Павший

От установки пришло оповещение о критическом уровне энергона. Предакон вышел из глубокой перезагрузки. Пришлось остановить подачу энергона и полностью разобрать установку. Заглушку снимать он пока не собирался.

Внутренняя диагностика показал, что часть систем восстановилась и протоформа теперь покрыта боевой бронёй пусть и тонкой. Оказалось ему нужен был очень серьёзный ремонт. Сейчас всё равно больше сделать нечего. Главное, что основные системы работают. Боевые протоколы активны, но оружейного обвеса не хватает. У него не было больше оружия, чем когти и пламя, но пока справимся и этим. Броня тонкая, но два-три выстрела в одну точку точно выдержит, может даже один удар клинком. Система навигации и отсчёта времени тоже работают. По отчётам самая неприятная травма - повреждение шестерни трансформации. Её пока что восстановить не удалось. Она работает, но при тарнсформации могут произойти сбои, которых пока что, слава Праймусу, не было. Поэтому придётся повременить с любыми преобразованиями, кроме необходимых. Из приятного были постностью восстановлены пластины оперения крыльев и двигатели полёта. Некоторые повреждения двигательной системы были восстановлены и отредактированы протоколы движений. Остались лишь небольшие доработки и сильная нехватка вооружения. С этим пока жить можно. Сейчас главная цель выпроводить отсюда чужаков и найти Великую искру. И здесь неудачу потерпеть нельзя.

Вентус прислушался к шуму за дверью. На удивление, его чуткие аудиосенсоры ничего не улавливали. Десептикон или затих, или ушёл. Узнать истину вряд ли получится. Предакон вынул заглушку. Дверь открылась сама, значит десептикон нашёл пароль. За дверью никого не было. Но запах был сильный и однозначно узнаваемый. Чужак был здесь и был долго. Предакон тихо вышел, внимательно осматривая каждый угол на наличие неприятных сюрпризов. Их почти не было. Многие ловушки содержали светлое вязкое липкое вещество, абсолютно не знакомое зверю. Предакон застыл перед полосой света, знаменующий выход из полюбившегося ему мрака. Там было так ярко. Очень много снега, и нет следов, как в пещерах. Мнимая безопасность. Вентус решил сходить в Пещеру памяти и в последний раз попросить сестру.

Предакон крадучись вышел из укрытия и быстро дошёл до пещеры, заметая следы хвостом. За эти дни сна так много снега нападало. Сейчас явно не лето. Может осень? Или весна? Для зимы слишком тепло. Зимой в горах броня ледяной коркой покрывалась, как только нос высунешь из пещер, и быстро замерзали лапы, теряя любую чувствительность. Очень много энергона уходило на личный обогрев. А летом наоборот все пытались найти укрытие от Ви и чуть охладить процессор. Очень быстро нагревались корпуса и иногда этот нагрев вызывал спонтанные активации синтеза огня, что было очень опасно. Поэтому предаконы были вынуждены летать в высоких слоях атмосферы или в облаках, там прохладнее. В этом тоже были свои минусы, например ржавчина, которую приходилось потом очень долго выводить.

Около Пещеры памяти были чужие следы. Десептикон здесь был или даже мог остаться. Предакон принюхался. Запах чужака исчезал с ветром. Вентус медленно заглянул внутрь. Всё осталось как было. Предакон зашёл, обнюхивая и осматривая всё. На удивление здесь не было ни одной ловушки. Тела были почти не тронуты. Местами виднелись странные новые отметины. Но это всё было не очень критично. Десептикон больше всего поиздевался над статуей. Тысячи царапин и несколько десептиконских иероглифов "украшали" памятник. Единственное нетронутое место была голова. Вентусу захотелось отплатить этому чужаку тем же, но пока дела были важнее, к сожалению. Предакон как и в прошлые разы поднялся на задние лапы, прихватывая передними яростные лапы статуи, и коснулся носом носа сестры, закрывая глаза. От неё как и в прошлые разы веяло холодом. Она молчала. Может внимательно слушала, а может ушла и затерялась среди звёзд. Хотя сестра его никогда не бросала. Всегда слушала, пусть он нёс полнейшую ерунду. Что ж может и сейчас выслушает?

