ГЛАВА 61
Альбус Поттер приходил в тайник за зеркалом каждый раз, как хотел уединиться.
Ничего в этом месте больше не напоминало о том, что когда-то здесь обитал сам Король змей. Любимое бревно Безоара сгорело дотла. Клетка вновь стала частью доспехов, затерявшихся в недрах подземелья. Фонари переместились в библиотеку. Крысиные кости, кожа, что осталась после линьки, засохшая кровь, книги — все исчезло, не оставив и следа. Нотт об этом позаботился. Лишь запах согревающего зелья еще какое-то время напоминал Альбусу о случившемся, но и тот ощущался все менее отчетливо. В конце концов Альбус перестал его чувствовать вовсе. Чего нельзя было сказать о муках совести: они посещали Поттера регулярно. Альбус пытался заглушить их всеми доступными способами: зельями, изнурительными полетами на метле, сражениями — а если говорить точнее — поражениями — в дуэльном клубе, подготовкой к экзаменам без сна и отдыха, уединением. Видеть друзей Поттер не мог и не хотел. Благо они и сами не особо стремились искать его общества.
Регулус с момента их последнего разговора, состоявшегося здесь, в этом тайнике, сразу после заточения твари, так ни разу больше с ним и не заговорил. Скорпиус был слишком занят не то подготовкой к экзаменам, которые ему в этом году предстояло сдавать досрочно «по семейным обстоятельствам», не то проклятьями. Альбус уже не различал фолианты, за которыми прятался Малфой в попытках игнорировать его. Что до остальных...
Уитби на прошлой неделе положил перед Поттером во время завтрака экземпляр «Зелья на каждый день», сдержанно отметив, что их статью опубликовали и не проронив больше ни слова. Лиам, возмущенный реакцией Поттера на великолепную заметку о василиске, вновь начал подумывать о том, кому отдать место Альбуса в спальне. Сара, и раньше не особо любившая Поттера, теперь по какой-то причине ненавидела его. Испепеляющий взгляд когтевранки преследовал его повсюду. Да что там Сара? Поттер готов был поклясться, что даже лягушки, кошка и его собственная ящерица смотрят на него с осуждением.
Альбус ждал визита отца.
Он был уверен, что Поттер-старший явится в школу в тот же день, как только новости о «шуточном» василиске разнесутся по замку, а Джеймс напишет ему о том, что узнал. Альбус настолько убедил себя в этом, что даже предусмотрительно собрал вещи, подозревая, что в школе после всего случившегося он не задержится. Но Поттер-старший не ехал.
День, два, неделя... Альбус так устал изводить себя мучительным ожиданием, что, наконец, не выдержав, решился подкараулить брата у теплиц после занятий. Джеймс, к изумлению Альбуса, предложил ему прогуляться в Запретный лес. Собирался дождь.
Шли в тишине. Только когда замок остался далеко позади, а вдалеке замелькал стадион, Джеймс решился нарушить молчание, что Альбус бережно хранил, опасаясь начать разговор, ради которого сам же и пришел.
— Это опасно? — поинтересовался он, кивнув на прядь белесых волос, что ветер обнажил, растрепав значительно отросшие космы Альбуса. Поттер, помотав головой, поспешил скрыть прядь под остальными волосами. — Я слышал, что говорят о крысином проклятье и Малфое. Я, кажется, говорил тебе держаться от него подальше?
— Малфой тут ни при чем, — Альбус посмотрел по сторонам. Недалеко от хижины Хагрида виднелась тропа на знакомую поляну. — Я сам.
— Ну, конечно, — протянул Джеймс, ни на минуту не поверив его словам.
Молчание восстановилось. Сперва Поттеры повернули на тропу, ведущую к большому камню, и Альбус было задался вопросом, куда именно они направляются, но затем, когда они свернули с нее, он узнал маршрут. Джеймс вел его к тому самому месту, где в прошлом году Браун провел свой зловещий ритуал. Что он задумал?
— Лили писала мне, что дома все спокойно, — неуверенно начал Альбус, устав слушать угнетающий хруст веток под ногами. — У отца только прибавилось работы...
— Ты хочешь знать, почему я ему не написал о твоих делах? — усмехнулся Джеймс. Он с самого начала знал, что занимает мысли брата.
