⟩⟩ГЛАВА 4⟨⟨
***
Все каникулы этот инцидент не давал мне покоя.
Из раза в раз я возвращался мыслями к этой сцене в туалете и думал, что сошел с ума, потому что я отдавал себе отчет в том, что этот мимолетный недопоцелуй был мне приятен и пробудил внутри те чувства, которые не должен был. Я и так понимал, что успел прикипеть к Антону, мы много с ним общались, но… Было одно большое «но». Он все еще оставался моим учеником. Школьником, младше меня на семь лет. Какой же я дурак.
«Нужно просто выкинуть это все из головы и забыть, как страшный сон», — решил я для себя, в результате всех этих размышлений.
Сон. Сон стал отдельной проблемой. Я начал бояться ложиться спать, потому что во снах ко мне приходил Антон. Мы разговаривали и иногда целовались. И это все не способствовало моему плану. Как из головы выбросишь такое?
Через неделю каникул я пришел в школу и остался там допоздна — на меня повесили заполнение отчетности. К предстоящей проверке переписывались почти все журналы, бланки и документы. Вот такими увлекательными делами занимаются учителя на каникулах.
Я тупил над журналами с отчетами о сотрудниках школы, нужно было перенести информацию из одного в другой, а мысли мои витали все там же — в запрещенных закоулках сознания с пометкой «Антон». Совсем изведя себя за последнюю неделю, я решил, что думать о своем ученике я могу себе позволить. Просто это все должно оставаться мыслями, не более.
— Привет, старик, — в учительскую вошел Паша, водрузив на стол внушительных размеров стопку тетрадей. — Ты чего такой смурной?
— Да не, просто задумался, — я попытался изобразить подобие легкой улыбки.
— Ага, я вижу.
Паша достал журналы седьмых классов и сел напротив, притянув к себе тетради.
— Знаешь, друг, — он посмотрел на меня, прищурив глаза, — тебя явно что-то мучает, — заявил Паша и достал из кармана свою любимую электронную сигарету, закурил, — Расскажи, легче станет, — закончил он.
— Не, Паш, там совсем жопа.
— Я даже представить не могу, в какое дерьмо ты можешь вляпаться, чтобы я этого не понял.
Я не ответил, только отобрал у него сигарету и затянулся сам
— О, понятно, все совсем плохо, — хмыкнул он.
— Да, Паш, именно так.
Паша молча наблюдал за тем, как я курю. Ждал. И, конечно же, дождался, я проиграл этой звенящей тишине.
— Я, кажется, влюбился, — выдавил я.
— О, а чего тогда убиваешься? — весело спросил он, но тут его выражение лица сменилось на подозрительное, и он спросил шепотом: — В ученицу, что ли?
Я не стал уточнять, что не совсем в ученицу и убито кивнул.
— О, приятель, это правда жопа, — он потянулся через стол и похлопал меня по плечу. — Ну, ты держись. В твоем случае, все как в музее — смотреть можно, руками трогать нельзя. Ну, до ее окончания школы точно.
— Да знаю я, — уныло ответил я. — Просто бесит, что не могу отвлечься.
— Класс-то хоть какой?
— Вот так я тебе все и рассказал, — хмыкнул я.
— Ну хоть старшие, я надеюсь?
— Ну конечно, Паш, ты чего?!
— Ладно-ладно, я на всякий случай уточнил!
Почему я рассказал Паше? Наверное, потому что он, как никто, мог меня в этом понять. Пару лет назад он женился на своей же ученице. Правда, встретились они через несколько лет после ее выпускного и поняли, что это
любовь. Моя ситуация, конечно, была сложнее, но выговориться хоть кому-то было необходимо, хотя бы не уточняя детали, как сейчас.
***
××××××××××××××××××××
Вот как и обещала)
4 часть!🌮❄️🌹