Ты забыл платок. И пятеро это заметили
Утро.
Кирилл смотрит в зеркало.
На шее — фиолетовая отметина, а чуть ниже ключицы — вторая.
Подарок от Димы. Тёплый. Мягкий. Нежный.
И абсолютно неодобряемый в доме с пятью "папа-папа-куда-собрался" людьми.
— Боже, — шепчет Кирилл. — Я труп.
Он хватает шарф. Потом — водолазку. Потом — худи.
На улице +22.
— Ты в Сибирь собрался? — спрашивает Ромео, проходя мимо.
— Мне… прохладно. Внутри.
— Это ты влюблён, а не мёрзнешь.
Кирилл улыбается нервно.
---
На кухне:
Феликс:
— Что-то ты тихий.
— Устал.
Габриэль:
— И вспотел.
— Ну, тепло же!
Данте:
— Тепло, но ты в трёх слоях одежды.
— Это стиль.
Джокер (с прищуром):
— А шарфик зачем? Мода?
— Горло болит.
— Тогда покажи язык.
— Что?!
— Проверка на вирус.
Кирилл в панике.
— Я… в туалет. Срочно!
---
Он забегает в ванную.
Смотрит в зеркало.
— Боже, он оставил ещё один за ухом?!
— Димаааа…
Звонок в дверь.
— Это он.
Кирилл выбегает.
Дима стоит. Улыбается.
— Привет, поцелованный.
— Ты, чудовище романтичное, меня убьёт моя семья!
— А я думал, ты спрятал.
— Я пытался! Ты что, учился у вампиров?!
---
Из-за спины звучит голос Джокера:
— Кирилл. Привет, Дима. Прелестная шея у моего сына.
— Аааа…
— И шикарное чувство вкуса у тебя. Я одобряю. Но, на всякий случай, на следующий раз — тональник слева от зеркала. Пользуйся умнее.
---
Кирилл замирает.
— Ты… ты не злишься?
Джокер усмехается.
— Я выжил в доме с четырьмя влюблёнными мужиками. Думаешь, меня испугает один подростковый засос? Главное — чтобы с уважением.
— С уважением было, — честно отвечает Дима.
— И чтобы с согласием.
— Да, да!
---
И из кухни доносится:
Феликс:
— Только не на видимых местах, Господи!
Ромео:
— Воду он кипятит, а внуков заводит.
Данте:
— "Следы на теле — не пятна, а подписи. Подписи, что были рядом."
Габриэль:
— Кирилл, я приготовил тебе шарфик потоньше. И мятный гель от раздражения. Всё предусмотрел.
---
Кирилл закрывает лицо руками.
Дима гладит его по спине.
— Тебе плохо?
— Мне очень хорошо… и очень стыдно.
— Значит, мы официально взрослеем.
---
И в этот момент Кирилл вдруг понял:
Пятеро могут волноваться, подкалывать, подсовывать тональник — но не осуждать.
Они рядом.
Они — за него.
Даже когда у него на шее сердечко.