— Ты ему не написал? — искренне изумившись, Альбус остановился. Кто-кто а Джеймс не должен был упустить возможности так подставить его перед семьей. Прочитав это во взгляде младшего брата, Джеймс повторил:
— Не написал. В противном случае, он бы уже приехал.
— А профессор МакГонагалл...
— ... тоже ничего не знает, — Джеймс сделал несколько шагов вглубь чащи, вынудив Альбуса следовать за ним. — Ты ведь до сих пор учишься в школе?
Альбус ничего не ответил. Едва заметная улыбка тронула губы Джеймса. Альбус был уверен, что это не к добру.
— Твое исключение стало бы весьма громким событием, — продолжил Джеймс. — Альбус Поттер, змееуст, слизеринец исключен за выведение и содержание в замке василиска с целью... Я не знаю, — он хмыкнул. — Убийства маглорожденных? С кого ты планировал начать?
— Не собирался я никого убивать! — выпалил Альбус. — Я просто...
— Увлекся темной магией?
— Неважно, — Альбус стиснул губы. Не говорить же Джеймсу о том, что василиска он выводил для Малфоя.
— В любом случае, — протянул тот. — Нашей семье такие сенсации не нужны. Что до отца... Он наверняка бы убил василиска, как только узнал о случившемся.
Сердцебиение Альбуса участилось. Неужели Джеймс пожалел опасную тварь? Но... Конечно! Тайную комнату кто-то должен был открыть! Это наверняка был Джеймс! Значит, он говорит на парселтанге! Он общался с Безоаром! Он помог увести его в безопасное место!
— Но этого василиска должен убить я, — добавил Джеймс, оборвав поток мыслей Альбуса.
— Что? — Поттер был уверен, что что-то не расслышал. Зачем его брату убивать Безоара?
— Не думаешь же ты, что из-за тебя я буду подвергать замок опасности, — в ответ на вопросительный взгляд заключил Джеймс.
— Но Безоар неопасен, — Альбус вновь остановился. Заметив под ногами выжженную землю, он понял, что они пришли. — Ты же говорил с ним. Он никому не причинит вреда. Тем более теперь, когда он заперт в Тайной комнате.
— Василиск Слизерина тоже был заперт в Тайной комнате, — возразил Джеймс. — Я не собираюсь ждать, пока еще какой-нибудь психопат решит выпустить тварь на охоту.
— Ты не сможешь его убить, — Альбус помотал головой. С чего вообще ему волноваться? Джеймс не сможет добраться до василиска. Никто не сможет.
— Не сейчас, — согласился Джеймс. — Но думаю через год...
— Нет, — отрезал Альбус. — Даже не думай об этом. Безоар убьет тебя, если ты попробуешь навредить ему.
— Увидим, — Джеймс окинул взглядом округу. Альбус в очередной раз задумался о том, почему брат выбрал именно это место для разговора, однако дальнейшие его слова расставили все точки над «i». — Если ты не заметил, — протянул он, — я вечно разгребаю то, что заварил ты.
Альбус закатил глаза. «Ну, конечно! Куда без этого?»
— Я долго думал, что с тобой делать. И я мог бы прямо сейчас заставить тебя написать отцу. Уверен, он был бы рад перевести тебя в «Шармбатон», раз уж ты так хочешь. У меня бы стало куда меньше проблем. Однако, — продолжил Джеймс, перебив Альбуса, что уже открыл рот, чтобы возразить. — Этого я делать тоже не собираюсь.
— И почему же?
Вместо ответа Джеймс пошарил в сумке и извлек из нее письмо. От Лили. Альбус с первых строк узнал ее почерк. Он посмотрел на брата. Неужели тот ей все рассказал?
Нет. Из первых строк письма стало ясно, что Лили ничего не известно. Она писала о своих опасениях, связанных с тем, что Альбус уже пару недель не отвечал на письма. Поттеру стало не по себе от ее взволнованного тона, и он ощутил вину. Наверное, он в самом деле слишком ушел в себя.
— Я ее не игнорировал, — попытался оправдаться Альбус. — Просто я...
