Указатель Ветров

Лиана пробиралась по ночному саду. Осторожно ступая, она не хотела, чтобы кто-нибудь её обнаружил. Вдохнув аромат ночных цветов, девушка с тоской взглянула на звездное небо. Ночь всё ещё была по-весеннему прохладной, и Лиана возвращалась в свои покои, днем она не гуляла, так как в саду часто шныряли придворные, натолкнуться на одного из них было весьма неприятным для Лианы делом. Шелковые туфли и края платья намокли от ночной росы, и стало холодать. Опять ей достанется за это, ну и ладно. Лиана была нимфой-полукровкой и приемной дочерью королевы Мелоделии.

Во время таких вылазок нимфа собирала цветы, травы и делала из них целебные сборы. А королева потом хвалила ее за усердие и немного рассказывала про магию. Которой, к сожалению, Лиана почти не обладала. Она могла лишь несколько влиять на растения, видимо, за счет крови нимф.

Вдруг из-за густых кустов живой изгороди показались огни, шум голосов и громкий хохот.

– Тише! Тише, укроемся вон под тем большим деревом, – сказал пьяный голос, в котором Лиана узнала графа Андриата. С ним были и другие молодые дворяне, они несли фонари и бутылки с вином. В ужасе Лиана поспешила спрятаться, прежде чем эти люди заметили бы её. Они были жестокими и высокомерными, ни днём в королевском дворце, ни тем более ночью в саду Лиана ни за что не захотела бы встретиться с ними лицом к лицу. Единственным укрытием было то самое дерево, к которому шла компания. Лиана едва успела подобрать юбки, чтобы они не выбивались из-за ствола дерева, и замерла.

Граф Андриат, с ним баронет Вифилим, молодой маркиз Альпучье, едва стоящий на ногах, и даже юная, но искушенная графиня Фрилина Де Амбуаз. Трое молодых волшебников со смехом повалили Фрилину на траву, она повизгивала, впрочем, не выражая недовольства.

– Ну всё, хватит! – вскричала она и ударила по руке разошедшегося Альпучье. – Я не хочу прослыть легкодоступной распутницей, словно эта нимфа Селена, которая родила Лиану не пойми от кого.

Лиана чувствовала, как покалывают её конечности от неподвижной позы. Как холод начинает пробираться от кончиков намокших ног к самому сердцу. Она настолько привыкла слышать такие слова о своем рождении, что гораздо важнее сейчас было не обнаружить свое местоположение, чем обидеться.

– А я вообще не понимаю, – заявил маркиз Альпучье, – как вообще это произошло, неужто хоть один придворный мелоделец в этом королевском дворце мог позариться на зеленое жабье тело этой нимфы!

– Напротив, я слышала, что царица нимф едва не соблазнила нашего короля Алена, – заметила Фрилина.

– Вздор! Чепуха, неправда! – тут же вскричали граф Андриат и маркиз Альпучье.

Барон Вифилим молча откинулся на траву и не вступал в разговор.

– Всё дело в том, что нимфы ходят по лесу абсолютно голые и сношаются со всем подряд, – заявил Альпучье.

– Вот именно, я слыхал, что они нагие носятся по лесу и трутся друг о друга, деревья, цветы и животных, спариваясь с ними безостановочно.

– Так, видимо, эта бесстыдница, мать Лианы, носилась по дворцу голая и приставала к приличным дворянам, – захохотала графиня.

Барон Вифилим приложил палец к губам и многозначительно оглядел своих друзей. Он бесшумно встал и подошел к дереву, за которым пряталась Лиана. Краешек ее платья выбивался и был отчетливо виден на черно-зеленой траве. Барон сотворил волшебством длинную веревку и захлестнул её ствол и несчастную Лиану. Веревка прошла как нож сквозь масло через твердое дерево и магически стянулась на талии Лианы.

– Кто это здесь прятался и подслушивал нас? – победно выкрикнул барон Вифилим. Он подтащил девушку к фонарю. Молодые люди зашлись смехом. Лина широко раскрыла глаза. От страха и унижения она не могла расплакаться, да и не хотела пред этими негодяями. Все слова, что они говорили о её матери, она уже слышала и даже более жестокие и скабрезные. Каждый придворный считал своим долгом упомянуть, что Селена была уродливой нимфой, главным образом потому, что у неё была зеленая кожа. Постоянное презрение и насмешки всегда являлись спутниками Лианы. Не было дня, чтобы кто-нибудь не выказал ей свое неуважение.

