Déjà vu

В квартире Томаса всегда жило одиночества. Квартира выглядела ослепительной, модернизированной, роскошной. Это была квартира настоящего холостяка. Пошлого, пустого, плоского, усыпанного клише с ног до головы. Он создавал это впечатление, но так ли это было на самом деле? Давайте приглядимся...
На полу стояли банки с засохшими цветами сестры, из-за чего на кухне воняло застоявшейся водой. У него были истерзанные обои у плинтуса, рядом с мраморным столом стояли старые, деревянные стулья. Стоял книжный пыльный шкаф, хотя сами книги были в идеальном состоянии. Около огромного окна лежал грязный и потный плед. На подоконнике находились дешевые кружки, но с дорогим чаем. По мелочам казалось, что он был ясновидцем. Он пел только по утрам. Казалось, его мечтой было покрыться паутиной. Он разрывал свои же журналы, а из клочьев делал нечто такое, что не имело названия и смысла! На самом деле, его деяниям не было названия - он хотел, чтобы у него самого не было имени! Томас Броди-Сангстер. Чартовски предвзято. Не находите? Он хотел, чтобы его имя были заученные отрывки из «фауста», родинки на щеках Дилана, уши Джоконды, французское солнце, конча на свежескошенной траве, обугленные спички. Его деяния - это шум, невнятность, нехватка. Его никто не знал, не знает и не узнает. Вы понимаете о ком я?..

21:48.
Дилан и Эмма разговаривают по телефону.
-Ого, значит, теперь ты живешь у Томаса?
-Пока не знаю... Но мама видимо не хочет теперь видеть меня...
-О Боже, Дилан, мне так жаль,- протянула Эмма на другом конце телефона.
Мальчик лишь тяжело вздохнул на это.
-Знаешь, не думаю, что тебя развеселит этот факт, но все же...
-Что? Говори.
-В общем, по дороге в больницу, он поцеловал тебя в лоб, а таксист спросил: Ваше?
-А он?
-А он ответил: Да, мой.
О'Брайан хмыкает, но все же улыбается.
Из коридора слышится скрежет открытия двери ключом.
-Ладно, спасибо, Эм. Просто, тут Томас пришел.
-А, окей. Позвонить тебе позже? Тебе точно ничего не надо? Бульен? Таблетки? Чай?
-Нет, нет, спасибо. Все есть.
-Ладно, хорошо. Поправляйся, милый.
-Спасибо, Эмма. Пока.
-Пока.
Повышенная влажность перебралась с кухни сюда. Но Дилану нравился этот запах сырости вокруг, хоть он и еще чаще кашлял из-за него. Чай был отличным лекарством от этого. Дрожащими ногами он начинает вставать с кровати и...
-Сиди, сиди,- останавливает его только что вошедший блондин. Ты хочешь что-нибудь взять?
-Да. Тебя,- хихикает брюнет, но тут же его горло разрезает агонией, из-за чего он начинает хрипеть и кашлять.
-Ляг обратно. Я принесу что нужно.
-Чай с ромашкой,- вытягивает из своей глотки слова О'Брайан.
Том поспешно стягивает с себя обувь и одежду, накидывает на себя старую футболку, попутно добавляя в лечебные травы кипяток,- ты спал сегодня?
-Еще нет.
-Дилан, у тебя воспаление легких. Ты думаешь, что это шутки? Тебе нужен сон. Обязательно.
-Я хотел спать с... с тобой,- хрипит мальчик.
-Окей. Вот, я пришел,- Том протягивает Дилану кружку с обжигающей жидкостью и ложится рядом с парнем:
-Пей и спи.
-То-о-ом,- протягивает мальчик, пытаясь расположиться по-удобнее в объятиях блондина.
-Да?
-Расскажи как это было. В смысле... как ты пришел в то кафе, где я работаю? Тебе его кто-то посоветовал?
-Ну, нет. Просто моя сестра живет недалеко от него. И часто ходит туда.
-Хм, странно. Я видел ее в первый раз...
-Я сам не ожидал увидеть тебя, если честно... я и не хотел.
Мальчик нахмурился и заметно погрустнел.
-Я увидел тебя в фартучке, работающим и напряженным, все время бубнящим себе что-то под нос, а владелица Дебби постоянно говорила тебе что-то, а потом пришла Эмма и начала рассказывать тебе что-то... - Том помедлил, будто вспоминая те самые моменты неловкости.
-А потом?..
-А потом ты обернулся и улыбнулся. И тогда я понял, почему Дебби зовёт тебя "Солнышко". Знаешь, ты бы видел себя, когда ты улыбаешься, Дил...
Свет луны сквозь шторы лег на их плечи, заплетая в поцелуй тени. А Дилан спал. Сладко и крепко. Его расплавленное сердце (запахом Томаса) вытекло из груди и потекло к нему навстречу,
как одна капля разлитой ртути стремится к другой.