— Мне все равно, — Джеймс забрал письмо и закинул его обратно. — А ей нет. Если ты уедешь, то...
— То что? Не говори только, что ты передумал, потому что Лили это расстроит?
— То за тобой будет сложно присматривать, — ответил Джеймс. — И одному Мерлину известно, во что еще ты ввяжешься.
— Я не...
— Теперь я буду контролировать каждый твой шаг, — продолжал Джеймс. Он посмотрел на сумку Поттера, а затем, поведя рукой по воздуху, добавил: — Отдай-ка мне карту.
Альбус не пошевелился. Он был уверен, что Джеймс сейчас вытащит палочку, начнет ему угрожать, и уже приготовил свою, чтобы отбиваться, но что-то пошло не так. Джеймсу хватило и взгляда. Альбус вдруг отчетливо увидел в его глазах всё, что ожидает его в случае неподчинения: исключение Малфоя за использование темной магии, немедленное убийство василиска, ссылка во Францию (а может и в Азкабан), разговор с отцом.
Поттер сдался добровольно. В конце концов, карта Мародеров была не самой дорогой ценой за молчание.
Тихий стук, а после и звук отодвигающегося зеркала отвлекли Альбуса от мыслей о брате и вернули обратно в тайник. Спешно спрятав в сумку сжатый в руке конверт, Альбус встал и, пощурив взгляд, посмотрел в сторону открывшегося прохода. Не так много человек могло похвастаться доступом сюда, а потому он не без любопытства оглядывал появившуюся фигуру. Вошедшим оказался Скорпиус Малфой.
Задвинув за собой зеркало, Скорпиус посветил волшебной палочкой вокруг и, обнаружив Поттера, двинулся к нему. Альбус вновь занял свое место на полу.
— Тут довольно темно для подготовки к экзаменам, — неуверенно проговорил Скорпиус, заметив учебники, лежащие перед Поттером. Трансфигурация, травология и астрономия: странный набор.
— Зато никто не мешает, — Альбус взял в руки пособие по травологии, стряхнув с него удобно устроившегося паука.
— Я просто хотел сказать, что профессор Слизнорт достал омут памяти, — продолжил Скорпиус, проводив взглядом насекомое. — Сегодня вечером я смогу наконец посмотреть воспоминание.
Альбус кивнул. Он опустил взгляд в книгу, и Скорпиус осторожно добавил:
— Я подумал, что ты захочешь пойти со мной.
— Зачем? — Альбус искренне старался сделать вид, что освещенные тусклым светом палочки страницы вполне читаемы.
— Разве тебе неинтересно?
— Это дела твоей семьи, — произнес Поттер. — Не думаю, что вмешиваться будет уместно.
— Но...
— Ты расскажешь мне то, что сочтешь нужным.
Скорпиус сел возле друга. Заглянув в книгу, он обнаружил, что разворот ее посвящен абиссинской смоковнице, о которой Поттер знал едва ли не больше, чем авторы самого учебника. Попытка Альбуса сделать вид, что он что-то учит, успешно провалилась.
— Когда ты уезжаешь? — Поттер отложил книгу в сторону и взглянул на Малфоя, что принялся пролистывать лежащие неподалеку от Альбуса конспекты. Разумеется, они были далеки от совершенства.
— Завтра последний экзамен, — ответил Скорпиус, потянувшись к своей сумке за записями. — А после — уезжаю. Результаты мне пришлют уже домой.
— Уверен, это будут сплошные «Превосходно», — сказал Альбус, взглянув на стопку пергаментов, что Малфой протянул ему. Типичные конспекты отличника.
— Я бы не был так уверен, — пожал плечами Малфой. — Мое эссе по истории магии...
— Да, да, да, — закатил глаза Альбус. — Можно было бы дополнить еще десятком крайне важных фактов, о которых ты прочитал только вчера.
Скорпиус приподнял бровь, и Альбус вздохнул.
— Просто отпишись потом, как все прошло, — пробормотал он. — Я буду волноваться.
— Обязательно, — Скорпиус поднялся. Заметив, что Альбус все еще смотрит на него вместо того, чтобы тщательно изучать конспекты, он добавил: — Дойду до библиотеки. Захвачу пару фонарей. Заниматься при свете волшебной палочки не очень удобно.