- Я подумал над твоими словами, искорка, и решил поговорить с Праймом. Пусть мне и хочется разорвать каждого автобота на части. Прайм сказал, что Мегатрон мёртв. Я не знаю, как к этому относится. И вряд ли захочу узнать. Сейчас десептиконами управляет кто-то другой. А с ним говорить будет бесполезно. Все, кроме Мегатрона, не способны понять обречённость ситуации и не захотят останавливать войну. А Прайм, если не наврал, должен понять. Очень надеюсь, что до Теней не дойдёт. Я буду стараться этого не допустить. Всё так в кучу свалилось, что я иногда теряю приоритеты, ведь всё важно и Великая искра, и сбережение этой маленькой планеты. Представляешь, её назвали Земля. Забавное название, не правда ли, - великан усмехнулся, а потом снова замолк на несколько секунд. - Спой для меня, пожалуйста. Я должен понять, что я иду по нужному пути. Спой...

В пещере повисла тишина.

Чего он ожидал? Статуя петь не может и никогда не сможет. Вентус отшагнул назад, в последний раз касаясь каменных, но таких родных лап. Предаон развернулся, бросив прощальный взгляд на статую, и вышел. Снаружи дул ветер. Казалось, что он был недоволен, потому как швырял снег, камни и ветки в предакона, но вдруг стих и осторожно начал нашёптывать знакомую мелодию. Вентус моментально обернулся на давно забытый звук. Но это была иллюзия. В далеке в низине стоял трансформер. Он казался хрупким изящным, тёмным пятном на белоснежном снегу. У ног этого трансформера лежало тело того несчастного исцарапанного предакона. Десептикон чем-то игрался, перекидывая из руки в руку. Великан присмотрелся, это была голова этого мёртвого предакона. Десептикон намеренно осквернил тело его собрата. Глубоко в груди начали играть всполохи зарождающегося огня. Такого неуважения к своим Вентус стерпеть не мог.

Предакон настороженно начал приближаться к этому хрупкому, но ненавистному силуэту. С каждым шагом пламя поднималось всё выше, охватывая все внутренности и лаская глотку. Желание спалить этого меха теперь было решением. Предакон остановился в нескольких метрах от изуродованного обезглавленного тела. Под лапами таял снег от жара вспыльчивого зверя.

- Я и не думала, что предаконы могут быть настолько сообразительными, - заговорил десептикон обольстительным женским голосом. Сомнения исчезли. Это была женщина. Жестокая женщина. - К тому же ты последний. Я хочу тебя в свою коллекцию.

Её ноги тут же трансформировались в восемь паучьих лап, и она выстрелила из ладоней той странной белой вязкой субстанцией. Предакон уклонился, перекатившись, и всё-таки выпустил просящееся наружу пламя. Десептикон быстро закрутился на месте и пропал под землёй, уходя от смертельного огня взбешённого зверя. Предакон закрыл пасть, чуть сдерживая рвущееся наружу пламя, и подошёл к краю воронки. Теперь ясно. Это была она. Зверь зло выдохнул остатки огня вперемешку с дымом и горячей люминесцирующей жидкостью, стекающей из его пасти и плавящей камень.

Пусть только попадётся. Следующей встречи с ним ей не пережить.

Под предаконом резко провалилась земля. Зверь оказался по грудь в камнях. А из земли рядом, как бур, вырвалась паучиха, расправляя все свои восемь острых на концах лапок.

- Может, я тебя переоценила, и ты такое же тупое создание, как и все предаконы? - с наигранной задумчивостью проговорила она, постукивая тонкими пальчиками по подбородку. - Хотя какая разница? Начинать коллекцию с уже вымершего вида - фантастично! - её фиолетовая оптика засветились звериной жестокостью, удовольствием от охоты. Она жаждала увидеть страх в его оранжевой оптике. Страх смерти. Но он не даст ей такого удовольствия, не даст насладиться в полной мере его убийством.

Он пристально смотрел в её ячеистую фиолетовую оптику, пытаясь хоть чуть-чуть сдвинуть лапы, застрявшие в камнях. Она подходила всё ближе и ближе, уже подготавливая свои лапки для смертельного удара между тонкими пластинами брони. Предакон заметил, что паучиха целится в шею. Она всё рассчитала. Он выпустил почти весь залп огня, подавив остаток, и теперь перезарядка займёт больше времени, чем обычно. Зверь попытался укусить десептикона, но лишь схлопотал по морде одной из лапок.

- Ох, какой резвый! Ты был бы отличным питомцем. Цепным псом на моём поводке, - она наслаждалась каждым словом, подползая ближе. - Вот только повиноваться ты не любишь, как я вижу.

