8 глава
Ты сидела на кровати, рассеянно перебирая пальцами уголок одеяла. Хижина дышала тишиной — редкое явление в этом месте, особенно в такие дни. Но внезапно тишину нарушили резкие, пронзительные крики, доносящиеся снаружи.
Ты замерла, а потом резко встала и распахнула дверь.
— Что происходит? — твой голос звучал чётко, с ноткой тревоги.
— Новенькая молчит, — отозвался Минхо, стоя среди толпы, что уже столпилась у подножия лестницы.
— Свалите все! — вдруг послышался резкий женский голос сверху. Все головы одновременно поднялись вверх — на самой верхушке лестничной платформы стояла девушка, сжимающая в руках какой-то предмет, глаза её метались, словно она загнанный зверёк.
— Эй! — ты вышла вперёд, поднимая руки в мирном жесте. — Я девушка! Хочешь поговорить?
Девушка, нахмурившись, посмотрела на тебя. Несколько секунд молчания. Затем — кивок.
— Ну всё, идите. Я поговорю, — бросила ты через плечо остальным. Те нехотя разошлись, а ты медленно поднялась по лестнице.
— Привет, — произнесла ты, осторожно перелезая на платформу.
— Привет, — ответила она глухо, но не отводя взгляда.
— Я Т/и, — представилась ты мягко.
— Тереза.
Ты замерла. Имя кольнуло чем-то знакомым, как будто призрак старого сна мелькнул перед глазами. Ты смотрела на неё, всматриваясь, пытаясь зацепиться за хоть что-то в памяти.
— Я знаю тебя, — прошептала ты, сев рядом. — Я одна из тех, кто помнит, что было до Лабиринта.
— У меня было в кармане, когда я очнулась, — сказала она и медленно достала из-за пояса два небольших флакона с мутноватой жидкостью.
Ты вздрогнула. В памяти всплыли такие же — два флакона, спрятанные в твоём ящике. Сердце забилось сильнее.
— Я думаю, это... лекарство, — прошептала Тереза.
...
Позже ты стояла в медпункте. В помещении было душно, лампа над койкой давала жёлтый, тревожный свет. На кушетке лежал Алби, лицо его было бледным, глаза закрыты.
— Мы даже не знаем, что это, — нервно произнёс Ньют, сжимая руки в кулаки. — А вы хотите вколоть это Алби. А если он умрёт?
— Ньют, — тихо, но уверенно ответила ты. — Он и так умирает. Не думаю, что ему станет хуже.
Минхо молчал, Томас кивнул. За его плечом стояла Тереза — молчаливая, напряжённая.
— Хорошо, — наконец выдохнул Ньют.
Ты ввела инъекцию. И все замерли. Часы тянулись мучительно медленно.
...
— Салага, пошли. Яма ждёт, — прозвучал хриплый голос за спиной. Обернувшись, ты встретилась с глазами Галли. Он был зол — это читалось во всём: в резких движениях, в лице, которое будто застыло в маске ярости.
Он бросил на тебя короткий, колючий взгляд и вышел, хлопнув дверью.
Ты тяжело вздохнула и направилась в хижину. Сняв грязную одежду, надела чистую футболку и шорты, и, не включая свет, забралась под одеяло, повернувшись спиной к двери. Сердце колотилось. Ты не спала, но и не могла заснуть — мысли гудели в голове, как ульи.
Минуты тянулись.
Через полчаса дверь тихо отворилась. По звуку шагов ты сразу поняла, кто это. Галли.
Он ничего не сказал. Просто переоделся — шорты упали на пол с лёгким шорохом, и вот уже кровать чуть прогнулась под его весом.
Ты ощущала, как он лёг рядом, медленно, аккуратно, словно боясь разбудить тебя.
А потом — лёгкий поцелуй в макушку. И его рука обвила тебя, осторожно, будто ты была хрупкой. Он прижал тебя к себе, и ты закрыла глаза.
Теперь можно было заснуть.
