20
Мне снился кошмар…
Жуткий, неизменно повторяющийся второй год, один и тот же, снова и снова. Наполняющий ужасом, который не отпускает и после пробуждения.
Волки, неестественно огромные, разъяренно оскалившие клыки, и вожак стаи, медленно, угрожающе плавно делающий шаг в мою сторону… И я срываюсь на бег. Я мчусь по лугу, утопая в высокой серебристой траве, в небе сияет яркая полная луна, ее свет заливает все вокруг… Но я не вижу красоты этой ночи, отчаянно пытаясь спастись.
И каждый раз сон завершается неизменно – волк настигает меня! Валит в высокую траву, переворачивает и нависает, едва слышно рыча и вглядываясь в меня жуткими янтарными светящимися глазами…
А затем клыки монстра смыкаются на моем горле!
* * *
Я подскочила, ощущая, как кто-то касается моих волос.
– Все хорошо, Юна, – прозвучал очень знакомый голос, и кто-то поменял мне подушку. – Она просто мокрая. Спи. Все хорошо, я рядом.
И, вновь упав на постель, я вырубилась почти мгновенно.
* * *
«Прочти подушку!» – гласила надпись на моей ладони.
Недоуменно смотрю на собственную ладонь и пытаюсь вспомнить, что я здесь делаю и к чему это странное сообщение. Вспомнила – вчера у нас машина застряла на дороге, мы с Тэхёном пришли сюда, я осталась, а парни заночевали в деревне. Это я помню, а вот когда сделала надпись? И что вообще означает «Прочти подушку»?
Сев на постели, взяла подушку – та была девственно чиста. Сняла наволочку – та же история. К чему надпись?
Открылась дверь, пропуская смотрительницу с подносом. Это для меня? Странно, это же не гостиница, впрочем, и в гостиницах нет такого сервиса.
– Доброе утро, мисс Пак, – сказала Арида, проходя к столу у окна. – Как вы себя чувствуете?
– Доброе утро. Спасибо, хорошо.
Стандартно вежливый обмен любезностями… но мне что-то в этой ситуации не нравилось, и я никак не могла понять, что.
– Для вас оставили подарок – смотрительница улыбнулась мне и крикнула кому-то: «Заносите».
В следующее мгновение я натянула одеяло до подбородка, потому как двое высоких мужчин с излишне длинными руками внесли огромную охапку длинных ярко-алых роз и букет из конфет. И то и другое разместили на полу и, не глядя на меня, вышли.
– господин Ким, просил передать свои извинения за то, что напугал вас вчера, – произнесла Арида.
– Да я не испугалась, – осторожно встаю. – И вообще не понимаю – зачем?
– Ложитесь обратно. – Арида достала столик для еды в кровати. – Я вам сейчас все накрою.
– Мм-м? – Я склонилась над розами, вдохнула приятный, с оттенками малины аромат.
– Спасибо, я могу позавтракать и в столовой.
Смотрительница понаблюдала за тем, как восторженно касаюсь роз и надышаться ими не могу, а затем скомандовала:
– В постель, мисс Пак. Вы вчера замерзли, можете простыть, так что в постельку, а я вам столько вкусненького принесла…
И тут где-то внизу раздался женский рык:
– Где она?!
Я вздрогнула и посмотрела на Ариду – смотрительница стала откровенно странной! Глаза словно засияли мягким желтоватым светом, зубы оскалились, нос дернулся так, словно женщина была в ярости. Но, увидев мой взгляд, мгновенно заулыбалась и повторила:
– Ложитесь в кровать, мисс Пак, вам отдыхать нужно.
И я почему-то легла, а едва Арида разместив столик, разложила тарелки, встревоженно спросила:
– Все хорошо?
– О, с вашим появлением я начинаю на это надеяться, – загадочно ответила смотрительница.
После чего торопливо вышла. Я же сняла блюдце с чашки и искренне удивилась – зеленый чай с жасмином. Как она узнала? Мой самый любимый чай, мне его за всю поездку по Шотландии ни разу не подавали. Обняв чашку ладонями, вдохнула любимый запах и тут услышала:
– Хэс аверрр гр! – Голос был все тот же женский и до крайности неприятный. А после кто-то открыл мою дверь… Дверь тут же закрылась, так ни кого и не впустив, и в коридоре я услышала отрывистое от Ариды:
– Эсар, Грев!
Затем визг, рычание, причем рычание звериное, а после исчезающий вой вперемешку со странными словами. Когда вошла Арида, я округлившимися от удивления глазами продолжала смотреть на двери, все так же обнимая ладонями чашку.
