Глава Вторая.
-... В последнее время с Бакуго общаться просто невозможно, - задумчиво проговорил Киришима, - все время мрачный, просто, брр. Да еще и орет постоянно.
Мидория, за прошедшие две недели с ним сдружился, знал, что тот является лучшим другом блондина. Но сейчас удивился сказанному не на шутку. Может быть, о Кацуки он знал не так уж и много, но сколько себя помнил, парень всегда улыбался веснушчатому и никогда не повышал голоса.
- А из-за чего он такой? - решил поинтересоваться Изуку, ускоряя шаг, чтобы не отставать.
- не знаю. Но как ты к нам перешел, я его ни разу спокойным не видел. Может, устает?
- Да, наверное. Но не знаю, стоит ли это связывать со мной. Наверное случилось что-то еще, - пожал плечами зеленовласый.
- Ну, еще его могли взбесить действия Каминари. Все таки наш Динамит лидер-альфа, а такое отношение к себе они обычно воспринимают не очень хорошо.
- Лидер-альфа? - удивился парнишка.
- Да. В каждом классе есть что-то вроде собственной иерархии. Самые сильные на вершине, а мелкие, ничем не выделяющиеся, внизу.
- Получается омег у вас за людей не держат? - не понял Мидория.
- Что ты, нет. Омеги тоже ценятся, но уже в зависимости от связей. Омега лидера-альфы является и лидером доя остальных омег в группе. А дальше по ступеням до самых низов, опять же.
- Понятно. И.. У Бакуго уже кто-то есть? - неожиданно даже для самого себя выдал зеленоглазый, а Эйджиро удивился еще больше. Даже.. Испугался? Нет, наверное, Изуку показалось.
- Нет, он никого к себе не подпускает в последнее время. Но лучше тебе спросить это у него напрямую, - улыбнулся одноклассник, посмотрев куда-то за спину омеге, - а мне уже пора. До завтра!
- И был таков.. - пробормотал Изу, задумавшись.
- Быстроногие пинков не получают, - пробасил кто-то рядом, а Мидория только сейчас заметил блондина, стоящего рядом.
- Ты еще не ушел домой?
- Меня вызывали к директору, - пожал плечами красноглазый, коротко усмехнувшись, - кстати, из-за тебя. Так что ты мне должен.
- Ага, - быстро сргласился Мидория, улыбнувшись, чем ввел альфу в ступор.
- Даже не протестуешь?
- Ты со мной двое суток просидел, хотя мы знакомы всего две недели. И одноклассника из-за меня побил, проблем себе заработал столько, что до сих пор разгребаешь, - объяснил зеленовласый.
- Ну, с новым годом, - отшутился Кацуки, - так вот, про должок. Переночуешь у меня на следующей неделе?
- Ладно, - пожал плечами подросток.
***
- Киришима-кун говорит, что ты какой-то другой в последнее время. Что-то случилось?
- Да так, есть одна омега. Трачу на нее все свое время и жутко выматываюсь.
- А, ясно, - почему-то погрустнел Мидория, шагая дальше, - ну, не перенапрягайся, в любом случае. И счастья вам.
Натянутая улыбка. Изуку ускорился, направляясь к входной двери. Почему-то в груди что-то больно кольнуло, при том у двоих сразу. Бакуго и правда поверил в искренность Изуку, в эту радость, дружбу. А вот зеленовласый сам пугался собственной мысли: он хотел, чтобы та омега исчезла. Навсегда. Чтобы ее просто не было. Но сказать об этом больше уж точно не мог. Ведь они друзья, а друг не может такое сказать. Друзья. Неужели Бакуго и правда считает его просто другом? Да. Наверное, так и есть.
***
Утро. Мидория решил, что не пойдет в школу, объяснив это тем, что ему плохо. По-настоящему больно стало еще ночью. Сердце разрывало по какой-то причине, что была неясна зеленоглазому. Из глаз катились слезы, словно бы и закончиться никогда не могли. И сейчас он лежал с опухшими глазами. Голова болела, голос охрип. Радовало только то, что мать снова в отъезде по работе и не наблюдала этих страданий. Уже хорошо. Посмотрев на часы, Изуку увидел цифру, которой ужаснулся. Пролежал он без дела, мучая себя с десяти утра, еще четыре часа. Он провалялся в кровати весь день, вдыхая запах, оставшийся от блондина на той самой красной толстовке. Его единственное утешение. Только она и "видела" слезы Мидории в этот день.
Звонок в дверь. Он нехотя поднимается, медленно спускается вниз по лестнице. Еще один раз звонят в дверь. Еще и еще. Настойчивости этому человнку не занимать. Изуку посмотрел в дверной глазок и отшатнулся. Блондин стоял по ту сторону, чем-то взволнованный. Его сейчас хотелось видеть меньше всего. И попадаться в таком состоянии ему на глаза, собственно говоря, тоже. Он снова звонит в дверь.