— Ты не должен...
— ... рассказывать тебе о фактах, которые я прочитал только вчера? Уверен, твое эссе по истории магии мы еще можем спасти. К тому же, — добавил Скорпиус, немного подумав. — Я нашел в Запретной секции несколько книг по снятию защитных чар. Думаю, нам стоит их просмотреть.
***
Регулус Нотт вот уже пару недель как проводил каждый свой вечер в коридоре Одноглазой ведьмы. Большое ведро, воду в котором приходилось менять вручную, моющие средства, тряпка и алые буквы на стене, гласившие «... ЕПЕЩИТЕ ВРАГИ НАСЛЕДНИКА» — вот то, что сопровождало его досуг, а точнее — наказание. Абсолютно незаслуженное наказание! Но что поделать... Кто-то сообщил профессору Слизнорту о том, что именно Регулус организовал розыгрыш с огромной змеей и надписями на стенах, в связи с чем было решено проверить его волшебную палочку заклинанием «Приори Инкантатем» и — о чудо! — все сошлось. Призыв змей, увеличивающее заклинание, краска, и даже заклинание приклеивания одно за другим проявились, свидетельствуя против хозяина палочки. Повезло еще, что банальными оглушающими чарами Регулус не пользовался довольно давно, иначе среди прочего его бы еще обвинили в нападении на преподавателя. В таком случае одной тряпкой с ведром дело бы не ограничилось.
Самое обидное было — лишиться палочки. Разделаться с этой надписью при помощи волшебства было бы совсем не сложно, а вот без нее — только воду переводить да краску размазывать. Впрочем, в том вероятно и была суть наказания.
Регулус, правда, не особо старался. Почти медитативно водя мокрой тряпкой по стене одной рукой, другой он обычно пролистывал учебник или очередное пособие. В теории, это должно было запечатлеть в его памяти хоть какие-то определения и даты к экзамену, на практике же — Нотт постоянно отвлекался на посторонние мысли. Ссора с Поттером до сих пор не шла у него из головы.
***
— Немедленно открой Тайную комнату!
Регулус столкнулся с Альбусом в тайнике за зеркалом почти сразу после того, как ему удалось выбраться из кладовки. Домовик, не явившийся на его зов, ограничился брошенной неподалеку запиской: «Тварь в комнате. Карта и ваши вещи в тайнике. Не забудьте прибраться». За тем Регулус и пришел. Нужно было замести следы.
— Вот, Поттер, держи, — Нотт бросил появившемуся на пороге слизеринцу часть доспеха, что еще пару минут назад был прутьями от клетки жабы. — Это нужно унести обратно в подземелье.
Альбус раздраженно пнул железку обратно.
— Ты меня слышал? — повторил он. — Сними чары! Я должен поговорить с Безоаром!
— Не думаю, что это хорошая мысль, — ответил Нотт, кивая Альбусу на крысиные кости, сваленные в углу, намекая, что неплохо было бы их убрать. — К тому же... Я сразу предупреждал, что так все и кончится. Скажи спасибо, что тварь осталась жива. И все остальные, кстати, тоже. Тебе очень повезло.
— Я не спрашиваю твоего совета, — прошипел Поттер, не двигаясь с места. — Я все решил. Мне нужно спуститься в Тайную комнату и все объяснить Безоару, иначе...
— Иначе что? — усмехнулся Нотт, заметив, что рука Поттера потянулась в карман. — Будешь мне угрожать?
— Иначе, — пробормотал Поттер, рука которого, вопреки предположениям Регулуса, нащупала в кармане не палочку, а крошечный безоар. — Я себе этого не прощу.
Регулус промолчал. Отложив уменьшенные им ветки в сторону, он сделал несколько шагов и, опустившись на бревно, взглянул на Поттера: злость уступила место отчаянию, и Альбус закрыл глаза.
— Он все это время мог покинуть тайник, — продолжал Альбус. — Но он не делал этого, потому что я сказал, что снаружи опасно. Понимаешь? Он доверял мне! Я даже не понимал насколько! А я его предал. Как мне теперь с этим жить?
— Мы спасли его, — возразил Регулус. — Здесь его бы ждала смерть. И ты это знаешь. Его место в Тайной комнате.