– А, сумасшедшая из деревенских, – весело сказала смотрительница, чем-то очень довольная. – Раньше очень всем докучала, – усмешка, – а сейчас уже просто… ну да не важно. А почему вы не едите?
– Бедная женщина. – Несчастную сумасшедшую действительно стало жаль.
– Поверьте – мразь первостатейная, – мрачно произнесла Арида. – Уж до чего наши пришлых не любят, а вам рады все.
– Что? – не поняла я.
Улыбка, странная немного, и смотрительница произнесла:
– Завтракайте, мисс Пак. Я просто хотела сказать, что вам здесь очень рады… причем все.
И меня повторно оставили наедине с собой, в окружении аромата роз и да – с букетом из шоколада. Еще бы понять, что происходит! Неужели лорд решил, что, сбив меня своей машиной, чем-то мне обязан? Да не сбил он меня сильно, даже синяка не осталось, и…
Стоп!
Я вдруг вспомнила ночь, мой кошмар, мужчину в спальне и его «Она просто мокрая. Спи. Все хорошо, я рядом». И он поменял мою подушку! Взгляд на ладонь с той же надписью «Прочти подушку!». И тут я заметила одну странность – у меня были сломаны ногти. Мои нарощенные ногти под френч. И я не помню, чтобы их ломала! Что происходит?!
Аппетит пропал напрочь!
К чаю я так и не притронулась и, сдвинув столик, встала.
И почти сразу дверь открылась, впуская Ариду.
– Что-то случилось? – спросила она.
Мы в шоу «Разыграй ближнего»? Как она появилась так быстро? Не могла же подсматривать в замочную скважину… да здесь и нет такой, только засов стоит. Что происходит?
– Юна? – встревоженно позвала смотрительница.
– А где моя подушка? – почему-то спросила я.
Женщина с заметным облегчением выдохнула, улыбнулась и сказала:
– Ваш друг звонил и оставил вам сообщение, но вы спали, я не решилась вас будить. Завтракайте и спускайтесь, я зашла сказать, что ваша одежда еще сушится, принесу вам платье. Кстати, надеюсь, чай вам понравится, я старалась.
И она вышла, снова оставляя меня без ответов. А я растерянно села на постель, только сейчас обратив внимание на ночнушку – не моя, не помню, как надевала, и полупрозрачная. В итоге все же позавтракала, глядя в окно и пытаясь понять, как вышло, что я проспала до обеда, более того – почти вечер уже.
Вскоре снова вернулась Арида, подошла, протянула мне нокиевский мобильник с одним пропущенным, на постели разложила светлое платье, причем совершенно новое, словно с него только что бирку срезали.
– На пропущенный, – сказала смотрительница.
Молча нажала кнопку вызова. Три долгих гудка, а затем на том конце я услышала: «Юна, детка, у нас ось треснула, ремонтируем. Заберем тебя утром, отдыхай».
И Юнги отрубился, даже не дав мне хоть что-то сказать в ответ. Истинно в его стиле! Прямо как записано одно из его многочисленных ко мне сообщений «Юна, детка, мы в пабе, сегодня отдыхай», «Юни, малышка, тут такая рыбалка намечается, ты отдыхай сегодня». «Юна, крошка, у нас ось треснула, ремонтируем»… То есть это он даже повторился! Я остервенело нажала кнопку вызова, но, кроме гудков, трубка мне ничего больше не сообщила.
– Сволочь! – выругалась я.
Набрала номер администратора Бродика – тоже только гудки. У всех мертвый сезон? Затем батарея и вовсе разрядилась! Потрясающе просто!
– Гады они, – пожаловалась я Ариде. – Просто гады!
От досады плакать хотелось. Женщина присела рядом, с сочувствием глядя на меня.
– Я ногти поломала, – пожаловалась смотрительнице, – а когда, даже вспомнить не могу. Знаете, – решительно поднялась, – наверное, схожу в вашу деревню сама, хоть выскажу ему все!
– Они приедут утром. – Арида тоже поднялась. – И все будет хорошо. Стоит ли нервничать, Юна, лучше помогите мне по дому, если вас не затруднит.
Отказывать было неудобно, и я просто кивнула.
– Спасибо. – Женщина искренне и радостно улыбнулась. – Переодевайтесь, я жду вас в холле.
Из одежды мне принесли только платье и никакого белья. Конечно, где им взять белье моего размера, но все же странно. Очень странно. Все странно, и что-то внутри меня все шепчет и шепчет… а о чем?!
* * *
Спускаясь по лестнице вниз, я заплетала волосы, все пытаясь что-то вспомнить. И никак не могла вспомнить, что именно…
А в замке было двое мужчин, те, что уже заходили ко мне, и оба встретили напряженными немигающим взглядами – высокие, смуглые, темноволосые, а глаза странные, вроде серые, и оттенок желтоватый. Похожи они были, как братья, но у того, кто казался старше, на лице был шрам, а если точнее то небольшой шрам на левой щеке.