- Изу.. Кхм, Мидория, я знаю, что ты там. Я слышал шаги. Открывай, - проговаривает красноглазый. Слышится глухой удар. Это он прислонился головой к двери, слыша вновь удаляющиеся шаги.
- Прости, Бакуго. Я плохо себя чувствую, - вздыхает зеленовласый, но ответа не слышит. Только какой-то грохот в гостиной, как закрывается окно, чьи-то быстрые шаги.
- Не беси меня! - вскрикнул Кацуки. Он не был раздражен, но взволнован. Вот, он выходит в коридор, врезается в веснушчатого, сбивая с ног. Теперь он уже нависает над подростком, что баже не посмотрел на него. Словно знал, что последний так поступит, - почему не открыл? - уже тихо, практически шепотом спрашивает блондин, падая на локти. Ему уже казалось.. Нет, он точно знал, что ему не хватит сил держаться. Бакуго устал на удивление сильно. Энергия словно не восполнялась в последние дни.
- Говорю же, мне плохо. А из-за тебя я еще и ударился, - как-то непривычно холодно ответил Изуку. Он просто не хотел, чтобы блондин заметил дрожь в голосе.
Бакуго уже и правда с трудом держался. Волнение, усталость, недосып. Все было против него. Но чьи-то хрупкие ручки не давали рухнуть окончательно.
- Идиот! - вскрикнул Кацуки, от чего зеленоглазый вздрогнул.
- Я? - но его даже не слышали.
- Какой же я идиот! - вдруг засмеялся альфа, бросив взгляд красных, чуть безумных, полных непонятной боли, глаз, - прости меня!
- Извиняешься то за что? Такое чувство, что я умер, - ответил Изуку, - но у меня болит голова, так что попрошу быть потише.
И после этого Бакуго и правда чуть не упал. Получается, что он причинил боль человеку, которого любит? Ох, знал бы он, как этой боли стало много, за одну только ночь.
- Прости... - снова повторил Кацуки, поднимаясь на ноги. Правда, он все еще дрожал. Ведь думал, что случилось что-то серьезное. Как он себя накручивал, нужно было знать. Не досидел до конца занятий. Не слышал ничего. Просто смотрел на пустующее место рядом, не чувсьвуя никакой полноценности. Ему казалось, что его морально опустошили до этого момента. Но главным было то, что он не знал, что случилось с.. Его Изуку. Только его омежкой.
- Все в порядке? - спросил Мидория, видя перед с собой альфу, обычно такого сильного, сейчас же взволнованным, дрожащим.
- Нет или... Я не знаю, - снова дрогнул юноша. И Ищуку не знал. Все ли с ним в порядке. Ему тоже было больно. Но сейчас от того, что альфа был в таком состоянии. Альфа, которого он хотел бы видеть рядом всегда. И сейчас он подошел к нему ближе, крепко обняв. Это было единственным, что он вообще мог сделать для блондина.
Бакуго вдыхал запах мяты и корицы, стараясь заполнить им легкие. Единственным, что может заставить его успокоиться, расстаять, расслабиться. И вообще щабыть о времени. Сейчас было именно так. И Мидория чувствовал себя также. Слез на глазах, как не было. И все этот бодрящий кофейный запах.
Они и правда забыли, сколько так простояли. Было слишком хорошо, чтобы вспоминать о чем-то еще. Не замечали абсолютно ничего.
- А твоя омежка ничего не скажет на то, что от тебя другим пахнет? - с грустью спрашивает Изуку в какой-то момент, вспомнив, что Кацуки для него, как наркотик. А зависимым быть не хотелось.
- Ради этих объятий я от всего мира сбегу, какие там омеги.. - бормочет ели слышно блондин, мгновенно осознав, что только что выдал.
- Не нужно больше никуда бежать, - шепчет в ответ покрасневший Изуку, поглаживая альфу по спине. Насколько же это было привычное действие, и как же не не хотелось ничего менять. Бакуго чувсвовал себя намного лучше, он успокоился, но все еще не хотел отстраняться.
- О, хм. За взлом и проникновение с меня пречитается, - с этими словами Кацуки поднимает омежку на руки и идет с парнем в спальню, - мне сходить в магазин? Хочешь чего-нибудь? Мы можем заказать еды, - начал засыпать вопросами бедного Мидорию блондин, когда первый уже улегся на кровати поудобнее.
- Сделаешь мне кофе? - улыбнулся зеленовласый, - а потом возвращайся и ложись рядом, если хочешь?
Бакуго кивнул направился на кухню, дабы выполнить просьбу парнишки.
Изуку на какое-то время полегчало, но потом он вспомнил, что красноглазый альфа ему не достанется. Куда уж там? Есть красивые девушки-омеги, что удовлетворяют всем мужским потребностям. А Кацуки уж точно не гей. Да и есть у него уже омега, которая ему нравится. Изуку же - просто друг. Веснушчатый, подумав об этом, укутался в одеяло еще плотнее и шмыгнул носом. Если бы силы остались, то точно бы разрыдался.