— Но не взаперти! И не в одиночестве! — настаивал Поттер. — Ты хоть представляешь, каково ему там? — Альбус опустил голову. — Я даже не успел попрощаться.
— У него в любой момент может появится убийственный взгляд! — напомнил Нотт. — Тебе не стоит...
— Уитби сказал, что убийственный взгляд у него уже появился, — Альбус обеспокоенно посмотрел на Нотта. Неужели когтевранец ему соврал? — Поэтому вы и...
Регулус изменился в лице.
— И ты еще хочешь с ним попрощаться? — вскрикнул он. — Ты в своем уме, Поттер? Или проклятье Малфоя, окончательно вышибло из тебя мозги?
— Я же не собираюсь его выпускать! — повысил голос Альбус. — Только объяснить ему все! Поговорить. В конце концов, от того, что я буду его навещать, никому хуже не станет.
— Ага, — язвительно протянул Нотт. — Один случайный взгляд — и ты труп!
— Я мог умереть в любой момент, — Альбус отвернулся и заметил среди груды крысиных костей знакомый пергамент. Он сделал пару шагов по направлению к нему. — Но я все еще здесь!
— Как насчет способностей василиска к легилименции? — поинтересовался Нотт, поднимаясь. — Что если он убедит тебя выпустить его на свободу? Ты подумал об остальных? Один раз ты уже позволил этой твари выйти из клетки!
Альбус ничего не ответил. Он впился взглядом в пергамент, что представлял из себя подробное описание василиска, некогда продиктованное им Уитби.
«Самец василиска появился на свет двадцать четвертого декабря две тысячи восемнадцатого года около шести часов пополудни...»
— Скрыл тот факт, что василиск стал неуязвимым!
«...Детеныш змеи не превышает трех футов в длину. Имеет черные глаза. Тело покрыто чешуйчатой кожей...»
— Умалчивал о его настоящих размерах!
«...Чешуя мелкая, полупрозрачная, зеленых оттенков. Крупнее на туловище. Хвост короткий, заострённый...»
— Может быть, тварь уже подчинила себе твой разум!
«...На голове небольшой хохолок (около двух дюймов) алого цвета. Пара клыков на подвижной верхней челюсти...»
— Хотя кого я обманываю? Какой там разум?
«...Тварь идет на контакт и не проявляет агрессии», — едва Альбус успел дочитать последние слова, пламя поглотило пергамент, и он был вынужден его отпустить. Уже в следующее мгновение от записей Уитби осталась лишь горсть пепла на каменном полу. Такая же судьба постигла и рисунок с изображением василиска.
— Я и не думал, что ты такой трус, — пробормотал Альбус, разворачиваясь в сторону выхода. Находиться сейчас здесь у него не было никакого желания.
Регулус направил палочку Поттеру в спину.
— Я не могу снять защитные чары, — произнес он. — А даже если бы и мог, то не стал бы! Потому что это — безумие!
***
— Ты сегодня задержался, — заметил Нотт, когда Малфой появился в коридоре Одноглазой ведьмы. Бросив тряпку в ведро, Регулус потянулся и лениво оглядел результат своих трудов. Стена определенно стала... мокрее.
— Был у Слизнорта, — Скорпиус направил палочку на букву «Е», и та, исчезнув, оставила на месте себя едва заметные разводы. — Уверен, что нам не стоит стирать хотя бы по паре букв в день?
— Абсолютно, — Регулус кивнул. — Я наказан до конца года, так зачем торопиться? — добавив это, он засунул руку в карман и натянул на палец фамильный перстень Ноттов. Малфой любезно вернул его ему после инцидента с василиском.
— Слизнорт заметит, если надпись пропадет слишком быстро?
— Слизнорт заметит, если надпись пропадет слишком быстро, — согласился Нотт. Малфой испачкал тряпку и немного подкрасил воду. Теперь они, во всяком случае, выглядели так, как будто их использовали.
— И когда ты сможешь посмотреть воспоминание? — поинтересовался Нотт.
— Скоро, — неуверенно произнес Малфой. — Декан даст мне знать, когда Омут памяти будет у него.
