда Чеён была так близко. Но проблема заключалась в том, что на каждое «нет», которое шептал его разум, сердце кричало «да». 

Осторожно и медленными движениями он отстранился от нее, плотно обернув ее одеялом. Когда в окне пронесся еще один порыв ветра, Тэхён снял рубашку и накинул ее на принцессу. 

Он подошел к коробке в углу, вытащив чистый холст и краски, надеясь, что они смогут передать глубину шоколадных глаз, в которые он влюбился.

***

- Брось, Джису, - крикнул Юнги, перекрикивая раскат грома, сотрясавшего небо, - мы проиграли.

Джису бросила на него взгляд через плечо, хотя отчасти понимала, что он прав. Она заставила его продолжать поиски растения во время безжалостной грозы, отказываясь сдаваться. Но когда град начал обрушиваться на голову ее бедной лошади, она решила отказаться от своей гордости и признать поражение.

- Хорошо, - пробормотала Джису, начиная развязывать поводья коня, пока дождь катился с ее плеч, заливая ее с головы до ног. 

Но, когда она почти развязала узел, Джису заметила стебель зеленого растения похожего на рисунок, который господин Ким изобразил для них.

- Подожди, я думаю, это оно, - Джису резко развернулась, бросаясь к растению.

- Джису, стой.., - Юнги бросился следом, схватив ее за запястье и пытаясь оттащить. Но было слишком поздно, Джису ступила на возвышенную поверхность, вызвав срабатывание сети, которая быстро вырвалась из-под опавших листьев, охватила их тела и подняла на несколько метров в воздух, где они свисали с толстой ветки дерева. 

- Что за херня! - закричала Ким, извиваясь и корчась в сети, отчего ее мокрое тело прижималось к нему. 

- Как уместно, - с сарказмом пробормотал Юнги, оставаясь неподвижным и спокойным, пока Джису вела борьбу с сеткой. - Ты наступила на ловушку для животных.

- Ты назвал меня животным? - рявкнула она и попыталась обернуться, но у нее едва получилось повернуться в узкой сверхмощной сети. 

- Ну, человек заметил бы очевидную ловушку с расстоянии нескольких метров, так что...

Джису пихнула его локтем в ребра, продолжая пинать и тянуть сетку, пока на них продолжал безжалостно лить дождь. Но, казалось, что ловушка изготовлена из неразрушимого материала, которую даже не сдвинуть с места. Что еще хуже, Джису оставила все свое оружие в сумке, поэтому у нее не было вариантов чем разрезать сетку. 

- Ты не собираешься что-то делать? - расстроенно спросила она, ее дыхание затруднилось, а руки начали болеть от попыток выбраться. Но Юнги продолжал сидеть неподвижно, как камень, позади нее, и единственным признаком того, что он был жив, было биение его сердца.

- Этот материал создан, чтобы противостоять острым зубам тигров, так что в этом нет никакого смысла.

- А ты не мог сказать мне это раньше? - Джису недоверчиво усмехнулась.

- Из всех людей в мире, с которыми можно было застрять в этой ситуации, это должна была стать ты? - Юнги с наглостью обхватил ее холодными руками за талию и притянул ближе, когда она несколько раз похлопала его по руке. - Тебе ведь это нравится. Перестань себе врать.

Джису проигнорировала странное чувство в животе, когда его холодное дыхание коснулось ее уха. Она отцепила его руки от своей талии, снова толкнув его локтем в ребра.

- Прикоснись ко мне снова, и я убью тебя.

- Я не могу серьезно относиться к твоим словам, когда ты дрожишь как лист, - Юнги тихонько усмехнулся.

Джису взглянула на свои дрожащие руки и не смогла сдержать дрожь, пробежавшую по спине, когда сильный порыв ветра пронесся по воздуху, заставляя их раскачиваться.

- Мы не выживем, если не разделим тепло, маленький ворон. 

- Черт, - простонала Ким, понимая, что он прав. Они были в глуши, и поблизости не было никаких признаков жизни. Им повезет, если кто-нибудь обнаружит их утром, но до этого времени нужно было еще дожить.

- Мы также можем заняться этим, - мягко произнес Юнги, заставляя Джису закатить глаза, - это намного согреет нас.

Он провел руками по ее талии, и хотя казалось, что это прозвучала как шутка, отчасти Джису могла сказать, что Юнги делал это только для того, чтобы согреться. 

На этот раз она не протестовала и выдержала стук своего сердца, когда его тело тесно прижалось к ней - в конце концов, это был лес, и ей нужно было выжить.

Но, быть может, ее скрытая часть надеялась, что и он выживет после этого.

*** 

Раскат грома разбудил Чеён. Она нахмурилась из-за того, что прервался один из самых мирных снов, которые она увидела за долгое время, но держала глаза закрытыми, надеясь, что сможет уснуть как можно быстрее. Ее руки потянулись к источнику тепла, к телу Тэхёна, но принцесса оказалась сбита с толку, чувствуя холодное место рядом с собой.

