13 глава.
Дана приехала к Кэтрин чуть позже шести, с рюкзаком за спиной и сияющей улыбкой на лице.
— Ну что, принцесса, готова голос сорвать? — сказала она с порога, не дожидаясь приглашения, и сразу прошла в комнату Кэтрин, будто жила здесь.
— Скорее, готова оглохнуть от тебя, — усмехнулась Кэт, закрывая за ней дверь и бросая на кровать пару вещей на выбор.
На кровати уже лежало несколько вариантов одежды: юбка и блестящий топ, простое платье и даже джинсы с ярким кроп-топом. Дана склонилась над вещами, будто эксперт моды.
— Ты что, реально хотела надеть это? — она подняла серый топ. — Ты едешь в караоке, а не на физику. Где пайетки, где свобода, где вайб?
— Я не хочу выглядеть, как диско-шар.
— А я — хочу.
Дана достала из рюкзака собственную одежду: чёрное обтягивающее платье, сапоги и серебристую цепочку. Кэтрин закатила глаза:
— Ты серьёзно? Мы же поём, а не идём за призом на MTV.
— Всё должно быть с эффектом. Даже катастрофа. — ответила Дана, начав переодеваться прямо на месте.
Кэт в итоге выбрала чёрную юбку и бордовый топ на тонких бретелях, немного туши, блеск на губы — и готово.
Пока Дана возилась с волосами, выпрямляя каждую прядь, Кэтрин приколола одну чёрную заколку к своей косе.
— Так пойдёт? — спросила она, взглянув в зеркало.
— Пойдёт? Девочка, ты так пойдёшь, что нам всем потом микрофон не дадут, только тебе.
Они посмеялись, взяли куртки, и Дана бросила:
— Ну всё. Вечер — наш. Только пообещай не сбежать посреди вечера.
Кэтрин посмотрела на подругу, и впервые за весь день почувствовала, как отступает напряжение.
— Обещаю. Только если ты не уйдёшь первая.
Они хлопнули ладонями и вышли из комнаты, готовые встретить ночь с микрофоном в руках и бесконечными песнями в плейлисте.
Они стояли у подъезда, утопая в огнях начинающегося вечера. Бриджит проверяла телефон, Дана — поправляла серёжку в зеркале камеры, а Кэтрин невольно дёргала край юбки, ловя себя на том, что нервничает. Хотя казалось бы — обычный караоке-вечер.
Через минуту подъехала машина.
Чёрная, аккуратная, блестящая.
— Такси подъехало! — скомандовала Дана и первой открыла заднюю дверь, закидывая внутрь куртку. Бриджит села рядом, продолжая что-то набирать в телефоне.
Кэтрин обошла машину и открыла переднюю дверь.
Юбка чуть задралась — она аккуратно села, пригладила ткань и подняла глаза...
Сердце резко стукнуло в горло.
Он.
Том.
За рулём. В чёрной рубашке, с закатанными рукавами.
Один взгляд — и сразу стало ясно: ничего не случайно.
Он даже не посмотрел на неё, просто лениво улыбнулся, как будто был действительно водителем такси, а не психом, который шпионит за каждым её шагом.
Кэтрин вцепилась в ремень безопасности, взгляд — прямо вперёд, спина — идеально прямая.
Нельзя спалиться.
Нельзя показывать, что знает его.
Что боится.
Сзади Дана болтала без умолку:
— Брид, ты когда последний раз пела? Только честно. Я помню, как ты в душе фальшивила под Ariana Grande.
Бриджит хихикнула, в голосе — ничего, кроме расслабленности.
— А я помню, как ты чуть не выронила микрофон на сцене, когда пыталась изобразить Бейонсе.
Кэтрин молча смотрела в окно, чувствуя, как напряжение впивается в кожу, будто ремень на шее.
Он вёл, не говоря ни слова.
Пальцы — спокойно лежали на руле, будто в этом не было угрозы. Но она знала. Каждый поворот, каждый взгляд в зеркало — он знал, что она знает.
