19
«Засыпай всегда в своей постели», — так говорила мама в детстве. Зара просыпается именно с этой мыслью в больной голове, когда ощущает твёрдую подушку. У неё-то подушка мягче. И белье постельное совсем не такое.
Странное помещение.
Просто у кого-то похмелье.
Или шизофрения, потому что разговор с самим собой — признак психического отклонения. Во всяком случае, так внушают с самого детства.
Большая комната. Чисто. Светло. Чья-то спальня? Логично.
— Не смотри так, будто попала на необитаемую планету, Зара, — облокотившись о косяк двери, он стоит с чашкой кофе, улыбаясь. Странный узел завязывается в животе. Не очень приятные ощущения.
— Я у тебя дома, да? Вчера...м-м-м...забрал и привёз сюда. Я была пьяна. Наговорила лишнего. Прости, — последнее слово словно собирает по буквам. Теребит край футболки.
Картер подходит ближе и садится рядом с ней. Зеленые глаза с любопытством рассматривают «спасителя», будто видят в первый раз. Растрепанные волосы похожи на солому, она понимает, что выглядит ужасно.
— Зачем ты меня переодел?
— Захотел. Будешь? — протягивает кружку с чаем. Любопытно заглядывает внутрь и принюхивается.
— Буду, — сушняк даёт о себе знать, поэтому девчонка присваивает себе кружку и выпивает всё до дна. — Спасибо, поварёнок.
Вежливости ей не занимать.
Рассматривает комнату, пока он рассматривает её. Боятся встретиться взглядами. Вроде взрослые люди, а ведут себя как дети.
— Изнасиловал меня уже спящую, да? — убирает непослушную прядь за ухо. В глаза снова бросается татуировка. Черт.
«Первая любовь. Картер Моллиган».
Картер Моллиган.
Такое же имя красуется в его паспорте. Нелепое совпадение.
— Я люблю девушек в сознании. Приносить им удовольствие... — она краснеет.
— Каким он был? — опускает взгляд на её запястье.
— Я не хочу о нем вспоминать, — тихий шёпот заставляет его покрыться мурашками.
— Почему?
— Больно.
«Девочка, если бы ты знала, как больно мне было забывать тебя».
— Он был хорошим, добрым...я влюбилась как дура. Полная дура. Обманывала его, потому что любила и боялась потерять. Боялась, что скажу: «мне пятнадцать» и он испугается. То есть, назовёт лживой и уйдёт. Поэтому лгала, — события тех дней проносятся перед глазами. Она быстро замолкает, когда парень приближается к её лицу, смотря в глаза. Расстояние минимальное. Воздуха всё меньше. Дышать трудно. Он улыбается. Ей не до улыбок. «Издевается», — мелькает в голове.
«Лови момент» — так написано на бутылках кока-колы. Картер привык жить по этому закону. Почему сейчас должен им пренебрегать?
Ему вдруг стало интересно, какие на вкус её губы. Не очень пухлые, да и в целом не такие красивые... самые обыкновенные. Она хочет что-то сказать, но его прикосновение не позволяет. Кислород заканчивается, когда Зара чувствует тепло его губ на своих. Кажется, что он может услышать бешеный стук её сердца. Глупый орган. Почему так реагирует?! Помада клубничный джем.
Звонок в дверь.
— Позже продолжим, — усмехается, отстраняясь. В мыслях, пока он идёт открывать какому-то смертному дебилу, лишь одно: «Твою мать».
У неё почти то же самое.
Неподвижно сидит на кровати, смотря прямо перед собой. На губах привкус зеленого чая с мятой. Его привкус.
— Не-не-не. Пора сматываться, — разговор с самим собой — признак сумасшествия. Ей уже плевать.
Выходит из комнаты, шаркая босыми ногами. Выглядит мило, хоть и не осознаёт этого. Девушки вообще существа странные. Их естественная красота настолько прекрасна, что лишь она и привлекает мужчин...но они прячут её под слоем косметики.
— Солнышко, почему ты мне не звонил? — какой противный щебет. Зара морщится, наблюдая за картиной.
Эмили Шилдс стоит у порога. Он напротив. Вот кто прервал поцелуй.
Взгляд ярко-накрашенных глаз направлен прямо на Зару. Обратный отсчёт пошёл. Девчонка бодро улыбнулась, наслаждаясь ситуацией. Спектакль никто не отменял.
Парень оборачивается, брови медленно ползут вверх при виде полуголой Зары.
— Кто это?! Это та дрянь?! Ты с ней спишь? — бомба взорвалась. Смех распирает изнутри, но настоящие актеры должны сыграть пьесу до конца.
Открывает рот, чтобы возразить, но девушка перебивает:
— Не дрянь, а Зара. Да, мы с ним спим. Знаете слово «секс»? Так вот это он и есть. Пять раз за ночь... м-м-м... ваш молодой человек, точнее, уже бывший, прекрасен в постели. Хотите узнать подробности? — подходит ближе, облизывая губы. Глаза дьявольски блестят. Ею движет азарт и ничего больше.
«Что она творит?!».
Картер застывает на месте, тихо посмеиваясь. Маленькая чертовка завладевает вниманием. Её запах апельсинов дурманит разум...
«Прекрати!».
На Эмили девушка оказывает огромное впечатление. Светская львица была не готова к такому развороту событий. Как Картер Моллиган смог променять её, секс-бомбу шоу-бизнеса, на какую-то подстилку!
— Шлюха!
Только этого она и ждала. Как красный цвет для быка, так и это для юной Уэйн служит сигналом.
— Я предпочитаю «девушка низкого социального статуса». Будем же толерантными, — она подходит слишком близко. Смотрит в упор. Где-то позади Картер с трудом сдерживает смех.
Страх появляется в глазах знаменитой модели. В памяти свежо испорченное вином платье.
— А ещё я предоставляю услуги лицам женского пола... вы не желаете? — шепчет, кончиками пальцев проводя по щеке мисс Шилдс.
Главное, не засмеяться.
— Отойди от меня! Лесбиянка! — визжит напуганная особа.
Зара разворачивается на пятках и с непроницаемым лицом задаёт вопрос парню, что уже пять минут содрогается от безудержного смеха.
— Где у тебя тут можно пописать?
— Что?
— Люди иногда должны ходить в туалет. Они это делают в унитаз...или в кустик. Кустика у тебя тут нет. Есть унитаз? Где он? — улыбается. Её детская улыбка заразительна.
— Там, — показывает налево. Девчонка благодарно кивает и медленно шагает в ванную.
— Картер Моллиган, мы расстаёмся! — пищит Эмили и хлопает дверью.
— Наконец-то, — вырывается у Картера.
Зара застывает на месте, от прекрасного настроения не остаётся и следа. Воспоминания тяжелым комом наваливаются на девушку. Дыхание прерывается, руки холодеют.
— Картер Моллиган, значит? — ухмылка появляется на лице, когда она поднимает взгляд на не менее удивленного парня.