Через пятналцать минут в комнату вернулся блондин с двумя чашками горячего напитка, которые поставил на прикроватную тумбу.
- Эй, Изу.. Мидория? - второй раз за день осекся Бакуго, осторожно отодвигая край одеяла. Перед ним, сжавшись в комочек, лежал и плакал тот, за чьи слезы альфа был готов и убить, - ты чего?
- Изуку. Говори Изуку, - попытался улыбнуться юноша, но ничего толком не изобразил, - все хорошо. Просто... Нет, не важно.
Кацуки забрался на кровать, тоже прошмыгнул под одеяло и посмотрел так, как от него никто и никогда ьы не ожидал. Забота, волнение и даже нотка любви.
Изуку вздохнул, и придвинулся к блонлину наслаждаясь теплом.
- Все в порядке. Правда, - улыбнулся парнишка, бросив взгляд на кружки с еще горячим напитком, - о. И я просто обязан попробовать твой кофе.
Кацуки с какой-то грустью посмотрел в зелёные глаза, а после все таки протянул чашку.
- Не обожгись, - шепнул альфа, прежде, чем тоже взять свою чашку и тоде слелать глоток. В кровати пить было определенно не удобно, но зато тепло и уютно. А потому парни и не стали вылезать. Мягкий плен и правда казался таковым.
"Я уже обжегся" - подумал Мидория. Как жаль, что речь шла не о кофе.
***
Изуку проснулся в объятиях сильных рук, но сопения не услышал, а згачит и блонлин уже не спал. Юноша решил и дальше притворяться, пользуясь моментом. Он прижался плотнее, почувствовав, как одна рука медленно скользит от его плеча к талии. Нельзя было дать альфе знать о том, что на самом деле Мидория прекрасно осознавал, что делает. Парнишка раз ворачивается, все ещё с закрытыми глазами и теперь уже носом прижимается к груди, по ощущениям такой накачанной.
Кацуки смотрел на омегу и с минутами умилялся все больше.
- Милый, - прошептал красноглазый, даже не заметив, что подумал вслух. Изуку поднял голову, наконец-то посмотрев на виновника недавнего наслаждения.
- Сочту за комплимент, - улыбнулся зеленовласый, видя перед собой краснеющего одноклассника, - доброе утро, - тоже покраснел Мидория, осознав, в каком положении находится. Его губы были от чужих на расстоянии двух сантиметров от силы.
- Я тебя разбудил? - собрался с мыслями Бакуго, даже не отстраняясь. Ему нравилась эта близость настолько, что он даже забыл убрать руку с чужой талии. Или не забыл, а просто не хотел.
-Нет, я сам проснулся. Все в порядке.
Но сон в обнимку с этим альфой, утро с ним в одной постели и казалось мечтой, что только и может превидеться лишь в Морфеевом царстве.
Они пролежали так еще какое-то время, однако подростки отстраняются, вспомнив о личном пространстве друг друга.
Где-то поблизости вибрирует телефон, за которым и потянулся Бакуго.
- Чего тебе? - бросил раздраженным голосом блондин.
- Где тебя носит? - начал Киришима, игнорируя грубость. - У тебя серьезные проблемы. Тут Шинсо пытается вырваться в лидеры, учителя спрашивают, куда ты пропал, но даже мать не знает, где бродит ее сын.
- Я с Изуку. Есть что-то, с чем ты, моя правая рука, не может справиться? - фыркнул красногдазый, стараясь скрыть волнение из-за внезапного давления. Но рядом был зеленовласый парнишка, который одним только присутствием успокаивал альфу.
- А с каких это пор я стал твоей правой рукой?
- Да хоть с этих самых.
- Ясно. Но все таки, по возможности, явитесь сегодня в школу. Я постараюсь со всем разобраться, но ничего не обещаю.
Кацуки бросил трубку и сжал в руке телефон.
- Что случилось? - взволнованно спросил Мидория, тоже подскочив с кровати.
- Чертов мешкоглазый! - прикрикнул Кацуки, заставляя веснушчатого вздрогнуть. Но все таки омежка моментально подбежал к раздраженному парню, заключая его в объятия, чтобы тот в порыве гнева ничего не устроил.
- Кацуки, расскажи, что случилось. Мы со всем справимся.
Блондин последний раз попытался вырваться, но был обнят еще крепче. Разжал кулаки, стараясь расслабиться. Положил подбородок на зеленую макушку.
- Как ты себя чувствуешь?
- Лучше. Что все таки случилось?
- Есть проблемы, с которыми нужно разобраться. Съездишь со мной в школу? - с некой надеждой спрашивает блондин. Как-то так вышло, что единственный, кто его мог удержать в гневе, успокоить - хрупкий омежка, что находился и в эту секунду рядом.
- Конечно.
…
Продолжение следует..