часть 20
Солнце. В этот раз я проснулась благодаря солнцу. Было ощущение, что оно не только там, за окном, оно рядом со мной, я чувствую его тепло. Первое, что я увидела, это солнечные зайчики, прыгающие по стенам и полу, одни отплясывали свои незамысловатые танцы, другие медленно ползали, притягивай к себе взгляд. Но рядом со мной лежало мое собственное солнце. И зря его называют Зимним солдатом, никакой он не зимний и совсем не холодный, очень даже наоборот. И это тепло согревает не только тело, но и душу.
Он обнимал меня за талию левой рукой, пальцы которой были до сих пор сомкнуты на моем запястье, тихо сопел куда-то в макушку, и от этого становилось так хорошо, так уютно и по-домашнему. Я медленно повернулась, оказываясь с ним лицом к лицу. Сейчас он не был похож на убийцу, на легендарного Зимнего солдата, на его лице не было выражения той привычной злобы или раздражения, уголки его губ были приподняты, слегка подрагивали длинные ресницы, наверное, ему снился хороший сон. Я подняла руку и невесомо коснулась его спутанных, но таких мягких волос. Один из зайчиков скользнул по одеялу и пробежался по его лицу, отчего он забавно поморщился и приоткрыл глаза, столкнувшись со мной взглядом.
-Доброе утро,- хриплым ото сна голосом прошептал он.
-Доброе утро,- и я снова закрыла глаза, прижимаясь ближе к нему, касаясь носом груди, чувствуя его тепло,- как ты?
-Впервые за несколько лет мне приснился хороший сон, представляешь? Я никого не убивал, ни от кого не убегал, просто... Не помню, что там было, помню, что было хорошо. Кажется, там была ты,- он усмехнулся, погладив меня по волосам,- а может он все еще продолжается? -Нет, просто из своих снов ты перенесся в мои мечты, Джеймс... -Баки.
-Баки... Я люблю тебя. Но последнюю фразу он не услышал, потому что в следующую секунду прогремел взрыв. Сначала раздался оглушительный грохот, а потом все здание будто бы встряхнули, с потолка посыпались куски штукатурки, по стенам тут же поползли трещины, с громким звоном повылетали стекла. Я вскрикнула и инстинктивно закрыла голову руками.
-Вставай, живо,- услышала я тихий ровный голос Баки у себя над ухом.
А потом началось, как будто в дешевом триллере все вокруг трещало и рушилось, по полу тоже пошли трещины, с потолка уже стали сыпаться куски бетона, открывая вид на металлические штыри, держащей всю эту нелегкую конструкцию. Мы вскочили с кровати, не говоря не слова, Джеймс сунул мне сумку и выволок за дверь.
Искрили лампы, прямо под ногами пол расходился в разные стороны, огромная трещина прорезала стену за нашими спинами, и дверь со знаком Гидры и именем Джеймса рухнула. Я видела, как пол в комнате разъехался, как покачнулся шкаф и посыпались бутылки, разбиваясь вдребезги, как грохнулся компьютер, покатились темные кресла, в которых мы еще совсем недавно сидели.
-Не могу на это смотреть,- пробурчал Бак и мы рванули вперед. В коридоре сновали люди, кто-то пытался захватить свои вещи, бумаги, кто-то бежал с пустыми руками, но все они неслись в одном направление, видимо, их тут уже выдрессировали по поводу, что делать в данной ситуации. Но когда мы уже добрались до лестницы, прогремел второй взрыв, только уже намного ближе.
Нас отбросило волной, и на секунду я потеряла сознание, а когда очнулась, поняла, что никто уже не держит меня за руку. И еще поняла, что лежу на осколках стекла, а за мной выбитое окно во всю стену, то есть отлети я на метр подальше, я бы сорвалась вниз. И тут снова грохнуло, а я увидела, как напротив меня по стене прошла трещина, и она начала разъезжаться пополам. Здание начало наклоняться. Паника пришла, когда я поняла, что съезжаю назад, скользя руками по полу, а сзади меня ждут двадцать три этажа полета! Наверное, это называется адреналин, но мне хватило пары секунд, чтобы вскочить на ноги и со всех сил броситься вперед, хвастаясь за первый попавшийся уступ. Чуть поодаль я заметила лестницу вниз и рванула туда. Вокруг все рушилось, люди кричали и падали, летела мебель и бетон, а я бежала вперед, ища глазами Баки. Я не могу его потерять, только не теперь. Когда я подбежала к лестнице, то почувствовала, как кто-то схватил меня за плечи и резко отдернул назад. Прямо под ноги приземлился кусок потолка. Я обернулась, это был он.