– Доброе утро, – остановившись на лестнице, сказала я.
– Доброе, леди. – Мужчина со шрамом как-то светло и приветливо улыбнулся.
– Доброе утро, и добрые новости, – загадочно произнес второй.
– Какие же? – Мне стало очень интересно.
Мужчины переглянулись, как-то совсем уж одинаково улыбнулись, и тот, что со шрамом, туманно ответил:
– Радостные. Хотите прогуляться?
Гулять с неизвестным мне мужчиной – верх глупости, но мне почему-то оказалось спокойно в обществе этих двоих. Странно, да?
– Я – Юна, – сообщила, спустившись.
– Чонгук, – чуть склонил голову тот, что со шрамом.
– Хосок, – произнес второй тоже с полукивком.
– Так что насчет прогулки, леди?
– Мм-м, я обещала помочь Ариде, – оказавшись внизу, я уже не так уверенно себя чувствовала – оба шотландца были громадные, разве что немногим ниже господина Кима. – А вы здесь гидами работаете?
Оба переглянулись, затем Чонгук выдал:
– Минутку, леди, – и ушел по направлению к кухне.
Оттуда он вернулся действительно через минутку, широко улыбнулся и выдал:
– Да, мы гиды.
– И охранники, – донесся из кухни голос Ариды.
Не моргнув глазом, Чонгук добавил:
– И охранники.
Как-то все это странно, и я на автомате выдала:
– И айтишники?
У Чонгука на лице появилось озабоченное выражение, после он снова исчез на кухне. Там некоторое время было тихо, видимо, говорил он негромко, после послышался суровый голос Ариды:
– Вам сказано охранять незаметно, а не лезть к девочке с разговорами. Ей и так тяжело.
Тишина, затем снова от Ариды:
– Не знаю я! Уйди, чудовище!
Чонгук вернулся, развел руками, кивнул и сообщил:
– Да, айтишники тоже.
Я уже совсем ничего не понимаю, но удержаться не смогла:
– И промоакции проводите?
Мужчина дернулся в сторону кухни, но так и не рискнул сходить к Ариде, а потому выдал:
– Да.
На мой удивленный взгляд он отреагировал осторожным:
– Наверное.
Что за бред! Просто бред.
– Вы сейчас пошутили, да? – спросила я.
– Да, – как-то нервно произнес Хосок.
Стараясь унять нарастающее чувство паники, я пошла на кухню. Здесь царила сосредоточенная деятельность: двое мужчин прилаживали дверь, ведущую, насколько я помнила, в столовую, одна женщина выдраивала плиту, две другие готовили что-то из мяса, сама Арида выговаривала что-то рыженькой девушке… Но все это было, пока не вошла я. Тишина мгновенно воцарилась на кухонном пространстве, и все смотрели на меня. Мужчины так вообще оценивающе оглядели с головы до ног, женщины просто очень заинтересованно рассматривали, и все… улыбались. Как-то радостно, приветливо даже. Почувствовав себя рождественской елью, я нервно улыбнулась и произнесла:
– Добрый день.
Мне хором ответили и продолжили… смотреть на меня. Арида, оставив девушку в покое, развернулась ко мне и сказала:
– Идемте, я вам покажу нашу библиотеку.
За смотрительницей я, конечно, пошла, но на пороге оглянулась – все продолжали смотреть на меня. Бррр!
– У нас редко гости бывают, – заметив мой несколько недоуменный вид, произнесла женщина, – но мы им всегда рады.
От такой радости возникало желание сбежать, и подальше. Очень далеко!
В гостиной Чонгука и Хосока уже не было. Мы миновали холл, прошли к округлой стене, и смотрительница отодвинула выдвижную дверь, открывая вход в значительную библиотеку замка, какие редко можно было встретить в Шотландии.
– Юнги сказал, что вы пишете тексты. – Арида прошла к письменному столу, вытащила ноутбук, причем обращалась она с ним как-то непривычно. – Я хотела вас попросить, если можно, описать наш замок. В данный момент господин Ким не желает допускать к нему туристов, но в дальнейшем…
– Арида, простите, но эту работу лучше доверить профессионалу, знакомому с историей замка и… – попыталась возразить я.
– Все равно этим придется заниматься мне, – перебила смотрительница, – и если вам не трудно, хотя бы составьте для меня план действий, я ничего об этом не знаю, а контролировать работу нанятого специалиста буду также я.
