28. Анжела
— ...ибо всякое дерево познаётся по плоду своему.
Последние слова растворились под сводами храма.
Люди начали расходиться.
Василий медленно перекрестился, поцеловал крест и спустился вниз.
У выхода его уже ждали двое.
— Здравствуйте, Василий Григорьевич. Мы поговорили с вашим сыном.
Он посмотрел на них.
Потом подошёл к умывальнику у стены и долго мыл руки.
— Пойдёмте.
Они прошли в маленькую комнату за алтарной частью.
Там пахло воском и деревом.
В углу перед иконами мерцала лампадка.
Под потолком тяжело поблёскивала старая люстра.
На полке лежали чётки и ключи от машины.
Василий снял расшитую епитрахиль и аккуратно повесил её на вешалку и сел.
— Ну?
— Деньги от женщины.
— Какой женщины?
— У которой муж погиб.
Военный.
Она сняла компенсацию со счёта и перевела вашему сыну.
— Зачем?
— Он сказал... чтоб её не развели.
— Кто?
— Нефтяник.
Они переглянулись.
— Там ещё нефтяник был.
Василий медленно поднял глаза.
— Какой нефтяник?
— Ну... с вышки.
Нефтяной.
— А при чём он к военному?
— Деньги частично ушли ему.
— Компенсация?
— Да. Которую женщина переводила.
— И Эдик тут каким боком?
— Он сказал, что забрал остаток себе.
Чтоб женщину не засудили.
— Кто?
— Первая жена военного.
Василий нахмурился.
— Какая ещё первая жена? Она же и есть жена.
— Ну... та была венчанная.
А с первой он вроде не успел развестись.
...
— Эдик зачем в это влез?
— Мы не поняли.
— Вы это проверили?
— Нет.
— Почему?
— Мы не смогли определить имя владельца счета.
И ваш сын не прояснил этот момент, сказал какие то ее знакомые - владельцы счета.
Василий смотрит на них несколько секунд.
— Он не пытался.
...
Он медленно закрыл глаза ладонью.
«— Где ж ты брехать-то так научился...»
Один из мужчин осторожно:
— Василий Григорьевич...
— Вычислите источник счёта.
Мужчина прокашлялся.
— Василий Григорьевич...
Он убрал руку с лица.
—Что?
— Он просил... ну...
— Что?
— У него через месяц бой.
Просил пока без резких решений.
...
— Сказал, ему сейчас нельзя выпадать из подготовки.
Он медленно отвел взгляд
— И приведите мне этого засранца.
***
Эдик с Максом вышли из автобуса уже затемно.
Макс что-то рассказывал про бой.
Эдик кивал. Не особо слушая.
Подошли к дому.
...
Эдик остановился.
Возле подъезда стоял знакомый джип.
...
— О.
Макс посмотрел.
— Что?
— Ничего.
В голове почему-то сразу зазвонили колокола.
— Эд?
Эдик уже развернулся.
— Ты куда?
— Мне срочно надо.
— Куда?
— Подальше.
Макс посмотрел на джип.
— Это люди твоего бати?
— Пасут уже.
— Ну и?
Поговори с ними.
— Эдик.
— Что?
— Ты же не давал то интервью?
...
— До скорого, Макс.
— ЭД!
— Потом!
Эдик спокойно дошел до угла дома
Оглянулся.
Джип стоял на месте.
Он сорвался на бег.
Через полквартала сел в машину.
Завёл двигатель.
Выехал на трассу.
И только тогда выдохнул.
***
Эдик залетел в буфет.
— Анжела, ты на работе висишь? Четенько. Поехали.
Анжела обернулась от стойки.
— Ёк макарёк
Куда?
— К тебе.
— Не поняла.
— Сейчас поймёшь.
Анжела медленно выпрямилась от стойки:
— Нет ты опять улыбаешься как человек, у которого либо труп в холодильнике, либо идея.
У меня котлеты жарятся!
Эдик оглядел помещение и ткнул пальцем в её коллегу.
— Вы.
Женщина подняла глаза.
— Что?
— Дожарьте котлеты. У Анжелы форс-мажор, её отпустили.
