Полицейский и его профессор

– Ну, и как... он? – спросил старший Чжао.

Чжао Юньлань посмотрел на своего отца, поднимая взгляд от заваленного бумагой стола, находившегося сейчас между ними, и сузил глаза.

– Он - мой муж. И у него вообще-то есть имя, Шэнь Вэй! – раздражённо проговорил он.

Потому что, с его отцом всегда было так. По какой-то причине, которую Чжао не мог понять, старик всегда вёл себя так по-отношению к Шэню. И всё же, у самого Шэнь Вэя никогда не находилось плохого слова об отце Чжао, он всегда относился к нему с уважением и, казалось, не беспокоился о том, что это было не взаимно.

Старший Чжао покачал головой, его разочарование было весьма очевидным.

– В этом весь ты, Юньлань. Всегда такой раздражительный, такой... импульсивный.

Чжао глубоко вздохнул и прислонился к столу, с силой сжимая кулаки на его поверхности. Он не взорвётся. Он не собирается удовлетворять своего отца тем, что тот прав насчёт его... вспыльчивой натуры.

Но его отец явно на этом не закончил.

– Ты вышел за человека, которого едва знаешь, человека, который хранит от тебя секреты, даже сейчас...

Довольно.

– То, о чём ты обязан знать, но ты злишься на меня. На меня! Когда я упоминаю об этом, вместо того, чтобы вести себя ответственнее...

– Отец.

– Он лжёт тебе, Юньлань! – продолжал старший Чжао. – О многом. О его семье, о...

– Отец!

– ...том, как вы впервые встретились! – триумфально закончил старший Чжао. – Знал ли ты об этом? В то время, как вы всем рассказываете о вашей первой встрече во время расследования убийства в университете - это ни что иное, как одна большая ложь?

Чжао сильно ударил кулаками по столу, вскакивая со стула. Получившийся удар был настолько громким, что его команда, собравшаяся в главной аудитории, повернули головы, глядя в их направлении. Чжао было всё равно. Всё, что его сейчас заботило, так это то что его отец наконец заткнулся.

– Даже если ты прав, – тихо проговорил Чжао, нависая над столом, – я всё же, не желаю слушать это от тебя. Не дави на меня, отец, не в этом вопросе. И не думай, ни на минуту, что я когда-нибудь приму твою сторону против Шэнь Вэя.

Старший Чжао мгновение смотрел на него, затем, хмыкнув, он развернулся и выскочил из кабинета, из управления, из здания, даже ни на кого не оглянувшись. Хорошо, что сначала они обсудили официальную часть, как будто точно знали, что их встреча закончится таким образом. Возможно, они, наконец, выучили этот урок из прошлых их встреч.

***

Он нашёл Шэнь Вэя в своём кабинете в университете, согнувшегося пополам и копающегося в шкафчике для бумаг, предоставляя на обозрение всем проходившим мимо двери свою аппетитную попку. Какое зрелище, Чжао радостно вздохнул.

– Соблазняем факультет, не так ли, профессор? – нахально заметил Чжао, прислонившись к дверному проёму и посасывая леденец с широкой улыбкой на лице.

Шэнь Вэй так быстро вскочил и повернулся, что ящик шкафа с грохотом захлопнулся. Когда он понял, кто произнёс эту возмутительную фразу, его лицо мгновенно смягчилось, как всегда, когда он видел Чжао. Но затем он одарил своего мужа стальным взглядом.

– Это не смешно, Юньлань, – строго проговорил он, поправляя свои очки.

Ах да, доводить Шэнь Вэя было одним из многих удовольствий в жизни Чжао с тех пор, как он обручился с этим удивительным человеком... Что вернуло его обратно к причине его визита...

Медленно, Чжао вошёл в кабинет и повернулся, чтобы закрыть дверь. Он замер на мгновение, прижав лоб к дереву и прикрыв глаза. Ему это не нравилось - расспрашивать мужа, но он должен узнать. Если он не спросит, это съест его живъём изнутри.

– Юньлань? – тихо спросил Шэнь Вэй, немного озадаченный.

Ладно.

Чжао глубоко вздохнул и оттолкнулся от двери, поворачиваясь лицом к другому человеку.

– Сегодня мой отец посетил меня в управлении, – сказал он, неторопливо пересекая офис и подходя к столу Шэнь Вэя.

– О, – ответил второй, всё ещё стоя на прежнем месте. – Вы двое подрались? – К счастью, он не стал добавлять слово "снова".