Предакон, уже не скрывая, рванулся всем телом в сторону, но камни не отпускали. Паучиха самодовольно засмеялась. Вентус злобно зарычал, пытаясь вызвать своё пламя. Но время перезарядки не прошло. Тогда великан схватил первый попавшийся под пасть камень и швырнул в паучиху. Десептикон еле успел пригнуться, и с её лица пропала самодовольная покровительственная ухмылка. Её перекосила гримаса недовольства и злости.

- Ты посмел поднять свою пасть на Королеву?! - почти воскликнула паучиха.

Предакон вырвал из оков одну из двух лап, за ней вторую и, извернувшись, рывком освободился, прыгая на паучиху. Десептикон прошмыгнул под брюхо, царапая живот семи восьмью лапками. Она надеялась распороть ему живот? Как самонадеянно. Зверь зацепил её своим хвостом и отправил точно в свою пасть с поднимающимся к глотке огнём. Она замазала ему пасть своей белой липкой субстанцией, но это не помешало придавить её к земле лапой. Жар пламени поджёг замазку. Предакон был готов обрушить всю силу огненного залпа на паучиху. Она пыталась вырваться как могла. На её лице зверь заметил страх. Паучиха что есть мочи вставила свои когти в стык его брони на передней лапе и что-то разрезала на протоформе. Лапа подогнулась. Предакон покосился, как неустойчивый старый бревенчатый дом, и рухнул, пытаясь направить своё пламя в неё, но паучиха исчезла в поднятой снежной крошке. Великан тяжело поднялся, слабо опираясь на повреждённую лапу. Он был готов снова вступить в бой с осквернительницей могил, но она больше не появилась.

Вентус простоял на месте с джор прежде, чем убедился, что она больше сюда не вернётся. Нужно похоронить этого искалеченного бедолагу. К сожалению, предакон так и не нашёл голову от многострадального тела. Пришлось хоронить так. Вентус поставил тело так, чтобы его царапин почти не было видно при дальнем рассмотрении.

Предакон бросил последний прощальный взгляд на испорченную статую. Он всё ещё надеялся услышать растворившуюся в ветре песню, навсегда утерянного предакона.

***

Предакон летел уже многие дни в поисках малейшего намёка на автоботов или десептиконов. Если они воюют, значит где одни, там появятся и другие. Но пока что никаких следов ни автоботов, ни десептиконов не было. Можно было бы открыть свой сигнал, но он привлечёт всех. Так что приходилось действовать по старинке. Долгие облёты территорий. Хотя можно было посмотреть по датчикам базы, но он уже далеко от неё. И возвращаться не хотелось. Однако стоило бы привесть базу в порядок, а то она казалась разграбленной, Пещера памяти осквернённой. Но предакон не мог вернуться туда ещё раз, будто в программе стоял запрет на это действие.

"Земля" так изменилась. Эти изменения бросались в оптику. Многоцветные равнинные просторы, расстилающиеся под могучими крыльями, были испещрены серыми нитями, будто тело трансформера - магистралями. По этим нитям бежал поток крохотных машин с ещё меньшими водителями. Люди столького достигли за эти тридцать пять ворнов. Просто невероятно! Однако планета оставалась такой же огромной и малоосвоенной. Кроме равнин предакон видел леса. Огромные по своей площади зелёные завесы, прячущие свои тайны под кронами. И этих завес было так много, хотя если сравнивать с прошлым их стало меньше. Люди медленно покоряли свою упрямую планету. Это навевало лёгкую грусть. У этой планеты был свой шарм, который постепенно терялся и преображался в абсолютно другой менее чарующий и загадочный.

Люди в какой-то мере освоили небо и воду! Это так удивило Вентуса, ведь у трансформеров было с этим сложно. Буквально рождённый ползать летать не может. А люди летают. Они создали своих железный птиц, которых неоднократно видел предакон. Приходилось прятаться в облаках или уходить в верхние слои атмосферы. А вода... Земля же голубой шар. Воды было так много, по сравнению с сушей, и по ней шли огромные корабли. Их было очень много, но не везде. Люди следовали давно выверенным маршрутам из одного поселения в другое. Так хотелось посмотреть поближе этот новый удивительный мир, но долг обязывал отказаться от такого желанного занятия.

Предакон побывал уже надо всеми материками, но нигде не мог почуять десептиконов или автоботов. Оставалось лишь два не очень приятный места этой планеты - полюса.