**Утро.**
Ты проснулась от тепла рядом. Приоткрыв глаза, увидела — напротив, совсем близко, лежал Галли. Спал тихо, размеренно, словно в этом мире не было лабиринтов, страха и боли. Лёгкая улыбка тронула твои губы — даже в гневе он был невыносим, но вот таким — спокойным — ты его почти не знала. Тихо, чтобы не разбудить, ты выбралась из постели и на цыпочках вышла наружу.
Солнце уже начало подниматься над стенами Лабиринта, заливая Глэйд тёплым светом. Ты накинула кофту, прошла по утоптанной земле и добежала до ямы, где спал Томас.
— *Томас...! Проснись!* — позвала ты, слегка тряхнув его за плечо.
— М?.. — он приоткрыл один глаз, потёр лицо ладонью. — Уже?..
— Вставай. Пора на пробежку, — с лёгкой ухмылкой сказала ты.
Томас тяжело вздохнул, вылез из ямы и поплёлся за тобой. На входе в Лабиринт уже стоял Минхо, деловито что-то проверяя.
— Ну что, Томас, готов? — спросила ты, хитро посмотрев на него.
— После вчерашней ночи? — фыркнул он. — Я теперь готов ко всему.
— Ну тогда побежали.
Вы втроём вбежали в Лабиринт. Каменные стены казались ещё выше, когда бежишь мимо них, ощущая их глухое давление. Наконец вы добрались до знакомого места. Там, где часто появлялись граверы.
— Ну что? Кто сунет руку? — усмехнулась ты, глядя на парней. Те переглянулись.
— Ясно... — усмехнулась ты, сделав шаг вперёд.
Подойдя ближе, ты протянула руку и всунула её в тёмную щель.
— *Аааа!* — закричала ты вдруг.
Томас и Минхо вздрогнули, их лица вытянулись, и они почти синхронно вскрикнули от испуга.
Ты не выдержала — рассмеялась:
— Ну вы и трусишки.
Ты вытащила руку — в ней оказался странный прибор, весь покрытый липкой жижей. Вытерев его об ткань футболки, начала осматривать: гладкая поверхность, панель с символами. Стоило тебе коснуться одной из кнопок, как панель засветилась, и на ней появился маршрут, который извивался вглубь Лабиринта.
— Пошли, — коротко бросила ты и направилась вперёд.
Они двинулись следом, переглядываясь. Через несколько минут вы подошли к массивной, почти незаметной в стене, двери. Над ней не было ни надписей, ни символов — лишь гладкий камень.
— А ну... — Томас взял устройство. Подойдя ближе, он поднёс его к двери. Прибор запищал, а потом резко засветился зелёным. Что-то внутри громко щёлкнуло, и дверь чуть-чуть приоткрылась.
— Надо идти. Скоро Лабиринт закроется, — сказал Минхо, уже ощутив движение в стенах.
— Побежали. Завтра придём и проверим всё как следует, — сказала ты, легко дёрнув Томаса за плечо.
Вы кинулись назад, лавируя по извилистым коридорам. Но на полпути к выходу тебе стало резко плохо. В глазах потемнело, дыхание сбилось.
— Минхо... — выдохнула ты, теряя равновесие.
— Т/и! — он подхватил тебя, не дав упасть. — Держись!
Он выскочил с тобой на руках прямо перед закрывающимся выходом.
— Что с тобой?! — Ньют подбежал, встревоженный до глубины души. — Т/и?!
— Мне так фигово, парни... — прошептала ты. — Вы себе представить не можете.
Минхо, не теряя времени, побежал звать Фрая.
— Ну и что ты, Т/ишка? — Фрай уже был рядом. — Снова на солнце перегрелась?
— Та кто его знает, — ты слабо улыбнулась.
— Ну иди к себе, полежи. Если заснёшь — поспи. Дай телу отдохнуть.
— Не хочу... у меня живот тянет.
— На ужин заварю тебе чай, крепкий. Поможет.
— Хорошо...
— Идти можешь?
— Попробую, — ты сделала шаг.
Проходя мимо столовой, услышала крики. Резкие, громкие.
— Ты тут три дня, а я три года! — кричал Галли. — А ты натворил столько, сколько никто тут не творил за всё время!
— Вот именно, что ты тут три года, — рявкнул в ответ Томас. — И даже на шаг не приблизился к выходу! А я сделал это за три дня!