Чжао кивнул.

– И это тоже, – признался он, затем опёрся о стол, слегка расставляя ноги, и выбрасывая свой леденец в мусорную корзину; внезапно тот потерял свой вкус. – Но не из-за этого я здесь.

Шэнь Вэй немного нахмурился и сделал несколько шагов к нему.

– Тогда, что...

– Понимаешь, отец сказал мне кое-что невообразимое. – Чжао перебил его, глядя прямо на своего мужа. – Он сказал мне, что мы встречались раньше, ты и я. До убийства, из-за которого меня сюда отправили, чтобы расследовать. До нашей... "первой встречи".

Шэнь Вэй замер и опустил глаза - сердце Чжао упало. Проклятье! Чёрт бы побрал его отца!

– Шэнь Вэй, – умоляюще произнёс Чжао, – скажи мне, что это не правда, и я поверю тебе. Скажи мне, что этого не случалось и...

– Это правда, – тихо вмешался Шэнь Вэй, его руки были так сильно сжаты в кулаки, что суставы побелели. – Так и было.

Чжао сделал очень глубокий и очень медленный вдох, решая мыслить здраво вместо того, чтобы делать поспешные выводы. Он знает Шэнь Вэя. Он знает его, и он знает, что прошлое Шэнь Вэя - это минное поле, неисследованное, опасное и полное ям. Чжао знал об этом ещё до того, как попросил мужчину выйти за него замуж. И он всё равно поступил бы также, обручился бы с этим человеком. Сегодня или же завтра…

– Хорошо, – ответил Чжао, – продолжай.

Всё ещё с опущенным взглядом, сжимая кулаки, Шэнь Вэй продолжил: «Это было шестнадцать лет назад, вскоре после смерти твоей матери. Тогда ты так разозлился на своего отца, намереваясь причинить ему столько же горя, сколь было возможным. Ты много дрался в школе и однажды, однажды это закончилось тем, что ты попал в больницу.»

Чжао немного нахмурился. Да, всё это было правдой, но как...

Шэнь Вэй посмотрел вверх.

– Там-то мы и повстречались, в больнице.

В молчании, Чжао взглянул на своего мужа. У него возникло очень плохое предчувствие, будто он точно знал, куда ведёт этот разговор. Шестнадцать лет назад. Да, тогда он был доставлен в больницу - его директор, и отец были в ярости - и там, в больнице, там был мальчик, его возраста. Но это не мог быть Шэнь Вэй. Нет... только не тот мальчик.

Сдалав ещё шаг, Шэнь Вэй сказал: «Ты сбежал из палаты, когда твой отец был занят с документами. И спрятался от него. В моей палате.»

Это был Шэнь Вэй. Тот мальчик. Сердце Чжао сжалось.

– Я помню... – прошептал он, – и подумать не мог, что это был ты.

Шэнь Вэй слегка улыбнулся ему, но улыбка его была полна боли.

– Да, что ж. Тогда я выглядел... иначе. – Он посмотрел на свои руки.

Чжао тоже взглянул. И он вспомнил. Он вспомнил мальчика на больничной койке. Чёрное, синее и сломанное; такой разбитый, с толстыми белыми повязками, и ни единого дюйма кожи, которая была бы не порезана или не исцарапана. Тогда Чжао был ещё ребёнком, без капли познаний и опыта - в отличие от него теперешнего - но один взгляд на того мальчика, и он просто понял, что кто-то намеренно сделал это с ним, что кто-то хотел, чтобы он умер.

– Ты был добр ко мне в тот день, – сказал Шэнь Вэй немного хриплым голосом. – Ты стал первым человеком за очень долгое время, который был добр ко мне. Просто так. Ты сидел со мной, и ты держал меня за руку... и ты дал мне леденец - ты сказал, что это твой любимый вкус, что тебе нравится, как он окрашивает язык красным. – Это заставило Шэнь Вэя вновь улыбнуться.

В мозгу Чжао щёлкнуло. Он опустил взгляд на грудь Шэнь Вэя, где под его чистой белой рубашкой был спрятан кулон, такой же, как и у него. Внутри обоих янтарных кулонов имелась полость, предназначенная для маленьких безделушек. Чжао ещё не решил, что из вещей Шэнь Вэя он хотел бы сохранить в своём, потому что всё, что касалось его мужа, для него имело ценность, но Шэнь Вэй... Он знал, что Шэнь Вэй хранил в своём кулоне обёртку от леденца. Чжао подумал, что это было просто шуткой, но теперь...