***
Джордж Уитби писал картину. Ему очень хотелось изобразить василиска, пока время не стерло в памяти детали, но делать это сейчас могло быть небезопасно, и он остановил свое внимание на Запретном лесу. Именно туда Безоар так хотел попасть, выбравшись на свободу, а потому Джордж решил почтить память змеи мрачным ночным пейзажем. Использование ярких красок на холсте виделось ему сейчас почти кощунством.
Неуместным Уитби казалось и посещение матча. Всего через каких-то два дня должна была состояться игра между Пуффендуем и Когтевраном, в которой у последнего были все шансы сделаться чемпионом школы, но Уитби не желал на нее идти. Атмосфера всеобщего веселья и радости, переживаний за то, что не имело никакого смысла, нисколько его не прельщали. Да и Сара наверняка не желала видеть его в числе болельщиков. А он не желал видеть ее.
***
— Думаешь, тебе все сойдет с рук? — Сара ворвалась в спальню мальчиков, едва Уитби в нее вернулся. Разбитый столь внезапным и негуманным заточением василиска, он дольше, чем следовало бы, оставался в туалете. Покинул его Уитби только тогда, когда вернувшаяся в свою обитель Плакса Миртл начала приставать к нему с расспросами.
— Я не в настроении говорить, — Уитби сел за стол. Он надеялся, что выяснение отношений Сара отложит хотя бы на день, но та, судя по всему, поджидала его возвращения в гостиной.
— Я знаю, что видела! — МакГроу раздраженно стукнула по столу и бросила на него газету. — А это, — кивнула она на статью, — ваших рук дело!
Уитби нехотя перевел взгляд на разворот. Огромная фотография увеличенной змеи с петушиными перьями красовалась под заголовком: «Пасхальный змей — детский розыгрыш или продуманная провокация?». Сам текст статьи состоял преимущественно из показаний очевидцев. Джордж лишь краем глаза пробежал по некоторым из них.
«Очевидно, что все идет со Слизерина, — делилась с редакцией своими предположениями гриффиндорка Харриэт Криви. — Змеи, маглорожденные, Слизерин... Ну вы знаете. К тому же, говорят, он выполз из подземелья...».
«Уверена, это все проделки «Рулетки» Гриффиндора», — опровергала какие-либо обвинения в адрес Слизерина Силестина Уорингтон, староста факультета. — Участников этой незарегистрированной организации видели принимающими непосредственное участие в охоте на змею. Что касается надписей, то они могут быть лишь частью постановки».
«Администрация школы пока не дает комментариев, — Уитби опустил взгляд вниз страницы. — Но из надежных источников нам стало известно, что уже есть подозреваемый».
— Знаешь, я тоже здорово испугался и принял эту тварь за настоящего василиска, — пробормотал Джордж, закончив знакомство со статьей и немного подумав. — Я ведь видел ее совсем недолго...
— Ты издеваешься? — Сара схватила газету и, скомкав, бросила ее в мусорное ведро. — Я отлично разглядела тварь! Она укусила меня! Ты сам говорил, что дал мне противоядие! А потом напал на меня и... Надо было сразу рассказать все про тебя преподавателям.
— Ты же знаешь, что василиски обладают убийственным взглядом? — спросил Джордж, обеспокоенно взглянув на подругу. — Если бы это был настоящий василиск, то мы бы с тобой были уже мертвы.
— Да, но...
— И я дал тебе лишь зелье заживления ран, — продолжил он. — Змей оцарапал тебя, когда ты на него напала и только.
— Но ты сам говорил...
— Что? — Уитби выглядел сбитым с толку. — Что это василиск? Он был похож на мой рисунок. Должно быть, кто-то видел его и ...
— Хватит врать! — голос Сары дрогнул. Уитби заметил, что ее глаза заблестели от подступивших слез. — Я знаю, что видела. И знаю, чем настоящий василиск отличается от газетного. У твоего василиска сползала кожа! Ты не можешь держать тварь класса ХХХХХ в замке!
«Могу», — подумал Уитби. Вслух он не сказал ничего.
— Я докажу, что права, — продолжала МакГроу. Вытерев глаза рукавом, она сурово стиснула губы.