Анжела аж дёрнулась:
— Кто отпустил? — Геннадьич?
Ахахаха, с какой стати?
Эдик:
— Он самый.
Анжела ошарашенно смотрела то на него, то на коллегу.
Потом покачала головой
—- Либо врёт либо уже окончательно сошёл с ума.
Потом схватила пакеты:
— Господи...
Если меня уволят — я тебя в супе утоплю.
Через пару минут Анжела уже выходила во двор с пакетами и шопером,
всё ещё не до конца понимая, почему вообще куда-то едет.
Она дёрнула ручку пассажирской двери. Потом замерла. Медленно оглянулась на машину.
— Подожди.
Он зачем-то копался в телефоне, тщетно пытаясь открыть карту.
— М?
— Это твоя машина?
— Да.
Анжела подняла брови и заморгала.
— В смысле "да"?
— В прямом.
Она ещё раз посмотрела на BMW.
Потом чуть обошла машину и посмотрела на его дырявые джинсы.
Потом опять на BMW.
— У тебя BMW.
— Угу.
— А почему ты выглядишь как человек, которого нашли у теплотрассы?
Эдик пожал плечами.
Анжела поставила руку в бок.
— Нет, ну ты посмотри...
А носки у тебя были разные.
В машине Анжела сидела рядом с пакетом булочек, молча глядя перед собой.
уже через тридцать секунд:
— Нет, подожди.
Ты что задумал?
Эдик молча прикурил, глядя на дорогу.
— Я серьёзно спрашиваю.
Почему у тебя БМВ?
Где ты её взял?
— Папа купил.
Анжела покосилась на сигарету:
— Фу.
Куревом несёт.
Эдик выкинул сигарету в окно.
Почему ты улыбаешься как уголовник на испытательном сроке?!
Она вдруг замолкает.
Прищуривается.
— А это что у тебя?..
— Где?
— Губа.
Господи...
Ты дрался?
Он машинально трогает разбитую губу.
— Бой был.
— Боже мой...
А я с тобой в машине.
я заложница..
— Это походу кетчуп.
— И ты после сотрясения мозга за руль сел?..
— «Бой был»... Тю. За что, Господи...Ты что-то украл?
— Боже.
Там же ещё квартиранты...
Она вдруг замерла.
— Мамочки...
Я их подвергаю.
Эдик ржет
— Нет, ты мне объясни.
Это уголовное?
Мне брать паспорт?
Меня посадят?
Я не сяду, у меня давление.
Эдик вдруг свернул к дорожным рабочим.
— Нет...
Только не говори, что ты сейчас идёшь воровать муниципальную собственность...
— Не воровать, чувак.
Могут же у меня быть хоть какие-то деньги.
Эдик купил у дорожников две жилетки.
Потом помолчал и отвёл одного мужика на пару шагов.
— Слушай.
Давай со мной проедешь,
пять минут постоишь — и всё.
Он достал последние пятьсот рэ и сунул ему в руку.
— Дам ещё сверху.
— Го.
Через минут пять Эдик с мужиком оранжевой жилеткой вернулся в тачку.
Анжела покосилась на дорожника:
— Здрасте...
— Здрасте.
...
— А вы вообще кто?
Мужик пожал плечами:
— Я Серёга.
Анжела всмотрелась в зеркало заднего вида, потом уставилась на Эдика уже севшего на переднее:
— Ахах...
А это тебе зачем?
Ворон распугивать?
— А что мне не идет оранжевый?
— Тебе-то?! Типун тебе на язык!
Анжела прищурилась, разглядывая жилетку.
— Она хоть стиранная?
— Не важно.
Я её выброшу скоро.
Анжела медленно закрыла глаза.
— Господи...
Ты звучишь как человек, который уже кого-то расчленял.
Эдик завёл машину.
— Твои квартиранты съезжают.
Анжела вдруг фыркнула:
— Ахахаха...
Да они никогда не съедут.
— Съедут.
— Эти люди пережили ремонт,
потоп, отключение воды и моего бывшего. Их вообще ничего не берёт.
— Проверим.
— Батюшки...