-Все хорошо?!- крикнул Джеймс, испуганно глядя на меня. Это я должна спрашивать, это у него лоб разбит и плечо в крови!
-Да, бежим!
И мы побежали, двадцать три этажа вниз по лестнице, мы спотыкались, падали, разбивали руки и ноги, вставали и бежали дальше. Внизу царил хаос, когда мы оказались в холле, я увидела Пирса в сопровождение нескольких агентов, он так же удирал со всех ног в направлении выхода. Третий взрыв, и тут здание начало падать, проседать под собственным весом. Как в фильмах ужасов потолок начал быстро приближаться, искрила электроника, окончательно разваливались стены, вылетали железные сваи, Гидра погибала, и ее предсмертным криком был этот грохот. В последнюю секунду мы успели выскочить на улицу, за спиной все гремело, но я не оборачивалась, просто изо всех сил бежала вперед. Летели камни, звенело стекло, кричали люди, я позволила себе взглянуть назад, и увидело, что здание как будто уходило под землю, становясь все ниже и ниже. Потом меня снова схватили за руку, утаскивая куда-то в сторону, а дальше я не видела уже ничего, просто пыталась не упасть и прикладывала последние силы, чтобы успеть за Баки. Когда мы остановились, я просто рухнула на землю и потеряла сознание.
- Таня! Таня!!! Вставай!!!- я резко открыла глаза, и села, ударившись обо что то головой. Мир перед глазами закружился в сумасшедшем калейдоскопе, вспыхивая то белыми, то алыми пятнами,- эй, прием! Очнись! Медленно начали проступать очертания, и я увидела Джеймса, сидящего на коленях рядом со мной и почему то держащегося за голову. Это я об него что ли стукнулась?
-Что случилось?- спросила я первое, пришедшее в голову. -Вкратце, мы чуть не погибли. Как ты себя чувствуешь?
-Жить буду,- он облегченно выдохнул и прижал меня к себе,- а ты?
-Все хорошо...
-Таня!- я резко обернулась, к нам приближалась Эми. Она держалась за руку чуть выше локтя, ее лицо было в пыли, но она все равно улыбалась, за ней шла Лиз, прихрамывая на правую ногу. Девушка присела рядом с нами и крепко обняла меня, потом к нам присоединилась и Элизабет.
Вокруг собирались выжившие, кто-то был сильно ранен, кто-то отделался лишь парой царапин, невдалеке я заметила Пирса, он стоял, невидящими взглядом глядя вперед, где еще недавно возвышалось огромное здание, а теперь дымились обугленные обломки. Впервые я видел такое выражение на его лице, и на какую-то секунду мне даже стало его жалко, ведь он только что потерял все, что у него было, а ему самому лишь чудом удалось спастись. В паре метров от нас на бордюре сидел Гроу, перематывая снятой футболкой рану на ноге, еще чуть поодаль топтался Брок, он выглядел совсем потерянным, озирался по сторонам, но не находил ничего кроме таких же испуганных лиц. И в этот момент я была рада видеть их, знать, что они выжили, что им удалось спастись. Джеймс коротко выдохнул и направился к Пирсу, я видела, как он пытался ему что-то втолковать, но тот лишь переводил на него пустой взгляд, не произнося в ответ ни слова.
-Что же нам теперь делать,- прошептала Лиз, переводя взгляд с нас на место, где раньше стоял офис,- все материалы, все оборудование, вся информация, все погибло. У нас ничего не осталось... Я понимала, они только что потеряли свой дом, все, чем они дорожили, их жизнь превратилась в руины вместе с этим зданием, и если мне еще есть, куда пойти, то они оказались вышвырнуты на улицу, без надежды вернуть то, что потеряли.