– Что вы делали, госпожа Лиана, ночью в саду? – насмешливо спросил маркиз Альпучье.

Лиана не ответила.

– Наверное, бегала и спаривалась с деревьями, как её предки, – прыснул со смеху вином граф Андриата.

Все засмеялись, а Лиана закусила губу, которая стала дрожать от страха и злости.

– Но позвольте, – обходя нимфу кругами и наматывая на неё волшебную веревку, прошептал вкрадчиво Вифилим, – должно быть, если нимфы и полунимфы, как вы, госпожа Лиана, спариваются с растениями, то у них там нечто иное, как бутон цветка.

Альпучье озарился непонимающей улыбкой, а Фрилина и Андриата рассмеялись.

– Так может, покажете нам, госпожа Лиана, – мягко и медленно проговорил Вифилим и опустил свою руку к подолу платья пленницы.

Лиана в ужасе отшатнулась и упала на землю, веревка сковывала её движения.

- Как, как вы смеете. Я... я... – задыхаясь, Лиана не заметила, как слезы стали бежать по её щекам.

Вифилим с хохотом отступил от неё и сел к друзьям.

– Полно вам. Ведь если наша догадка верна, в этом не будет ничего предосудительного, это всё равно что смотреть на вот эти кусты весной.

- Сдалось вам смотреть на это неуклюжее деревце. Она же непривлекательна, как сломанная ветка, – презрительно фыркнула Фрилина.

- Действительно, – поддержал ее Альпучье, – когда она стояла и шпионила за нами, её невозможно было обнаружить или заметить. Она слилась воедино с этой природой. Одним словом, не человек, нимфа.

– В таком случае, – не скрывая злобы и не оставляя своей затеи, продолжил барон Вифилим, – давайте заключим пари, если она простоит не шелохнувшись, словно деревце, до утра, то вы выиграли, Альпучье, а если шелохнется, то сорвем с неё одежду и заставим бегать по саду. А потом её кто-нибудь оплодотворит.

– Фу! – вскрикнула Фрилина.

– Что вы позволяете себе, барон, – тихо сказала Лиана, – я немедленно обращусь к королеве и расскажу ей всё. Снимите немедленно с меня веревки.

Но вместо страха компания рассмеялась.

Вифилим направил на Лиану колдовские чары, и её ноги прилипли к земле.

– Идите, сударыня, никто вас не держит, только знайте, что я лично буду свидетелем, как и все остальные, что вы сами пришли к нам этой ночью в сад и сами предлагали себя в качестве нашей игрушки.

– Ерунда, король вам не поверит, и королева на моей стороне. Она моя приемная матушка, неужели вы считаете, что она не защитит меня и не накажет вас по заслугам!

– Бросьте, все знают, что вы в скором времени повторите судьбу своей матери. Мы лишь ускорим эти события. Сколько вам? Семнадцать? Разве не в этом возрасте ваша матушка раздвигала ноги перед каждым слугой во дворце?

- О, вот истинная правда, - злобно выкрикнула Фирилина, - эта жалкая уродина – бастард, дочь какого-нибудь дворника. Наша королева из жалости приютила это дитя разврата и мечтает поскорее от нее избавиться.

- Довольно разговоров, - заявил граф Андриата, - я желаю как можно скорее посмотреть на то, что у нее под платьем!

Фрилина сжала кулаки, но не возразила. Вифилим вопросительно изогнул бровь, посмотрев на Лиану. Девушка задрожала. Могли ли они исполнить угрозу и насильно овладеть ею? Они казались совсем опьяненными алкоголем, а также властью. Вспомнив, как подвергалась многочисленным унижениям и иногда избиениям со стороны вот таких вот придворных, и ни разу не получила защиту, Лиана вдруг осознала, что, возможно, ее мать, Селена, которую она никогда не видела, вовсе не развратная потаскушка, как говорили здесь, и, возможно, что ей также не оставили выбора, как и ей самой сейчас. - Хорошо, - тонким голосом проговорила Лиана, - я простою не шелохнувшись до рассвета.

- Попробуй, дорогая, - коварно улыбнулся Вифилим.

Лиана, опоясанная веревкой, встала ровно, как тростинка. Из ее глаз вытекали слезинки, и она не могла их смахнуть, единственное, на что она надеялась, так это то, что вскоре соленая влага сама утихнет и высохнет.