– Обёртка внутри твоего кулона, – прошептал Чжао.

Шэнь Вэй улыбнулся и кивнул, дотрагиваясь до кулона через рубашку.

– Я сохранил её. Всё это время она была у меня. Когда что-то случалось... что-то плохое, это помогало мне. Это напоминало о тебе, и таким образом, помогало.

Когда его отец наконец нашёл его, Чжао не хотел уходить. В конце концов, старик всё же утащил его, но по крайней мере Чжао пообещал себе вернуться на следующий день и навестить мальчика.

– Я вернулся тогда, – сказал Чжао, протягивая руку своему мужу, который подошёл к нему совсем близко, вставая между его расставленных ног. Чжао смотрел на него. – Я вернулся на следующий день, но ты пропал, и они отказывались что-либо рассказывать мне. Они даже не назвали мне твоего имени.

Долгое время Чжао так злился на самого себя, что не спросил у мальчика имя, но паренёк смотрел на него такими большими, тревожными глазами, едва разговаривая с ним, что Чжао побоялся вообще что-либо спрашивать у того.

Шэнь Вэй провёл пальцами по волосам Чжао, поглаживая их.

– Да, они перевели меня в другое крыло. Для моей собственной защиты, так они сказали.

Чжао зацепил пальцами петли штанов своего мужа.

– Почему ты не рассказал мне об этом, когда мы встретились? – спросил он. Не обиженный, сердитый или раздражённый, но искренне интересующийся.

Шэнь Вэй ответил: «Когда мы встретились, я узнал тебя. Сразу же. Я даже и не понимал, что так ждал нашей новой встречи. Но когда ты меня не узнал, я...» Он сделал паузу, легко опустив руки на плечи Чжао.

– Это было очень плохое время для меня, все те прошлые годы. Ты был единственной хорошей вещью во всём этом. Если бы я упомянул о нашей первой встрече, мне пришлось бы объяснять и всё остальное.

И это было тем, чего Шэнь Вэй просто не делал, единственное, чего он никогда не делал: не говорил о своём прошлом. Чжао начал понимать, почему.

– И чем дольше я молчал... – Шэнь Вэй закачал головой.

Чжао осознал. Он хотел, чтобы Шэнь Вэй рассказал ему правду, но он также понял, почему он этого не сделал. Ушибы на теле того мальчика и по сей день также ярки в памяти Чжао, как и шестнадцать лет назад. Эти воспоминания болезненны - он был свидетелем этого.

Вздохнув, он притянул Шэнь Вэя и обнял его за талию. Он посмотрел на мужа, который, казалось, выглядел бледнее обычного. Это обеспокоило Чжао.

– Знаешь ли ты, что я стал полицейским из-за тебя? – спросил он.

Шэнь Вэй удивлённо моргнул, и вновь закачал головой.

Чжао кивнул.

– Да уж. Это было не из-за моего отца и его бесконечных лекций о долге и ещё много о чём. Это из-за тебя. Мальчика в той постели. Я бы хотел быть там, чтобы предотвратить что-то подобное, и если бы вдруг это произошло с кем-то другим. И я хотел найти людей, которые сделали это с тобой, и привлечь их к ответственности.

Шэнь Вэй улыбнулся ему и снова пробежался пальцами по волосам Чжао. Он ничего не говорил, но мужчина почти слышал его мысли о том, как это мило, эти слова Чжао.

Он не знал, как ему спросить следующее. И он решил осторожно подобраться к этой теме.

– Те... люди, которые причинили тебе боль, получили по заслугам?

На долю секунды Шэнь Вэй застыл. Но затем он снова расслабился, притягивая голову Чжао к своей груди, и улыбаясь целуя его волосы. – Не волнуйся, Юньлань. Человек, который это сделал, давно умер. И никому уже не причинит вреда, я обещаю.

Чжао кивнул, уткнувшись лицом в грудь своего мужа, вдыхая его запах и слушая его сердцебиение. Он хотел узнать больше, как и почему, обо всём. И он хотел убить всех, кто когда-либо вредил его любимому.

Но Шэнь Вэй вряд ли будет от этого в восторге, он знал это. Он никогда не был жертвой, но спасшимся. Шэнь Вэй - самый сильный человек, которого Чжао когда-либо знал.

Тем не менее, Чжао Юньлань убил бы и дракона ради него, если бы Шэнь Вэй попросил об этом.