Она будто снова оказалась в том доме, в том лесу.
Словно дыхание Тома всё ещё звучало в ушах.
И всё же... она не показала ни капли страха.
Когда он свернул в нужную сторону, Кэтрин краем глаза заметила его насмешливую улыбку — будто он играл с ней, наблюдая, как она держит себя в руках.
Сзади Дана вдруг сказала:
— О, а водитель хоть прикольный. Хм, необычно молчаливый.
Кэт сжала зубы.
Только не заговори с ним.
Только не дай ему повод.
Но Том продолжал молчать.
Как будто вёл их на самую обычную вечеринку.
Как будто это всё не было частью чего-то гораздо более тёмного.
Машина продолжала ехать по прямой, никуда не сворачивая, не сбавляя хода. Улицы сменялись, фары отражались в стекле, и всё казалось бы шло своим чередом — обычная дорога в караоке. Только Кэтрин знала, что с ним — ничего не бывает обычным.
Она украдкой бросила взгляд назад, на Бриджит. Та что-то листала в телефоне, даже не поднимая головы.
Не узнала.
Даже не глянула на лицо водителя.
Кэт вздохнула и снова уставилась вперёд.
Том. Безупречно спокоен. Как будто действительно просто водитель.
Но она чувствовала — он что-то задумал.
Вдруг, он вытянул руку к панели и включил музыку.
Не радио.
Трек. Лично выбранный.
Спокойная, странно знакомая мелодия заполнила салон.
Пианино. Мягкие синты.
И голос.
Голос... её.
Её голос.
Запись.
— Что за... — прошептала Кэт, медленно оборачиваясь к динамику, словно это источник кошмара.
Это была старая запись. Точно. Она помнила.
Запись, которую она делала однажды ночью дома, играя на фортепиано. Слова, которых она больше и не помнила. Песня, что никогда не публиковалась.
Он нашёл её.
Он её записал.
Он следил даже тогда.
Кэтрин медленно перевела взгляд на Тома.
Он вёл спокойно, и даже не повернул головы, но на губах — еле заметная ухмылка.
— Тебе нравится этот трек? — тихо сказал он, как будто между прочим, одними губами.
— Ты же любишь играть, Кэтрин. Я просто хочу, чтобы ты это помнила.
— Что это за музыка? — спросила Дана сзади, лениво, не слишком вникая.
— Прикольно, но странно. Кто это поёт?
Кэт сглотнула.
Слова застряли в горле.
— Наверное, какая-то малоизвестная инди-группа. — бросила она, заставляя себя выровнять голос.
— Хм. Атмосферно, да, Бридж? — сказала Дана.
Бриджит кивнула рассеянно, даже не убирая телефон.
Кэтрин снова посмотрела вперёд.
Том мельком взглянул на неё, и на его лице не было угрозы. Только напоминание.
Он хочет, чтобы она знала — он в курсе каждого её шага.
Каждой ноты, каждого слова.
И он — ближе, чем ей казалось.
А машина, тем временем, подъезжала к самому входу в караоке.
Ни один поворот не был лишним.
Но страх внутри остался.
Не от дороги.
А от того, насколько далеко он уже зашёл.
Машина повернула за угол, и они уже видели яркую вывеску караоке-бара.
Толпа, неоновый свет, музыка снаружи.
Жизнь.
Обычная. Без сталкеров. Без мафии. Без записей.
Когда она открыла дверь, он тихо сказал:
— «Пой красиво. Я слушаю.»
Она не обернулась. Не ответила.
Но внутри всё сжалось.
Как только машина плавно остановилась у входа в караоке, Кэтрин потянулась к дверной ручке, сдержанно выдохнув, будто прорывалась на поверхность после долгого задержанного дыхания.
— Приехали, девочки! — бодро сказала Дана, хлопнув по плечу Бриджит.