Ты резко повернула и встала между ними, вскинув руки:
— УСПОКОЙТЕСЬ!
Оба мгновенно замолчали, уставившись на тебя.
— Никто из вас не прав. И одновременно — оба правы, — ты говорила чётко, громко, не сдерживая злости. — Галли, ты не прав, потому что Томас действительно помог нам. Мы теперь ближе к выходу, чем когда-либо. А ты, Томас, — ты повернулась к нему, — тоже не прав. Потому что Галли провёл тут три чёртовых года. И за это время здесь было спокойно. А теперь всё вверх дном.
Ты шагнула вперёд, глядя то одному в глаза, то другому.
— Так что заткнитесь оба. И разойдитесь, как в море корабли. Я ясно выразилась?
Они молчали.
— Алби! Он очнулся! — послышался крик Терезы издалека.
Все обернулись.
— Быстро! — крикнул Минхо.
Ты побежала вместе со всеми.
— Алби...! — Томас бросился к нему, опускаясь на колени возле измождённого тела. Глаза Алби были полны боли, руки дрожали.
— Я вспомнил... Я всё вспомнил... — прошептал он, задыхаясь, и по его щекам текли слёзы. — Зачем... зачем вы пришли? Вам мало было смотреть, как мы умирали? Как мы сгорали от страха каждый день?
Томас побледнел, покачал головой.
— Алби, мы не враги тебе. Мы пришли вытащить тебя. Всех вытащить.
— Вы думаете, это выход? — голос Алби срывался. — Нет выхода... Мы — часть чего-то, чего не должны были видеть. Вы не понимаете...
Но в этот момент с улицы донёсся душераздирающий крик. Один. Потом другой. И ещё.
— ГРИВЕРЫ! — кто-то завопил. Крик пронзил воздух, как удар хлыста.
Ты не раздумывала. Подбежала к ящику, выдернула оттуда старое, но крепкое мачете, схватила Алби под руку. Он едва держался на ногах.
— Пошли! Быстро!
Вы выбежали на улицу — и тут мир раскололся. Всё было в огне. Палатки полыхали, как бумажные, глейдеры метались в панике. Кто-то с криком упал прямо под лапы гривера, и чудовище с хрустом сомкнуло челюсти.
Ты видела, как Фрайпан отбивается вилкой, как Чак прячется за Минхо, который изо всех сил бросается вперёд с копьём. Все были в бою. В аду.
Вы побежали к Берлоге — старому бункеру возле одного из выходов Лабиринта. Но перед тобой с треском рухнуло дерево. Глухой удар, клубы пыли, дым. Отрезано. Всё.
Ты обернулась.
За спиной раздался тот самый звук. Словно железо скрежетало по кости. Ты знала этот звук. Гривер.
Ты медленно повернулась. Оно стояло там. Массивное, чёрное, блестящее от смазки, чудовище, будто вылезшее из твоих самых страшных снов. Его оптика мигала красным, когти царапали землю.
Ты крепче сжала рукоять мачете.
— Ну иди к мамочке... — прошипела ты, ухмыляясь сквозь адреналин.
Ты бросилась первой. Резкий выпад — лезвие впилось ему в бок. Оно завизжало. Ты снова ударила, теперь — в голову. Металл прогнулся, что-то брызнуло, и гравитация словно исчезла на миг. Ты стояла, тяжело дыша, посреди кровавой каши.
И тут тебя кто-то схватил сзади. Резко. Сильные руки.
Ты закричала, но ладонь тут же закрыла рот.
— Это я! — зашептал голос у самого уха. — Тихо! Это я, Томас!
Он тащил тебя сквозь обломки, сквозь дым, в сторону берлоги. Ты отбивалась, пока не поняла — это действительно он. Только тогда ты обмякла в его руках, позволив себе дышать.
...
Когда всё затихло, вы вышли наружу. Воздух был пропитан гарью и смертью. Земля горела, тела лежали разбросанными.
К вам бежал кто-то. Галли.
Он не раздумывая ударил Томаса. Прямо в челюсть.
— Галли, нет! — крикнула ты, но он не остановился.
Только когда ты встала между ними, он остановился, пылая от ярости и ужаса.