22. Монстр
Какое-то время я просто сижу на полу комнаты, обхватив руками колени. За окном медленно тают краски заката, оставляя меня в полумраке спальни, которую сейчас освещает только рассеянный свет полной луны.
Я как-то полупьяно-заворожено наблюдаю за причудливыми тенями на противоположной стене, то и дело одёргивая себя, когда мысли вновь возвращаются к Тэхёну. Не хочу думать о нём. Он запер меня здесь, сделал своей пленницей, заложницей. Он не оставил мне никакого выбора, как, очевидно, ни раз делал с людьми, которых ему доводилось убивать... Господи... и этому человеку я могла доверить свою жизнь.
В голове бьётся одно-единственное желание – выбраться отсюда... сбежать, исчезнуть... Только бы подальше от него. Взгляд задерживается на большом окне. Но я вовремя напоминаю себе, что квартира находится на пятом этаже. Не настолько спятила, чтобы лишить себя жизни. С этим прекрасно справится и человек, заключивший меня здесь.
Уже начинаю засыпать, когда дверь вдруг с тихим щелчком открывается. Инстинктивно отодвигаюсь в сторону, крепче обнимая себя руками. Я словно раненный зверь, которого загнали в ловушку. Напуганный, доведённый до отчаяния... но в то же время готовый вцепиться в глотку каждому, кто попытается сделать ещё больнее. Мне нечего терять.
— Не подходи ко мне, — шиплю угрожающе, сжимая в кулаки руки, спрятанные в рукава чуть потрёпанного серого джемпера.
— Я принёс тебе попить, — беспечно отзывается мужчина, делая пару шагов в мою сторону.
Свет он так и не включает, поэтому мне трудно разглядеть его взгляд.
— А что, еда в твоей тюрьме не предусмотрена? — огрызаюсь, отодвигаясь ещё дальше, в самый угол. — Думаешь – ослабну, будет проще сломать?
— Я мог бы захватить что-нибудь, но ты ведь не станешь есть, правда? — фыркает он, медленно опускаясь на пол рядом со мной и протягивая стакан с водой. Морщусь, отворачиваясь от него. Тэхён едва заметно усмехается. — Гордая.
— Верно, — киваю, утыкаясь носом в колени. — Поэтому ты можешь сколько угодно держать меня здесь пленницей, я не подчинюсь тебе.
Ким качает головой, отставляя стакан в сторону, и удобнее усаживается на полу, сохраняя между нами небольшое расстояние, что позволяет чувствовать себя хоть немного в безопасности.
— Я не жду подчинения, — отвечает мужчина спустя несколько секунд молчания, — и ты здесь не пленница.
— Ты запер меня, — напоминаю, лишь мельком взглянув на него. А он всё такой же раздражающе спокойный.
— Всего лишь дал тебе немного времени остыть и всё обдумать, — пожимает плечами Тэхён, доставая из кармана брюк пачку сигарет. — Но ты, похоже, наоборот успела нарисовать себе картинку мифического чудовища... Честно, я разочарован, котёнок, — на его губах снова появляется усмешка. Но на этот раз какая-то вымученная, с налётом горечи. — Ты ведь не глупая девочка, и прекрасно понимаешь, что если бы я хотел причинить тебе боль, причинил бы миллион раз, и мне бы никто не помешал это сделать. Я мог бы убить тебя ещё в ту ночь, когда ты пьяная осталась в моей квартире. Я мог бы трахать тебя, пока у тебя не закончатся силы кричать. Я мог бы сделать с тобой всё, что придёт мне в голову. Но я ни разу даже не подумал о том, чтобы по-настоящему прикоснуться к тебе, пока ты действительно мне этого не позволишь. Знаешь, почему? Потому что я одержим тобой, и на самом деле это я полностью подчинён твоей воле.
— Выпусти меня, — повторяю в который раз, но теперь во мне будто бы что-то ломается. Та самая железная оболочка, в которую успела себя заключить.
Мужчина снова качает головой, прикуривая одну сигарету из пачки. Он выдыхает облако сероватого дыма, небрежно стряхивая пепел прямо на пол, и поворачивается ко мне. Даже в таком плохом освещении я могу разглядеть, как играют дьявольские искорки в тёмных глазах.