Кэтрин одним движением открыла дверь и вышла, прижав юбку, чтобы не зацепить ткань. Воздух был влажный, но прохладный. Улица освещалась неоном вывески: "KARAOKE HALL".
Том не произнёс ни слова. Просто слегка кивнул, прежде чем уехать.
Но как только она обернулась — ловит взгляд Бриджит.
Тот самый, мимолётный, как вспышка света перед грозой.
Не просто взгляд: намеренный, изучающий.
Бровь чуть приподнята, губы сомкнуты в прямую линию.
Слишком спокойно.
Слишком внимательно.
Кэтрин почувствовала, как её спина напряглась. Она попыталась изобразить улыбку, будто ничего не заметила, но Бридж не отвела глаз сразу.
И только спустя секунду — отвела взгляд.
Снова обычная Бриджит. Снова будто не в курсе.
Но что-то в этом мгновении кольнуло Кэтрин глубже, чем хотелось бы.
Словно Бриджит...
Нет.
Она что-то вспомнила. Или что-то узнала. Но не сказала.
— Ну что, готовы петь как королевы? — Дана уже открывала дверь в зал, не заметив ни странной тишины, ни напряжения.
Кэтрин шагнула вслед, чувствуя, как всё вокруг становится всё более зыбким.
Даже в караоке, под светом прожекторов и блёстками на потолке,
тайна между ними продолжала жить.
Дверь караоке-клуба захлопнулась за их спинами, приглушая ночную прохладу и впуская их в мир неона, ярких вспышек и гулкой музыки из соседних кабинок. У входа, возле стойки, их уже ждали Элли, Клара и Джессика.
— Вот вы где! — воскликнула Элли, поднимая руку в лёгком приветствии, при этом даже не особо глядя в лицо Кэтрин.
Клара бросила взгляд с ног до головы, будто оценивая. А Джессика просто усмехнулась уголком губ, облокотившись на стойку.
— Это и есть Кэтрин? — уточнила Элли с тонкой ноткой, которую можно было спутать с дружелюбием, если не обращать внимания.
— Ага. Это Кэт, моя младшая сестра, — сказала Бриджит и подтолкнула Кэтрин вперёд.
Кэт вежливо кивнула:
— Привет.
— Милая. — Клара чуть склонила голову, но глаза её будто сверлили насквозь.
— У тебя интересная... аура.
— Типа "смерть или тайна"? — усмехнулась Джессика.
Кэтрин лишь натянуто улыбнулась.
Рядом стояла Дана и, видимо, не заметила напряжённой подоплёки — она, как всегда, была в своей социальной стихии.
— Привет! Я Дана. У Кэтрин, между прочим, идеальный музыкальный вкус, так что, думаю, она нас всех сделает в караоке. — весело заявила она и протянула руку Элли.
Пока девчонки обменивались именами и банальными шутками, Кэтрин чуть отступила в сторону, чтобы перевести дыхание. Бриджит подошла следом и встала рядом, будто случайно.
Молчание между ними казалось плотным, как пар.
И вдруг — тихий голос, еле слышный под гул зала:
— Это аудио.
Твой голос и твоя игра. Я знаю.
Кэтрин замерла.
Не повернула голову.
Только моргнула медленно.
Она знала.
Сердце застучало в горле.
Бриджит молчала. Не требовала объяснений. Не смотрела в глаза.
Просто стояла рядом. Словно ждала, что Кэт скажет сама.
Но Кэтрин промолчала.
Впервые за долгое время — она не знала, что ответить.
Бриджит продолжала смотреть вперёд, будто и не произносила ничего. На лице — всё та же холодная уверенность, как будто она знала гораздо больше, чем говорила. Кэтрин всё ещё стояла в полушаге от неё, глядя в одну точку, пытаясь выровнять дыхание и понять, что делать с тем, что только что услышала.
И тут, тем же ровным, тихим голосом, будто между прочим, Бриджит добавила:
— Дома поговорим.