Вообще заняться мне было нечем, а попадаться на глаза обитателям замка не хотелось, и потому я решила помочь. Села за стол, включила бук, который оказался настолько новым, что даже пленочку с экрана пришлось снимать.
– Мне информация о замке нужна, – сообщила я Ариде. – История, можно что-то романтическое. Знаете, романтические истории всегда привлекают…
– У меня есть кое-что, – смотрительница подошла к дальнему стеллажу, достала одну из книг в запыленном переплете и… вытащила из нее тетрадь. Подошла, протянула мне со словами:
– Просмотрите, здесь много интересного. – Я взяла тетрадь, открыла на первой странице и увидела вычурную надпись «Леди Ким Мирай».
– Это личный дневник? – догадалась я.
– Скорее попытка написать роман в стиле фэнтези в форме дневника, – загадочно произнесла Арида. – Но написано интересно, и легенда… красивая.
Я открыла на второй страничке, и там в рамке с вензелями и сердечками действительно находилась легенда. Невероятная просто.
«Говорят, в давние времена альфа стаи Северных Гор полюбил женщину из сопредельного мира – так началась славная история рода Ким».
После первых слов я забыла обо всем, кроме этой самой истории, и не заметив ухода Ариды, погрузилась в чтение.
«Выбор всегда делает зверь. Воспротивившегося ему ждет наказание, ведь выбор зверя истинен, выбор человека только слияние ошибочных мнений в единое. Зверь видит истину, человек лишь то, что желает видеть».
Я невольно задумалась над словами: «Зверь видит истину, человек лишь то, что желает видеть». Что-то в этом было – я и сама столько раз ошибалась, не замечая очевидного.
«Зверю неведома красота, он не поддается соблазну искушения, зверь избирает за смелость, за силу души и доброту сердца, человек же часто ослеплен желанием и не в силах увидеть значимое. И потому выбор всегда делает зверь, и это правильный, истинный выбор».
Оригинальная метафора, не совсем ясно, о чем речь, ну да ладно.
«Говорят, первый из Кимов нашел свою истинную пару в облике зверя, преследуя врагов клана в сопредельных мирах. И зверь сделал выбор. Но стая не приняла человеческой женщины, стая восстала против власти альфы, поддавшись человеческой сути. И альфа принял бой, доказав всем и каждому свою силу. Он был подобен гневу богов, он стал воплощением ярости, он вершил наказание. И доказал право быть альфой стаи Северных Гор».
Ничего толком не поняла, кроме разве что того, что имелась тут междоусобная борьба, а древний лорд Ким с отрядом промчался по окрестным деревням, убивая несогласных с его политикой. Мрачное Средневековье, темные нравы, ничего удивительного, в общем. Читаем дальше:
«И сила рода Ким росла из поколения в поколение, но росла и сила человека, и выбор каждого альфы становился выбором человека, а избранницей – истинная волчица».
Зоофилия! Ужас! Или это кто-то из клана? Клан Волка, например, бывали такие в древние времена, к тому же тут до прихода римлян вроде как имелись тотемные животные… Или я путаю, все же с историей Шотландии до тринадцатого века я вообще не знакома, что печально. Надо исправиться. Хотя… я вспомнила господина Кима, его несколько длинноватые руки, резкие движения, хмурый, будто звериный взгляд… Зоофилия!
Похихикав, я продолжила чтение:
«Говорят, когда зверь делает выбор, глаза оборотня загораются особым внутренним светом, говорят… Но в день, когда он обнял меня впервые, его глаза не светились, сияли от счастья лишь мои».
Та-а-ак, повесть о несчастной любви. Грустно.
«Говорят, когда зверь делает выбор, человек теряет контроль… но Намджун был неизменно нежен, контролируя нас обоих».
Это сейчас эротические подробности начнутся? Средневековая эротика, уже даже любопытно.
«Говорят, зверь желает ощущать вкус своей пары, запах ее желания, говорят… У нас все было иначе».
Я улыбнулась. Сама не знаю почему, жаль было эту леди, а еще жаль, что девушка облекла эротические фантазии вот в такое.
И вдруг как вспышка промелькнуло видение: яркий солнечный день, увитая диким виноградом и розами беседка, я на скамье с широко разведенными ногами, господин Ким вынимает из меня пальцы, подносит к лицу и с явным наслаждением вдыхает!
– О, господи! – Я вскочила.
Тяжелый деревянный стул грохнулся об пол. Задетый дневник полетел на стол, а я стояла, закрыв лицо, и пыталась понять, это что сейчас было?! Такое ощущение, что воспоминание! Но такого быть не может! Просто не может быть, этого не было! Или это моя эротическая фантазия? О господине Киме, что ли?