Открыв глаза, она повернулась на кровати и с облегчением улыбнулась, когда увидела его сидящим перед холстом, единственная кремовая свеча, обеспечивающая свет в кромешной тьме комнаты.

Его темные брови были нахмурены, когда Тэхён нежно провел кистью по холсту. Чеён не могла видеть рисунка, но судя по его рукам, окрашенным разными цветами, и по выражению решимости в глазах, она поняла, что это было то, чем он был очень увлечен.

Чеён не хотела прерывать его, когда Тэхён был в своей стихии, но она снова начала дрожать и не думала, что сможет уснуть без него теперь, когда ее сердце знало, каково это, когда он был рядом.

- Тэ, - простонала она, снова закрывая глаза и прижимаясь к рубашке, которую он на нее накинул.

- М-м?

- Возвращайся в кровать, мне холодно.

- Да, Ваше Высочество, - Чеён почти услышала улыбку в его голосе.

Спустя несколько минут Тэхён присоединился к ней. Удовлетворенная улыбка заиграла на губах принцессы, когда она прижалась к его теплой шее, положив руку на его обнаженную грудь. Ее кожа практические горела от тепла, где она касалась его. 

- Черт, Че, - простонал Тэхён, поднимая воротник ее ханбока.

Она неуверенно открыла глаза, взглянув на место, где спустился вырез, обнажив приличное декольте, несмотря на то, что Тэхён натянул ткань выше.

- Это твоя рубашка, - засмеялась принцесса, не имея сил натянуть ее дальше, - так что ты можешь винить себя.

Желая большего тепла, принцесса прижалась ближе, бессознательно прижимая свою приоткрытую грудь к его, и заставляя Тэхёна издать разочарованный вздох.

- Ты хоть представляешь, сколько самоконтроля нужно, чтобы не прижать тебя к этой кровати и не остановиться? - прошептал он ей на ухо, его низкий голос вызвал по всему телу принцессы сильную дрожь. Она широко распахнула глаза, в шоке уставившись на воина.

- Ты только что говорил со мной пошло? 

Тэхён засмеялся глубоким смехом.

- Милая, если бы я заговорил с тобой пошло, ты бы никогда не захотела вставать с этой кровати.

- Я сомневаюсь в этом, - Чеён закатила глаза, усмехнувшись.

Она не знала, что заставило ее произнести это. Словно она спрашивала, что случиться после.

Быстрым движением Тэхён перевернул ее на спину, переплетя их пальцы вместе, и прижав ее к тонкому матрасу, нависая над ней. Он смотрел на нее потемневшими глазами, от которых Чеён забыла как дышать. 

- Если бы я говорил с тобой пошло, я бы сказал, - прошептал он ей в ухо, высвободив свою руку и прикоснувшись к ее бедру, - что хочу, чтобы твои стройные ножки обхватили меня. 

Чеён могла слышать, как ее сердце быстро стучит в ушах, когда он проскользнул дразнящей рукой по ее ноге.

- Я бы сказал, что могу смотреть на твои двигающиеся бедра не уставая.

Это стало пыткой для нее. Чеён не могла мыслить и двигаться. Он трогал ее именно там, где хотел, и она проклинала себя за то, что была так бессильна рядом с ним. 

Переместившись к ее шее, его горячее дыхание обдувало ее кожу, вызывая сильное ощущение внизу живота, хотя его губы еще не касались ее. 

 - И может быть, я дам тебе знать, как хочу прижаться губами к каждому сантиметру твоей молочной кожи и увидеть, как она вспыхивает от моих прикосновений.

Дыхание Чеён стало прерывистым, губы пересохли, а в животе взрывались тысячи бабочек, пока она хваталась за каждое слово, как за спасательный круг. 

Его рука продолжала подниматься, пока пальцы не обхватили прядь ее длинных волос. 

- Или, - Тэхён опустил голову, чтобы шепнуть ей в губы, - я бы сказал о том, какие у тебя манящие губы, и поцеловал бы так сильно, что тебе не хватило бы воздуха. 

И когда она подумала, что Тэхён собирается наконец избавить ее от страданий и поцеловать, он ухмыльнулся и встал, оставив ее дрожащей и запыхавшейся. 

Ей потребовалось несколько минут, чтобы отдышаться и успокоить сердце. Но придя в себя, она оказалась в ярости.

- Встань с моей кровати, - Чеён бросила на него взгляд и оттолкнула, прежде чем повернуться к нему спиной. - Ты специально дразнишь.

Тэхён весело усмехнулся, снова обняв ее теплыми руками и нежно поцеловав в шею.

- Это моя кровать, малышка.

 - Тогда я встану, - пробормотала она, пытаясь вырваться из его рук, но Тэхён не сдвинулся с места. Он усмехнулся и подождал, пока ее попытки не прекратятся.

- Мы оба знаем, что без меня ты замерзнешь, Че. А теперь перестань утомлять себя и отдохни.

И он оказался прав. И как бы она не хотела ему уступать, ее тело уже предало ее и расслабилось. И прежде чем Чеён осознала это, она снова заснула в его руках.