Никакой угрозы. Ни раздражения.
— Сейчас просто... расслабимся. Не ночь же портить.
Кэтрин кивнула едва заметно, будто сама себе, чувствуя, как по спине прошёл лёгкий холод.
Она не знала, что именно знает Бриджит,
но теперь стало ясно одно:
времени почти не осталось.
А музыка уже звала, смех подруг поднимался выше, и всё это казалось таким фальшиво нормальным на фоне её разбитого покоя.
Караоке-комната была яркой — разноцветные огни, светящийся экран, беспроводные микрофоны и мягкие диваны, на которых уже расположились все участницы вечеринки. Кто-то заказал закуски, кто-то газировку, и в комнате запахло сырными палочками и клубничным лимонадом.
Клара первой схватила микрофон, даже не спросив, кто будет петь.
— Ну что, девочки, начнём весело?
Голос — звонкий, уверенный. А в глазах что-то хищное.
Она выбрала песню, будто специально демонстрируя вокальные данные, которых, впрочем, было явно меньше, чем пафоса.
Элли и Джессика хлопали, громко смеялись, переглядывались и перешёптывались, бросая то и дело взгляды на Кэтрин.
— Бридж, у тебя сестра просто золото. Слишком милая, чтобы быть настоящей, — усмехнулась Джессика, поднося к губам трубочку.
Кэтрин прищурилась. Это звучало как комплимент, но было им лишь наполовину.
Как будто её тестировали. Как будто проверяли, насколько она выдержит давление.
Бриджит этого, кажется, не замечала — или делала вид, что не замечает. Она смеялась, что-то рассказывала Элли, а потом потащила Кэт за руку на сцену.
— Давай, твоя очередь, покажи, что не зря занималась фортепиано.
Кэтрин пела. Не в полную силу, но достаточно, чтобы зал затих.
Даже Джессика замолчала.
В это время Дана сидела чуть поодаль, с бутылкой колы в руках, наблюдая.
Наблюдала внимательно.
Она хмурила брови, ловя взгляды Клары, Элли и Джессики. Что-то в них было не то.
Слишком натянуто. Слишком... правильно.
После песни она подсела к Кэтрин.
— Слушай... — начала тихо, — я не хочу быть параноиком, но... эти трое. Они будто что-то... скрывают. У тебя не было такого ощущения?
Кэтрин взглянула в сторону девушек.
Все трое как раз смеялись над каким-то не очень смешным видео на телефоне.
Их смех звучал немного слишком громко.
Слишком фальшиво.
Кэт медленно кивнула.
— Было.
Вечер продолжался в свете неоновых ламп, с битыми бокалами безалкогольных коктейлей, громкими песнями и вспышками камер. Караоке превращалось в что-то наподобие бала под масками — только вместо масок у всех были улыбки. Натянутые. Гладкие. Чужие.
Дана снова наклонилась к Кэтрин, когда та сидела за столиком, потягивая сладкую газировку с льдом.
— Я серьёзно, — прошептала она. — Они слишком старательно дружелюбны. Знаешь, как будто пытаются быть идеальными. Так никто не ведёт себя по-настоящему. Особенно с новенькими.
Кэтрин вздохнула, глядя на Клару, которая как раз смеялась над чем-то, сказанным Джессикой.
Их смех казался заученным, как будто это не искренние эмоции, а репетиция эмоций.
— Может, ты и права... — сказала она, но через пару секунд добавила:
— ...а может, мы просто накручиваем себя. В конце концов, они вроде... милые? Ну, пытаются быть. Может, это их стиль общения. У них просто другая атмосфера в компании. Универ, всё такое.
Дана фыркнула.
— Может, — пробормотала она, отпивая из бутылки.
Кэтрин улыбнулась, но в глубине души ощущала лёгкий, еле заметный укол тревоги.
В конце концов, это всего лишь девичник.
Просто караоке.
Просто девушки.
Просто...
почему тогда это не ощущалось "просто"?