Ты что с ними сделал?
— Пока ничего.
— Что значит ПОКА?!
— Просто проверю, насколько они любят здоровье и чистую воду.
Анжела несколько секунд молчала.
— Подожди...
Ты что задумал?
— Санитария.
— Какая ещё санитария?!
— Обычная.
— Ты больной ты это знаешь
— По ходу
— Нет, подожди.
Ты что,
тараканов им подкинешь?
— Нет.
— Крыс?!
— Не
— Клопов?
— Не-не, холодно.
Мужик с заднего сиденья вдруг воскликнул:
— А чё, клопы тоже вариант был?
— Ты меня пугаешь!
— Не тебя.
— ГОСПОДИ.
Анжела хлопнула ладонью по панели:
— А если они полицию вызовут?!
— Эко-службу скорее.
— Господи...
Вот у людей после сотрясения мозга постельный режим.
Этот спецоперацию паразитами проводит.
***
Анжела сидела в машине, пока Эдик с мужиком в оранжевых жилетках звонили в дверь квартиры номер 21.
Женщина в халате посмотрела в глазок.
— Кто там?
Эдик сделал серьёзное лицо.
— Санитарная служба. У нас предупреждение жильцам по заявке 17031.
Дверь открылась.
Женщина нахмурилась.
— Что за предупреждение?
Эдик:
— Поступила информация о повышенном содержании ртути в воде.
Женщина побледнела.
— Чего?!
Эдик чуть понизил голос:
— В трубах также повышенное содержание меди и свинца.
Это влияет на сосуды, онкологию и...
вызывает микроинсульты кишечника.
Малой подошел к двери и нахмурился:
— Каких нахуй микрописюльтов кишечника?..
Его сестра залилась смехом.
Эдик:
— Мгновенных.
Очень опасная вещь.
Серега-напарник добавляет:
— У меня сосед так ушёл...
— Просим временно ограничить пользование водой.
Особенно горячей.
Женщина:
— Почему только горячей?!
Малой:
— Сукааа водааа нееееет!
— Потише...
Женщина растерянно повернулась к нему.
— Металл поднимается.
Женщина медленно перевела взгляд на Серегу.
Эдик ткнул его локтем.
— Это мой напарник.
Специалист по радиации.
Тот кашлянул и протянул руку:
— Пётр Алексеевич.
Женщина руку не пожала.
Эдик продолжил официально:
— Рекомендуем в случае возможности временно покинуть помещение.
Вещи возьмите.
Детей — подмышку.
— Кошмар а...
— Ну, вы можете остаться, конечно.
Но потом не говорите, что вас не предупреждали.
Наклонился чуть ближе:
— Почки-то у детей одни.
В этот момент Пётр Алексеевич мрачно пробормотал:
— Я ещё весной это чувствовал...только сейчас проверили.
Женщина резко обернулась в квартиру:
— МИЛАНА! МАААРК! СОБИРАЙТЕСЬ!
****
Эдик вышел из подъезда и быстро направился к машине.
Анжела стояла возле двери, скрестив руки.
— Ну?
Эдик снял жилетку и бросил её на заднее сиденье.
— Минут сорок, думаю.
Анжела моргнула.
— Что?!
Эдик сел за руль и спокойно завёл машину.
— Поехали желе купим и Серегу закинем.
— Какое ещё желе?!
— Вишнёвое хочу.
Машина тронулась с места.
Анжела несколько секунд молчала, глядя на него.
Потом медленно повернулась:
— Что ты им сказал?..
— Сказал, что дом заражён.
...
— Чем заражён?
— Пока ртутью.
Анжела закрыла глаза.
— Господи Иисусе...
Эдик смотрел на дорогу.
Серега:
— Но если начнут умничать — добавим радиацию.
Анжела уставилась на него не мигая.
Потом закрыла лицо ладонью и начала смеяться.
— Ну виртуозы, не в бровь, а в глаз.
Эдик гордо улыбнулся.
— Я вообще сегодня в потоке.
Анжела сквозь смех:
— Лишь бы не в уголовном кодексе.
