я никто
ДАРИНА.
Он обгоняет меня, прямо перед финишем. Оставалось очень мало. Пару метров. Я запомню навсегда его победное лицо. И свое проигравшее.
Мы выходим из машин, и я уже думаю о том, какая будет у него реакция. Не стоило мне приходить сюда....
— ну что куколка, готова снять маску?
— нет.
— я могу узнать, занята ли ты?
— занята.
— правда? И кем же?
— Тобой Том. Тобой...— я оттянула момент, и сняла маску.
Его лицо поменялось в секунду. На глазах выступили слезы. Он разглядел меня, и уже собирался подойти ближе.
— почему ты...— мямлил Том
Я надела маску обратно, и побежала в сторону машины. Я не хотела выводить на большие эмоции ни себя, ни его.
Я проиграла и удалилась с места проигрыша.
Я не замечала его слова мне вслед, пока убегала. Я не желала с ним разговаривать. Если бы мы поговорили, было бы намного больше непонятий между нами. А так все останется как есть. Он уедет обратно, я останусь здесь. Смогу видеться с Теей. Отсюда я точно никуда не уеду. Пусть он запомнит меня здесь. Но забудет в Берлине.
Он кричал вслед. Буквально бился в истерике. Пинал в свою победную машину. А я убегала, не оглядываясь. Маска мешала. Может быть, теперь я смогу показать себя на публике? Ведь я скрывалась только от него. Того кто увидел меня
— ПОЧЕМУ ТЫ БРОСИЛА МЕНЯ ТАКИМ ОБРАЗОМ! ТЫ НЕ СЛУШАЛА МЕНЯ. НЕ ПЫТАЛАСЬ СДЕЛАТЬ ИНАЧЕ!
У него был порыв ненависти и злости. Я села в машину, и сказала последние слова.
— ты сам виноват Каулитц.
Я назажала на газ, и уехала с места трагедии.
Эмоции брали верх, но я понимала, если сейчас поддамся, то наверняка врежусь во что-нибудь, или вернусь к нему, поговорю. Этого мне точно не надо.
Я приехала домой. Тея меня встретила, и начала расспрашивать о том что случилось, и почему я зла.
— Дарин ты можешь поговорить со мной? Что произошло?
— отьебись от меня пожалуйста
— не разговаривай так со мной. Что мать твою происходит
— ничего. Он знает кто я.
Я проговорила посление слова тихо, но она явно все услышала. Моя дверь захлопнулась. Я легла неподвижно на кровать. Веки закрывались. Сил не было ни ни что. Я уснула.
***
Проснувшись следующим утром, я не знала, как быть дальше. Может быть, вчера я все для себя решила, что не появлюсь перед ним, он уедет отсюда, и я забуду навсегда. Но ведь сердцу, правда, не прикажешь. Не может быть такого, чтобы отпустить своего любимого человека так быстро, так легко, и если у меня это не получилось сделать за 2 месяца, навряд ли получится сейчас.
В гости пришёл Никита, и мне пришлось объясняться перед всей семьёй, что же происходит.Как вчера прошла гонка и тому подобное.
— я проиграла. Мне пришлось снять маску перед ним. Он был очень зол кричал. Бил машину. Может, даже сейчас с ним не всё в порядке. Но пока мне наплевать. Единственное, что приносит тягость к моему сердцу, это то, что я проиграла. Да, у него была буйная реакция на моё возвращение. Но он же ничего теперь не сможет с этим сделать. Так же как и я
Я сидела и отчитывалась перед семьёй в зале. Они смотрели на меня, вылупив глаза и не понимая, что происходит. Честно, я сама недопонимала всего. Они слушали очень внимательно. Переспрашивали каждое слово, которое было непонятно.
— то есть ты показала себя и уехала?— спросил Никита
— именно. Я бы не смогла с ним разговаривать. Я сама была на эмоциях. Дорога до дома от трассы была для меня убийственной. Думала, не доеду. Представляешь, как все внутри кипело?
— а представляешь, как у него сейчас всё внутри кипит? Господи, сколько же ты натворила...— вмешалась Тея
— помимо того, что сейчас он знает, что ты жива, он наверняка думает о том, что я у тебя. Он это даже знает. А как на это отреагируют остальные? Ты не думаешь, что с ними нужно встретиться?
— вообще нет. Как я с ними буду разговаривать? Моя жизнь здесь. Всё, что было в Берлине, осталось там. Я умерла для Германии. Я умерла для России. Я жива в образе Скарлет в Бразилии.
