Глава 10.
Мы боимся, но ещё сильнее боимся что-то неведомое нами.
© Богдан Ли
Собрав всё необходимое, мы вышли. Я всё ещё держу у себя в руках этот прекрасный ножик, который отдал мне Саша. Парень сказал, что он приносит удачу, это — его любимый нож.
Невольно улыбаюсь, вспомнив слова Кеши: "Я понимаю, на какой риск ты идёшь. И если что-то с тобой случится, то я буду винить себя. Ведь из-за моей хромоты ты должна рисковать... Прости... ". Саша - романтик, что в нём так меня привлекает.
Перевожу свой взгляд на Диму, и на душе становится грустнее. Думаю, Саша прав. Дима не любит Соню, просто так должно быть. Красивые парни должны быть с красивыми девушками, так устроен этот мир. Это правило — что-то на подобии естественного отбора, потому что всем, кто не подходит под описание идеальной внешности и пафосу, остаются им подобные. Вы вряд ли встретите "простушку" в объятиях мажора, ведь ему свойственны лишь девушки модельной внешности.
— Аркадий сказал, что видел, как вы целовались, — Дима слегка замедлил шаг.
— Да, мы теперь встречаемся, не всё же вам красоваться.
— И? Как он в постели? Или у вас не дошло, потому что он считает тебя страшной?
Ах, так... Это война, парень, это война.
— Нет, просто я не такая путана и шлюшка, как Соня, чтобы запрыгнут на тебя после первого поцелуя. И да, рыбкой тухлой и правда, попахивало...
— А ну замолчи! — Дима резко прижал меня к стене, руки поставил с двух сторон у моей головы и посмотрел в мои глаза — И не смей говорить что-либо плохое в адрес Сони. А свои недовольства будешь говорить на уровне Сашиной ширинки, понятно?
— Да пошел ты!
— Не выводи меня из себя, хорошо? — Соколов гневно смотрит в мои глаза — я всегда добиваюсь своего, — парень резко целует меня, от него пахнет сигаретами, но через пару секунд мой разум возвращается на своё место, и я резко отрываюсь и иду дальше.
Да у этого парня в голове один ветер! Хочу забыть этот "поцелуй", будто его и не было, это просто ошибка! К тому же я ничего не почувствовала, в отличие от поцелуя с Сашей.
— А ну остановись!
— Отстань от меня!
— Не хами мне!
— Я девочка, мне можно!
— Да стой ты, девочка, там фантом, смотри!
При одном упоминании об этих существах сердце ушло в пятки, а ладони вспотели. По взгляду Димы можно было понять, что он тоже встревожен. Смотрю на руки парня, кулаки сжаты так сильно, что костяшки побелели, а вены вздулись на максимум.
Смотрю на руки парня, кулаки сжаты так сильно, что костяшки побелели, а вены вздулись на максимум.
— Слушай меня. Сейчас мы тихо, но быстро идём к тому торговому центру, поняла?
— Поняла.
— Отлично. На счёт три. Раз. Два. Бежим!
Я наступила на какую-то железную банку, грохот которых эхом прозвучал в пустом городе. Фантом на секунду замер, после чего яркая молния поползла в нашу сторону. Ничего стеклянного не было и за квартал, поэтому я мысленно приготовилась к смерти.
— Знаешь, чего тебе не хватает? — Дима гневно посмотрел на меня.
— Чего?..
— Хороших таких, увесистых пиз*юлей! Чтобы мозги у тебя на место встали!
— Не кричи на меня! Лучше думай, куда спрятаться!
— Предлагаю рискнуть, это наш единственный шанс, в успех которого я верю с трудом. Видишь машину, — он указал на брошенную "девятку" — мы можем попытаться залезть под машину, возможно, оно нас не увидит...
— А если увидит!?
— А ты видишь ещё варианты?! Бегом!
Мы молниеносно залезли под автомобиль, при этом собрав всю грязь после дождя. Пару минут висела гробовая тишина, которая так великолепно играет на твоих нервах, но эта идиллия была резко прервана диким воплем Соколова. Его потащило из-под машины, оглянувшись, мы увидели огромного пса, который уже успел хорошо погрызть голень парня. Теперь кожа там висела лохмотьями сразу с мышцами, сквозь которую виднелась кость. Лицо парня исказилось от боли, руки тряслись, а тело пробирала сильнейшая дрожь. Но вдруг чавкающие звуки с рычанием прекратились, Дима заметно расслабился, а собака последний раз взвизгнула перед тем, как превратиться в жалкую кучку пепла.
— Б-бегом! Аааа...
Я быстро вылезла из-под временного укрытия, и мы побежали в сторону укрытия. Сзади мы ощутили тепло, после которого нас ослепила яркая вспышка. Странная слабость, и я не чувствую своё тело. Темнота...