Компания расположилась напротив нимфы и, полулежа на траве, посмеивались. Прошло около часа, и такое времяпрепровождение явно наскучило молодым людям.

Граф Андриата вертел в руках пустую стеклянную бутылку. Немного подумав, он прошептал что-то на ухо Вифилиму, и тот согласно кивнул. Граф встал и направил свои руки на Лиану, отбросив бутыль. Ее дыхание перехватило. Она поняла, что волшебник готовится к боевому заклинанию. Раздался шум, как от взрыва, с пальцев графа сорвался огненный искрящийся шар и пролетел мимо уха девушки, всколыхнув ее волосы. Изо рта нимфы вырвался судорожный вздох, но она не пошевелилась. Компания разразилась грубым смехом.

- Продолжай, продолжай! – заливисто предложил Вифилим.

Андриата снова прицелился, и огненный шар в этот раз задел край платья девушки. Лиана едва стояла. Ее тело затекло, и ей было страшно, что пьяный граф просто промахнется, и заряд угодит в нее. Что тогда? Выходит, она просто стоит тут как овечка на убой, даже не шевелясь.

Еще один шар просвистел, оцарапав плечо девушки. Она чувствовала, как горячая струйка крови течет по руке вниз, не в силах даже посмотреть, насколько ранена. Но вид крови не только не испугал садистов, а только раздразнил их. И Андриата стал без разбора палить в сторону Лианы. В какой-то краткий миг она поняла, что огненный шар летит ей прямо в лицо. Все замедлилось и застыло. В голове стало пусто. Лиана инстинктивно уклонилась, ее ноги подкосились, и она упала на землю. Ее правая рука горела огнем от раны, а ладонь покрылась горячей зеленой жидкостью, такого цвета у нее была кровь.

Но соображать было некогда. Мужчины с улюлюканьем кинулись на нее. Вифилим рванул платье на ее плечах, а Андриата разодрал подол. Лиана вывернулась, словно змея, из их рук и поползла по траве, Альпучье отшатнулся от нее. А Андриата встал и навалился сверху, ей стало тяжело дышать.

С каждым мгновением тело мужчины казалось все тяжелее. Лиана попыталась отшвырнуть насильника, но у нее не было сил. Вдруг граф сам освободил ее. В одно мгновение она осталась одна, полуголая, окровавленная на траве.

Ничего не понимая, она подняла голову и увидела черные сапоги перед собой. Подняв взгляд еще выше, она почувствовала, как сердце рухнуло вниз. Болезненный вздох застыл в горле, скованным спазмом. Перед ней стоял король Ален Лайс-Дилл. Его глаза-хамелионы, обычно голубые, потемнели, как грозовое небо, став почти черными. Сейчас он как никогда походил на темного мага, кровь которого в нем текла.

Вены на его руках вздулись, Лиана увидела, что вся компания ее мучителей зависла в воздухе, их лица выражали страдания. Кажется, Ален удерживает их с помощью магии. Вся ночная тьма сгустилась вокруг Алена, и Лиана физически ощущала его магию. Воздух сгустился и давил на нее всей своей массой, дышать было тяжело. Она припала к земле, чувствуя, как из носа потекла кровь.

Фрилина захрипела и потеряла сознание. Ален внезапно опустил руки, и все рухнули на землю. Воздух мгновенно разрядился. Ален смотрел теперь только на Лиану, не обращая внимания на то, как молодые дворяне, измазанные кровью, пытаются отползти, позабыв про свою подругу.

- Убирайтесь, - кратко бросил король.

Альпучье догадался помочь Фрилине. Возможно, у него было больше сил, чем у других, ведь после мощного воздействия Алена у остальных случилось магическое истощение.

Когда поляна опустела, Лиана попыталась встать, но ее судорожные движения, когда она пыталась прикрыть тело разорванными кусками платья, только мешали ей.

Подняв глаза на Алена, она не ждала жалости, скорее ей было страшно, что король поверит в то, что она сама виновата в произошедшем. Лицо короля выражало презрение. Губы его скривились:

- Вас ждет утром серьезный разговор, сейчас немедленно идите в свои покои и приведите себя в порядок, чтобы королева этого ни в коем случае не увидела.

А затем он развернулся и ушел, забрав с собой всю темноту. Занимался рассвет.