- Внимание! Все послушайте меня!- Баки взобрался на валявшийся рядом камень, чтобы казаться выше, и громко произнес,- я понимаю, что мы все только что потеряли все, что у нас было, и всем нам сейчас хочется упасть на колени и жалеть себя любимых, но... сюда скоро приедет полиция, найдет нас, и мы все загремим в лучшем случае за решетку, поэтому предлагаю сейчас взять себя в руки, рассесться по машинам и уехать отсюда подальше. Я знаю одно место, где нас не смогут найти. Я отвезу вас туда. Быстрее. Все за мной. Мы направились в Нью-Джерси, в заброшенный лагерь Лихай, принадлежащий раньше Гидре, но разрушенный во время Второй Мировой. Из всего офиса нас уцелело девяносто три человека, некоторые были тяжело ранены, Пирс приказал оставить их на милость властям, но предупредил, что если что-то вскроется, их убьют, так что в конечном счете нас осталось чуть больше пятидесяти. Нам повезло, и на парковке осталась пара относительно целых грузовиков, на которых мы и уехали.
Мыслей не было, лишь обрывки воспоминаний: стеклянный лифт, знаки на дверях, огромный тренажерный зал, мягкие кожаные кресла, стол из темного дерева, полки с алкоголем и офигенный вид ночного города с крыши. То, как Джеймс обнимал меня за талию, как хрипло смеялся, как солнечные зайчики прыгали по его лицу, как мне было тепло. А сейчас на улице валил снег, и я сидела, закутавшись в его кожаную куртку, которую ему чудом удалось спасти, а из всей одежды на мне были лишь легкие джинсы, майка без рукавов и кеды. Сбоку ко мне прижималась Эмили, в руках она сжимала мобильник и фотографию, где мы были все вместе: она, Алиса, Эрик, я и Лиз. В самом углу расположился Брок, он сидел, притянув к себе колени, и дул на замерзшие пальцы, Лиз куталась в старый дырявый плащ, накинув его на голову, так, что был виден один нос. Все молчали, внутри пахло гарью, было пыльно и грязно, грузовик то и дело подбрасывало, мы неслись, не снижая скорости. На середине пути я уснула, а когда проснулась, был уже вечер, стало еще холоднее, а через дыры в обшивке иногда мелькал свет фонарей. Пальцы на руках сгибались с трудом, спина болела, казалось, еще чуть-чуть и я превращусь в один большой кусок льда, даже появились мысли, что лучше бы я погибла под обломками, чем сейчас мерзла здесь. Но минут через десять машина остановилась, двери открылись, и внутрь пробрался Джеймс. Нас будили, поднимали на ноги и выпроваживали прочь к железному забору с колючей проволокой.
- Эй, ты как?- Баки подошел ко мне, коснулся моих волос, провел пальцами по щеке, я не почувствовала это, просто увидела,- у тебя губы синие, как у трупа,- он попытался улыбнуться, но я видела, как ему больно это делать, больно смотреть на все происходящее и понимать, что он не может сделать ничего.
-Не парься, я живее всех живых,- жалкая попытка придать голосу бодрости обернулась тем, что последние слова я прошептала, не в силах говорить громче. Как будто внутри все тоже замерзло, и слова превращались в лед прежде, чем я успевала их произнести.
-Прости меня...
-Тебе не за что просить прощения. Ты ни в чем не виноват, все кто погиб, погибли не из-за тебя...
-Да мне плевать на всех! Ты единственный дорогой мне человек во всем этом сумасшедшем мире, а я даже не могу тебе помочь!- он кричал, но это больше походило на хрип, его тоже била крупная дрожь, он стоял передо мной в одной майке и у него на плечах лежали снежинки. Они не таяли,- скажи, я могу для тебя хоть что-нибудь сделать? -Можешь. Можешь пойти туда и помочь остальным, можешь найти какую-нибудь одежду и спички, а еще можешь достать и закатать в бетон ту тварь, из-за которой мы потеряли наш дом.
-Да,- он отстраненно кивнул, смотря куда-то в сторону, а потом вновь взглянул на меня, но теперь в его глазах была решимость,- да, я найду их. Найду и убью. Обещаю...,- и шепотом добавил,- я люблю тебя...