Серёга задумчиво посмотрел в окно:
— Знаете, в чём разница между нами
и этими людьми за окнами?
Анжела:
— В чём?
— Мы хотя бы не в психбольнице.
Эдик закивал
****
Когда они вернулись обратно, во дворе уже не было машины квартирантов.
Анжела поднялась на этаж.
Остановилась.
Дверь квартиры была открыта.
Внутри — тихо.
Ни звука телевизора. Ни криков. Никаких признаков жизни.
Только запах духов в пустом коридоре.
Эдик зашел в квартиру.
Анжела медленно обернулась на него.
— Ты...
Ты реально их выселил.
Эдик пожал плечами.
— Тру веганы по ходу.
Он прошёл внутрь мимо неё, ногами скинул обувь поставил пакет на кухонный стол.
— Давай полосками сделаем?
Анжела всё ещё смотрела на пустые комнаты.
— Желе?..
Эдик разбирая пакет:
— Хочу все цвета смешать.
Эдик всё ещё стоял посреди кухни.
Анжела зашла
— Так.
Не двигайся.
Иди руки помой сначала.
Она начала открывать шкафы быстрее обычного. Достала специи и уже почищенную картошку в воде.
Эдик посмотрел на неё и пошел.
— Ты сейчас весь в подъездной радиации. Хахах
Она уже вытаскивала сковородку.
Эдик
— И в свинце.
Анжела
— В свинце хахаха разве можно так смешить в моем то возрасте? Ой
Эдик лениво вернулся.
— Сядь.
Нет, не туда.
Там крошки.
Господи, как ты вообще живёшь...
Через пару минут перед ним уже стояла огромная тарелка.
— Ешь.
— А это что?
— Отбивные.
И салат.
Эдик взял вилку.
И не ковыряйся.
Тут тебе не ресторан, все высшей пробы!
Анжела несколько секунд смотрела на него.
Потом вдруг подошла, быстро чмокнула его в щёку и сразу отвернулась к плите.
— Ну всё.
Не привыкай.
Эдик ел дальше.
— Это поощрение за терроризм?
Анжела фыркнула:
— Скажешь тоже. Это за то, что ты у меня, оказывается, полезный.
Иногда.
Анжела повернулась и завороженно смотрела,
как он жадно наворачивает отбивные.
Потом вдруг всплеснула руками:
— Вот!
Хоть нормальный человек мясо ест!
Ее губы задрожали она аж всплакнула.
Эдик поднял глаза.
— А те что ели?
— Один был веган. Второй сыроед.
Третья вообще питалась каким-то семенами...и энергией солнца, аа, она махнула рукой.
Она вдруг шмыгнула носом.
— Я им котлеты жарю, стараюсь...
А они мне: "у нас чакры после свинины закрываются".
Эдик кивнул.
— Страшные люди.
— Вот именно!
***
Наутро Эдик стоял на балконе.
Ложкой ковырял желе.
Смотрел на двор.
Из кухни доносился грохот посуды.
...
— Слушай, а телефон можно?
— Зачем?
— Позвонить надо.
— Кому?
— Маме.
Анжела пожала плечами и протянула телефон.
...
— Мам.
— Привет.
— Привет.
— Угадай, что я ем.
— Что?
— Желе.
— Какое?
— Разноцветное.
— Сам сделал?
— Почти.
— Как это почти?
— Анжела делала. Я морально участвовал.
...
— Я бой выиграл.
— Молодец.
...
— Я там по красоте исполнил.
— Угу.
— Потом на канале будет.
— Посмотрю.
...
— Через месяц ещё один будет.
— Серьёзный?
— Да следующий уже серьезный.
— Ну хорошо.
...
— Ладно, Эдик. Мне пора.
— Ага.
— Пока.
— Пока.
Гудки.
Он убрал телефон.
Зачерпнул ложкой желе и выковырял слой с зеленым.
Из кухни сразу донеслось:
— Ты опять всю сметану сожрал?!
— Не всю.
— Полбанки нет!
— Там половина оставалась.
— Это и была вся банка!
— Неправда.
— ЭДИК!
Он улыбнулся и отправил в рот ещё одну ложку желе.