— Не уверен, что тебе стоит идти к преподавателям, — Уитби покосился в сторону газеты. — Думаю, у них подобных историй хватает.
— Я не пойду, — Сара вскинула голову. — Во всяком случае, пока не найду твоего василиска, — она полезла в сумку и извлекла из нее то, что заставило Джорджа попридержать следующую порцию возражений — образец кожи Безоара.
— Я нашла это в коридоре, — произнесла она, протягивая Уитби образец. — После того, как ты убежал. И, думаю, этого бы уже хватило, чтобы доказать существование твоей твари.
— Оставь это. Тебе правда не стоит искать василиска, — признав поражение, Джордж переменил тон. — Он никому не навредит. Я обещаю.
— Опасным тварям не место в замке, — повторила Сара тоном, больше подходящим директору школы, нежели двенадцатилетней девочке. — Мне жаль, что вы с Поттером этого не понимаете.
***
Когда картина была закончена, а за окном совсем стемнело, Уитби решил пройтись. Отчасти его желание было связано с соседями по комнате, что, завершив ежедневный ритуал подготовки к экзаменам, вспомнили о нем. Мэтью в очередной раз поднял тему затянувшейся ссоры Джорджа и Сары. О причинах конфликта он не знал, но догадывался, со слов последней, что она как-то связана с увлечениями Уитби. Джордж в свою очередь утверждал, что он просто неудачно пошутил.
Сбежав от очередного бессмысленного разговора, Уитби направился на пустой стадион. Собирался дождь, а он еще рассчитывал немного почитать перед отбоем. В конце концов, экзамены в этом году никто не отменял.
На подходе к стадиону Уитби случайно столкнулся с Джеймсом Поттером, что, к его немалому удивлению, шел со стороны Запретного леса. В руках Джеймс сжимал знакомый пергамент — карту Альбуса. Заметив когтевранца, что собирался пройти мимо, Джеймс притормозил.
— Что ты здесь делаешь? — спросил он, впившись взглядом в первокурсника.
— Гуляю, — неуверенно ответил Уитби, отметив взволнованный вид собеседника. Он посмотрел по сторонам. Что Поттер тут забыл в такое время?
— Скоро отбой, — произнес Джеймс. — Возвращайся в замок. Нечего слоняться без дела.
— Я только... — Уитби остановил взгляд. На мгновение ему показалось, что он заметил у Запретного леса знакомый силуэт. Джеймс схватил его за локоть и довольно резко развернул.
— И чтоб я тебя не видел больше рядом с моим братом, — произнес он, как следует тряхнув когтевранца. Уитби опешил от столь неожиданного акта агрессии.
— Вообще-то, я очень сильно вам помог, — сдержанно проговорил он, попытавшись высвободится. — Банального «спасибо» было бы вполне достаточно.
— Себе ты помог, — фыркнул Джеймс, отпустив и одновременно с этим оттолкнув Уитби. Когтевранец, хоть и едва удержался на ногах, постарался сохранить невозмутимый вид. — Отложить на время срок в Азкабане за выведение запрещенной твари. Но если продолжишь в это лезть, я тебе его гарантирую.
***
Сидя в Большом зале за столом Слизерина, Скорпиус Малфой с нетерпением ждал письма от отца. То и дело поглядывая в сторону Альбуса, расположившегося в другой части стола, он думал. Думал подойти. Но затем вспоминал взгляд, которым Поттер наградил его в туалете Миртл. Взгляд, полный разочарования. Скорпиус его не осуждал. Именно из-за него случилось то, что случилось, и даже больше. Седина, время от времени пробивающаяся из-под спутанных черных волос Поттера, также была его рук делом. А самое ужасное состояло в том, что Малфой понятия не имел, как от нее избавиться. Все это время он штудировал пособия по проклятьям в поисках ответов и ставил эксперименты на крысах. Состриженные волосы — вновь отрастали, из-под краски седина проступала через пару часов. Попытка снятия спонтанного проклятья, согласно информации, что Малфою удалось отыскать, имела минимальные шансы на успех и была сопряжена с огромными рисками. В лучшем случае Скорпиус мог оставить друга совсем без волос, в худшем... Об этом и думать не стоило. Профессор Слизнорт убедил Скорпиуса в том, что лучшим выходом для них с Поттером будет не предпринимать ничего. Малфой не знал, как сообщить об этом другу.