— Но ты ведь не хочешь уходить, — лениво усмехается Тэхён, делая очередную затяжку.
— Хочу, — отрезаю, вскинув подбородок. — Что меня здесь держит, кроме замка на двери?
— Я, — произносит так уверенно, словно это самая очевидная вещь на свете, и нет никаких причин в этом сомневаться.
Из моего горла рвётся нервный смешок. Ещё один. Я прикрываю рот рукой, на секунду зажмурив глаза, из которых вот-вот грозятся хлынуть слёзы. Нужно взять себя в руки. Нельзя сейчас поддаваться истерике, только не в тот момент, когда он рядом со мной.
— Неужели... — голос срывается и хрипнет. Обнимаю себя руками и делаю глубокий вдох, чтобы успокоиться, — неужели ты думаешь, что я... я добровольно останусь в одной квартире с убийцей? С человеком, для которого чужая жизнь... просто ничто... пепел? Ты... монстр для меня.
Он морщится, крепко сжимая между пальцами недокуренную сигарету. Мои слова явно задели его, даже разозлили. Хочу уже снова отодвинуться в сторону, но что-то останавливает меня. Просто сижу рядом и смотрю на него, цепляясь за ткань джемпера.
— Монстр? — рычит Ким, затушив сигарету прямо о пол.
Не успеваю сказать и слова, как он делает рывок и оказывается надо мной, упираясь руками о пол по обе стороны от моего тела. У меня дыхание спирает, но я продолжаю упрямо смотреть на него, подавляя в себе страх, боль и что-то ещё, более сильное, отзывающееся мурашками по коже и усиленным биением сердца. Я могла бы спутать это со страхом... но, нет, я не боюсь его так сильно.
— Но ты ведь всё равно хочешь, чтобы я к тебе прикасался, — голос похож на шипение, тихий, но от этого наводящий не меньший ужас. Мужчина приподнимает одну руку и проводит пальцами по щеке. Вздрагиваю, испустив испуганный вздох. — Хочешь, чтобы я был рядом, чтобы держал тебя крепко, чтобы целовал...
Его чуть горьковатые от привкуса сигарет губы на моих губах, дыхание по коже, лёгкие прикосновения пальцев через тонкую ткань кофты. Меня трясёт немилосердно. Только от страха ли? Нет...
— Нет, — выдыхаю, упираясь дрожащей ладонью ему в грудь, — нет.
— Хочешь, — шепчет мне на ухо, вызывая мурашки по коже.
— Нет... — моё едва слышное в ответ на лукавую полуулыбку.
Тэхён ничего больше не произносит, обхватывает мою голову руками и впивается губами в мои губы. Поцелуй горячий, жадный и какой-то отчаянно болезненный. Я слабо бьюсь в его руках, но слишком быстро обмякаю, цепляясь за ткань его рубашки и притягивая ближе к себе.
— Да, — шепчу, когда он отпускает меня, — хочу.
— Я знаю, — улыбается Тэхён, заправляя прядь волос мне за ухо и нежно целуя в висок. — Моя девочка.
— Но я уйду, — добавляю, и на этот раз голос звучит на удивление твёрдо. — Уйду, если ты не расскажешь мне правду о себе, если всё не объяснишь. Я не смогу жить во лжи.
Хмурится, отстраняясь и снова усаживаясь рядом со мной. Несколько минут мы проводим в молчании, смотря лишь на тени на стене.
— Ты ведь не расскажешь мне, да? — нарушаю тишину, сжимая руки в кулаки. Мне больно... мне слишком больно, чтобы я могла так легко подавить, притупить эту боль. — Ты так отчаянно хватаешься за тайну своего прошлого.
Ким молчит. Снова достаёт из кармана сигареты и поворачивается ко мне, задумчиво вглядываясь в моё лицо.
— Ещё отчаяннее я хватаюсь за тебя, — признаётся он, лишь на секунду отводя взгляд. — Спрашивай... что посчитаешь нужным.