— ты охренеть, как многое не понимаешь.— сказала Тея
Ребята сидели, погрузившись в свои мысли. В доме повисло неловкое молчание. Самая неудобное и пожирающее. Никто не мог начать заново диалог. Каждый высказал свою точку зрения. И она ничем не помогла друг для друга.
Тея сидела с руками у головы. Её волосы сейчас терпели крушение. Руки пытались как-то остановить гнев в теле, оставаясь на голове. Никита просто смотрел в единую точку. В окно. А я. А я думала над тем, что будет дальше.
Эмоции эмоциями, но прогулку с Рафи никто не отменял.
Я надела поводок на щеночка. И вышла из дома.
На мне был спортивный комбинезон, который как и обычная моя любимая одежда, подчёркивала все изгибы фигуры.
В этот раз скрываться мне не от кого. Я вышла без маски. Может, конечно, я и набрала популярность за счёт своей скрытной внешности, но сейчас даже раздумываю о том, чтобы рассказать всем, кто я на самом деле. В планах было остаться Скарлет Мейо, но показать себя без образов.
Показать своё истинное лицо. Чтобы соперники знали, с кем борятся. С такой маленькой хрупкой девочкой амазонкой.
Мы гуляли с Рафи по улицам. Мой дом был вдалеке от центра. Но район был максимально удобен. Здесь можно было и потренироваться, и погулять, и насладиться природой. Это место, правда, подходило под описание прекрасного центра для Андрея.
Мы гуляли по улицам, когда я услышала, как меня кто-то окликнул.
— Дарина постой.— послышался голос сзади.
Я медленно обернулась. Голос был до жути знакомым. Что он здесь делает...!?
— Дарина, нам срочно нужно поговорить. Я не хочу это оставлять так.
Тут вышел ещё 1 человек, который может спасти меня. Андрей.
— милая, ты знаешь этого парня?— Спросил Андрей
— понятия не имею, кто это. Извините, мне пора.
Я быстро зашла в дом. За калитку. Рафи нагулялся. А Том стоял за пределами моего дома. Меня было не видно за забором, но я слышала всё, что происходит. Андрей начал выяснять, что за дела.
— а кто вы?— спросил Андрей.
— она вам не рассказывала, что у неё в Берлине был парень?
— рассказывала. Он ей изменил.
— так вот всё было на самом деле совсем не так. Я ей не изменял.
— так это ты паршивец? Вали отсюда, чтобы я твоей ноги тут не видел. Не уйдёшь по-хорошему вызову охрану. Я влиятельный человек в этих краях. Не думай что справишься со мной, своей популярностью и бабками.
Он просто развернулся и ушёл. Андрей постоял ещё немного, проследил за походкой парня и постучался ко мне.
— откуда он тут?— Спросил Андрей
— он приехал на гонки. Неужели ты его не помнишь? Он участвовал вместе со мной в заезде. Вчера позвал меня на ещё одни. А я как дура согласилась. Я же всегда выигрываю, Андрей всегда. Не было ни одного проигрыша за 2 месяца. А вчера он выиграл! Он победил меня. У меня не хватило сил нажать на газ. Мы ездили не просто так. Если выигрываю я, он должен мне желание. Я бы загадала, чтобы он больше никогда не появлялся в моей жизни. А если я проигрываю, снимаю перед ним маску. Он что-то заподозрил. Явно раньше того, как предложил мне это. Я проиграла. Я проиграла чёрт, возьми новому гонщику. Новичкам везёт. Ну почему тогда я выиграла его, там на схватке, но не тогда, когда мы были наедине? Я согласилась чисто из-за своего азарта. Не смогла устоять перед эмоциями, понимаешь?
— понимаю, Дариночка. А знаешь, что я думаю на этот счёт? Если его сердце сюда привело на гонки. А тебя, сразиться с ним ещё раз только вдвоём, когда никто об этом не знает. То это явная судьба. Ты не подумай, я не верю во всякие мистические штуки вселенной. Но просто так вы не столкнулись. Тебя не увидел весь оставшийся мир. Тебя увидел только он. Твоя жизнь не пропала, понимаешь? Я считаю, что с ним нужно поговорить.
— вы все так считаете, но вы не понимаете, какие эмоции я сейчас испытываю. Мне тяжело буквально разговаривать с вами, не то что с ним. Он думает, что я умерла. Я умерла в Берлине, в Германии. Моя новая жизнь здесь, и она строилась прекрасно до его появления. Всё было прекрасно, пока он не появился. Если это судьба. То, почему в прошлый раз нас опять разлучили?