Предаконы знали очень мало об этих местах. Туда редко посылали разведку. На обоих полюсах было очень холодно. Жаркие искры предаконов могли просто заледенеть. Такого, конечно, не случалось, но отогревать патрули приходилось очень долго, иногда время доходило до нескольких суток. Южный полюс был огромным обледеневшим материком, как выяснили предаконы, в отличие от северного. На северном была гигантская глыба льда. Энергон удалось лишь раз засечь где-то на юге, но доставать его оттуда было просто опасно, поэтому пылкие создания утратили почти весь интерес к полюсам.

Сейчас же здесь было... не холодно, может, прохладно, но лютого холода не было. И влажность была высокой по сравнению с прошлыми показателями, которые были получены. Предакона это напрягало. Что-то здесь не так. Вентус начал внимательно осматривать белоснежные просторы. Местами были видны стайки маленьких существ, скользящих тёмными точками по снегу. В воздухе появился слабый запах дыма. Здесь что-то горит? Предакон поднял взгляд на горизонт. В далеке была видна серая струйка, поднимающаяся от чего-то побольше. Предакон тут же начал набирать скорость и высоту. Небольшой объект становился всё больше. Это был космический корабль. Предакон его уже видел давно в порту перед отлётом - знаменитый флагман десептиконов. У него дымилась корма, но двигатели были целы. Предакон спрятался в облаках, осматривая прилегающие территории. Здесь был взрыв. Везде были ледяные обломки. На них виднелись яркие пятна зелёного, синего, красного, а между целыми ледяными пластами проскакивал жёлтый. Автоботы. Вентус парил почти над кормой корабля. Он хотел убедиться в словах Прайма. Прямо над двигателями горели остатки какой-то установки неизвестного назначения. Огонь тушили вехиконы. У правого борта лежал красный мех, пристально осматривающий себя. В корабль направлялся один крупный мех, таща за собой пищащего и молящего о пощаде Старскрима. Серебристый силуэт Вентус узнал сразу. Прайм соврал. Мегатрон жив. Старые приказы начали перекрывать новые. Вентус был в замешательстве. Он не знал, что делать. С одной стороны, Мегатрон его Лорд и Владыка, можно сказать Создатель, а с другой, Прайм, которого Вентус знать не знает. Единственное, что останавливало в столь очевидном выборе - предостережение Игнис и Уруса. Игнис верила в автоботов, а Урус не верил никому. Оба хотели лучшего для их вида, но теперь никого нет.

Перед ним стоит сложная задача, в которой он должен знать на кого полагается. Он должен поговорить с обоими предводителями. Но он верит больше Лорду десептиконов.

Вентус поддался старой программе и спикировал на корабль, смахнув огонь за пару взмахов огромных крыльев. Вехиконы разбежались, приживаясь в страхе к бортам корабля, хоть некоторые и достали свои встроенные плазменные пушки, но стрелять они не спешили. Красный мех застыл, как статуя, с ужасом смотря на огромное сознание из прошлого. Мегатрон обернулся, готовясь отразить атаку с воздуха, но оружие своё медленно опустил. Владыка узнал его.

- Я здесь, мой Лорд,- предакон склонил голову до земли, не смотря в оптику Мегатрона. - Я прошу твоей пощады. Я потерял весь взвод, мой Лорд, но автоботов здесь не было многие ворны. Я понесу любое наказание, Повелитель.

Предакон знал, что за такие чудовищные потери Мегатрон карает сурово.

- Подними голову, предакон, и представься, - приказал Лорд, не отпуская затихшего Старскрима.

- В-7, позывной Шторм, бывший командир предаконов, разжалованный после плена автоботов, мой Лорд, - Вентус выпрямился.

Мегатрон задумчиво кивнул:

- Жди меня здесь, В-7.

Предакон уважительно поклонился и отошёл в сторону, где было меньше всего мехов и сел. Вентус видел эти взгляды. Они всегда становились такими, стоит ему подойти. Пока ты в клетке, тебя не боятся, шутят, глумятся, но стоит выйти в поле у многих страх застывает на лицах. Предакон привык видеть страх в оптике врага, поэтому отводил взгляд от десятков шнырявших по палубе вехиконов. А Мегатрон удалился в корабль, так и не отпустив притихшего командующего.

***

Мегатрон закинул Старскрима в свободное складское помещение и запер. Из-за поворота вышел Саундвейв. Лорд обернулся к нему.

- Найди мне всю информацию на В-7. С момента начала проекта "Возрождение".

Безмолвный связист лишь еле заметно кивнул.