23:56
Но Томас не спит. Он перебирает волосы Дилана, пробуждая в себе новые мысли, эмоции, страхи:
Твою мать, еще этот стояк! Может быть разбудить его?.. Нет, он и так плохо себя чувствует, да еще и не выспится... Может быть сходить в душ и быстренько утолить свою жажду?.. Нет, я отойду от него и все потухнет. Меня возбуждает его запах. Он пахнет как любовь. Он и так сбежал в эту ночь из своего забытого дома...
Мысли, мысли, мысли! Когда сводит скулы от невозможности что-то сказать, прикоснуться и мысли сжирают подобно червям.
Вдруг, Дилан начинает бормотать сквозь сон:
-Вперед. Вперед.
-Что?- обеспокоено переспрашивает блондин.
От посторонних голосов О'Брайан просыпается:
-Нам пора уехать.
-Я правда, не знаю... Не понима...
-Да, уже пора. Самыми счастливыми днями в моей жизни были те дни, когда я сбежал из дома в прошлом году. Я не знал куда идти. Просто шел куда глаза глядят. Никогда еще дни не были такими долгими и яркими. Я не мог насытиться этими красками. Я никогда не видел моря! Давай пешком отправимся в Африку! Будем бродить там по пустыням. Я всегда хотел солнце... Я всегда хотел много солнца! Мне нужно солнце! Понимаешь?! Мне нужно солнце!
-Куда ты хочешь поехать?
-Я не знаю, куда угодно. Мне просто нужно солнце!- на удивление Томасу Дилан начинает плакать и протяжно нять. Мальчик запрокидывает голову, подставляя лицо под свет из окна с ароматом истлевших костей; в ночных вихрях он видит воздух, сочный и пряный. Трясущиеся руки настигают свой предел, да и клацанье зубами уже сложно остановить.
-Дилан, ты бредишь! У тебя жар!
-Я горю от тебя, Томми! Это все из-за любви! Из-за любви! Можно я перееду к тебе? Можно? Я умоляю тебя, давай жить вместе Томми! Томми...
-Я принесу жаропонижающее...

02:47
На улице больше не идут дожди. Там выпал нелюбимый Томасом снег, изворотив его балкон до неузнаваемости; ступая по нему, он слышет этот немощный хруст недосказанных чувств. Его душ, его стол на кухне, где они завтракают и, особенно, его кровать - места, в которых он влюблялся в того самого мальчишку стали их местами.
Его сезон окончен. Но их сезон только начинаются. Том выдыхает едкий сигаретный дым, и вздрагивает, когда слышит голос Дилана позади себя.
-Знаешь, Томми, однажды кто-то мне сказал, что падающие звезды - это сигареты, которые ангелы выбрасывают до того, как их поймает Бог за курением.
-О Боже, Дилан,- уходит с балкона, посмеиваясь, блондин, и ложится рядом с мальчиком, окутывая того сигаретным дымом,- там выпал первый снег. Тебе уже лучше?
В ответ на кивок, он ловко забирается под одеяло, ища ноги брюнета и обкладывая их своими, чтобы согреться. Дил трется носом о его плечо.
-Расскажи мне еще что-нибудь, мыльный пузырик.
-А что ты хочешь?
-То, что посчитаешь нужным,- он обнимает одной рукой мальчика, еще ближе прижимая к себе.
Дил не волнуется. Он уверен в себе и не колеблется:
-Все королева Маб. Ее проказы.
Она родоприемница у фей,
А по размерам - с камушек агата
В кольце у мэра. По ночам она
На шестерне пылинок цугом ездит
Вдоль по носам у нас, пока мы спим...
-Шекспир?- перебивает парня Сангстер.
Дил кивает:
-Да, конечно. А ты что хотел?
-Я не знаю, я думал ты начнешь нести всякую чушь, как обычно делают другие.
-Да?
-Да.
Томас улыбается. Нежно, мягко, будто свечение от свечки. Вдруг Дилан ловит себя на мысли, что ни разу в жизни не видел такого Томаса.
-Я... я люблю... Люблю тебя,- брюнет прижимается к груди Томаса, крепко, будто пытаясь пролезть под его кожу. Хотя зачем? Ведь он уже там.
Томас целует мальчика в макушку. Он хотел бы лежать тут вечность. Он не хочет больше шевелиться, потому что боится спугнуть его. Он хотел бы узнать все его секреты, которые только возможны. Он хотел бы быть всем для него, так как сейчас он является всем для Тома. Он не влюблен. Он любит его.

04:33
Дилан и Томас лежат в кровати ночью, в темноте, они оба проснулись, голова Дилана лежит на груди Томаса, который играет с волосами своего парня. Блондин немного прокашливается и прерывает молчание словами:
-Слушай, а ведь... ну, в смысле... ты прав. Может быть... ну, не хотел бы ты... не хотел бы ты переехать ко мне?
Он чувствует, как Дил немного напрягся, затем чуть-чуть переместил голову у него на груди и посмотрел на блондина, лицо которого освещено светом улицы, глядя ему в глаза, потом на его губы. Как он выглядит? Опешил? Мальчик пытается найти правильные слова, его рот открывается и закрывается несколько раз, но затем, он чуть слышно произносит:
-Да? да... да. Да я бы...
Томас кивает слегка с нервной улыбкой:
-Да?..
Брюнет издает громкий судорожный вдох:
-Я хотел бы,- затем прижимается поцелуем к губам Тома. Они оба хихикают друг другу в губы. Они оба мурлычат друг другу в губы. Они оба обожают друг друга. И они оба не могут насытиться друг другом. Они хотят молчать вместе. Они хотят умереть вместе.

все королева Маб. ее проказы.
она родоприемница у фей,
а по размерам - с камушек агата
в кольце у мэра. по ночам она
на шестерне пылинок цугом ездит
вдоль по носам у нас, пока мы спим.
в колесах - спицы из паучьих лапок,
каретный верх - из крыльев саранчи,
ремни гужей - из ниток паутины,
и хомуты - из капелек росы.
на кость сверчка накручен хлыст из пены,
комар на козлах - ростом с червячка,
из тех, которые от сонной лени
заводятся в ногтях у мастериц.