— Скорпиус, — услышал обращенный к нему шепот Малфой. — Ты не знаешь, что случилось с Альбусом?
Малфой повернулся и обнаружил, что голос, который он сперва даже не узнал, принадлежал Аннабель Принц.
— Наверное, он очень сильно испугался змеи, — засмеялась Бёрк, смутив и без того взволнованную Принц.
— Не говори глупостей, — вступилась Амбридж. — Альбус — змееуст. Он не боится змей.
— И что, по-твоему, тогда с ним случилось? — скривив губы, протянула Лита.
— А вы разве не слышали? — Малфой вновь посмотрел на Поттера и заметил Уитби, оставившего возле него какой-то журнал. Уже в следующее мгновение когтевранец испарился.
— Что не слышали? — почти возмущенная тем фактом, что она может что-то не знать, уточнила Лита. Бёрк изучала Малфоя почти с любопытством.
— Я проклят, — ответил Скорпиус. — И любой, кто заговорит со мной — поседеет, — он опустил взгляд на часы. — Альбус говорил со мной слишком много.
Этой фразы было вполне достаточно для того, чтобы присутствующие оставили Малфоя в покое. Лита и Элизабет, молча закончив трапезу, вышли, а Амбридж и Принц принялись перешептываться между собой.
Наконец пришла почта.
Письмо из дома оказалось вполне оптимистичным. Мистер Малфой писал о подготовке к ритуалу снятия проклятья, что, судя по его расчетам, можно было провести уже в конце этого месяца. Миссис Малфой сообщала о хорошем самочувствии и готовности вернуться в Гринграсс Хиллс, чтобы в очередной раз злоупотребить гостеприимством сестры. Также, родители подтверждали и то, что Скорпиус уже знал: директор МакГонагалл в этом году позволила ему досрочно сдать экзамены.
Скорпиус в очередной раз обратил внимание на Альбуса. Поттеру тоже пришло письмо и, судя по тому, с каким выражением лица он смотрел на еще неоткрытый конверт, ничего хорошего он не ожидал в нем увидеть.
— Думаю, тебе стоит с этим ознакомиться, — потеснив сидящую возле Малфоя Амбридж, Нотт, еще недавно завтракавший в другой части стола, занял место рядом. Он положил перед Малфоем свежий выпуск «Пророка». Скорпиус был так увлечен изучением писем из дома, что даже не заметил его пропажу.
— Что там? — поинтересовался он. Фотография отца, расположившаяся рядом с небольшой заметкой, тут же заставила сердце Малфоя биться быстрее. Что опять случилось?
«Тайны наитемнейших искусств», — гласил заголовок статьи. Скорпиус жадно принялся поглощать каждое ее слово.
«Драко Люциус Малфой, в прошлом Пожиратель Смерти, представит на Международной Конференции Волшебников доклад в секции «Темные искусства». Тема доклада не раскрывается, но, по не подтвержденной информации, он будет связан с областью магии, запрещенной Министерством магии Великобритании. На вопрос о том, как данное выступление согласуется с действующим законодательством, нам попытался ответить мистер МакЛагген, глава Отдела магического законодательства.
— В послевоенное время информация, связанная с деятельностью Темного Лорда, в самом деле находилась под жестким контролем Министерства. Особенно это касалось его изысканий в области темной магии и их практического применения, — сообщает мистер МакЛагген. — Однако, Министерство понимает необходимость шагать в ногу со временем и не видит больше причин для поддержания подобной секретности. Консервативность в данном вопросе уже привела к тому, что в некоторых областях магической науки Великобритания значительно уступает таким странам, как Болгария и Франция. Сейчас мы обсуждаем этот вопрос на высшем уровне в Министерстве. Что касается мистера Малфоя, то ему были предоставлены все необходимые разрешения на исследования в данной области нашим Отделом, Отделом экспериментальной магии и Отделением магической этики.
Министр магии г-жа Грейнджер отказалась от комментариев по данному вопросу.
Напомним, что XXVI Ежегодная Международная Конференция Волшебников «Будущее магической науки» состоится пятнадцатого июня в Париже».