Спроси себя

18.10.22

На ярко-освещенной кухне гремела посуда. Привычное место, в котором Лиза последний раз бывала лет десять назад. Маленькая кухонка, забитая различными полочками. Холодильник, одного с ней роста, на том висят старые магнитики ещё с прошлых времен. Тёплые лучи проникают сквозь слегка раздвинутую шторку, Кристина сидит рядом, попивая при этом только приготовленный чай.

— Вам потом кушать сделать? — оборачивается к ним Жанна, опираясь о поверхность тумбочки.

А позади неё варится суп, который протягивает приятный запах детства. Лизе казалось, что все это просто не может быть реальным, но вот она может дотронуться, пообщаться, и все это исключительно по её желанию.

Улыбка не сходит с лица, а внутри поселяется приятное чувство, будто именно так все и должно было быть. Чтобы Лиза находилась рядом с Крис и общалась с её мамой, а на улице были уже совсем другие времена.

Её внимание переходит на Кристину, улыбка у той не менее широкая, кажется именно сейчас она расцвела как бутон и выглядела намного краше. Даже смотрела Лиза на неё, как на совсем другого человека. И не могла понять, что же во всей этой истории не так? Не может же быть все настолько хорошо.

— Думаю мы с Лизой потом сами найдём, что поесть. Лучше отдохни, мамуль, — беспокоится. Жанне, кажется, это только в радость.

Подходит к столу, поглаживает Лизу по плечам пару секунд, видно, как Крис с мамой перекидываются взглядами, после чего женщина покидает комнату. Захарова сидит тихо, только её голубой хрусталь рассматривал бледную кожу девушки, переходя на различные участки тела. Словно изучала, искала что-то новое в этом человеке. Андрющенко поджимает губы, подсаживается ближе и кладёт голову на плечо Крис. Чувствует, как чужая ладонь переходит на её талию и там остаётся.

В животе что-то приятно тянет, даже лишние разговоры кажутся неуместны в данной ситуации. Хочется молчать, слушать тихое дыхание блондинки и думать о чем-то своём.

— Лиз, а ничего, что мы так? — Кристина оборачивает к ней слегка голову, дабы той было лучше слышно.

Лиза ещё какое-то время молчит, стараясь понять, о чем идёт речь. Ей определённо все это казалось правильным, будто только так и должно было произойти. А значит плохого и не может быть, Кристине же тоже нравится.

— Ничего, — носом проходится по шелковистым волосам, ударяет запах достаточно приятного шампуня.

— Ты же выбрала Лёшу, — картина в один момент сменяется, Захарова стоит поодаль от неё, а на глазах застыли слёзы. И кажется ещё немного, и та готова будет вновь покинуть её.

Такой исход Лиза не хотела допускать, она делает несколько шагов на встречу, но Крис пятится назад.

— Лёшу? — растерянно переспрашивает, словно этого человека она никогда не встречала в своей жизни, а имя слышала впервые. Но она все же осознает, о ком идёт речь.

Кристина сводит брови вместе, на лбу появляется несколько линий. Она злится на неё, очень сильно. Даже взгляд, ранее приятный и тёплый, становится холодным и отстраненным. Девушка ещё никогда так не смотрела на Лизу. Так, будто для Крис она была теперь отвратительна.

— Мерзость, Лиз, это просто мерзость, — от этих слов Лиза вздрагивает. По телу пробегается табун мурашек, пока она смотрит в такие привычные, но уже тусклые глаза.

Вся радость угасла, как и Кристина угасла вместе с этим. Не понимает, что же произошло, пытается что-то вспомнить, но память ничего не выдаёт, в голове абсолютно пусто.

— Садишься перед ним на колени, как личная собачка, не надоело? — эхом проносится прокуренный голос. Крис была в ней глубоко разочарована, и она имела право так на нее смотреть. Ведь Лиза и вправду мерзкая.

— Перестань, — в надежде все же остановить это, она закрывает уши. Лишь бы не слушать такие угнетающие вещи из уст другого человека. Вина в любом случае уже настигла её, а значит слова Кристины ударили по ней чрезмерно сильно.

Теперь то она понимает, о чем сейчас пыталась напомнить ей девушка, тот случай отпечатался в её голове, как и предыдущий. Ненавидит себя за такую слабость, за то, что не расставила границы и теперь автоматически слушает всё, что говорит ей Лёша. Хочет это исправить, вновь предпринимает попытки подойти к Кристине, взять её за запястье, попросить так не говорить, но та уверенно вновь делает от неё несколько шагов.

— Не подходи ко мне! — уже выкрикивает, и от такого резкого звука Лиза начинает сама отступать подальше.

На лице Крис начинает медленно расплываться ухмылка, она словно питалась чувством замешательства, ждала именно такой реакции. Начинает сама надвигаться к ней, после чего ладонь взмывает вверх, а лицо у той меняется. Больше нет её Кристины, сейчас стоял рядом Лёша, который после нанёс удар по щеке, от чего она тут же упала на жесткий ковёр в их квартире.

— Лизонька, ты такая эгоистка, — последнее, что Андрющенко удаётся услышать.

После чего глаза медленно закрываются, а далее она дёргается и тут же оказывается в сидячем положении. На дворе все ещё ночь, в груди недостаточно кислорода. Пытается отдышаться, стирая с лица образовавшийся пот. Все эти сны начинали её пугать, преследовать каждую ночь, настигать в любой момент. Возможно именно так её подсознание пыталось что-то объяснить, то, что за все это время она старалась избежать или же скрыть от самой себя.

Лёши рядом не было, это даже смогло обрадовать, ведь ей явно было необходимо сейчас все обдумать. Ложиться обратно, укутывается получше, а в голову приходит всего несколько выводов: во-первых, Кристина явно связана с её прошлым. Во-вторых, ей пора задуматься, насчёт Лёши.

Она любила его, в этом сомнения были всего малые, однако после полторы месяца совместного проживания, с каждым днем у Лизы появлялось странное чувство. Оно возрастало с каждым днем, особенно после случая с алкоголем. Возможно это признак того, что девушка не может привыкнуть к парню и понять, что он и вправду такой на самом деле. Прямолинейный, самовлюбленный, от части жестокий. Это рушило все её образы, которые она успела создать для Лёши. Но ведь он не виноват, что Лиза так его идеализировала.

Поэтому она откидывает эти мысли в сторону, в прочем, как и одеяло, поднимаясь с тёплой кровати. Плетется на кухню, знает, что парень должен быть там. Бутылок нет, Савкин стоит вполне себе трезвый, закуривая сигарету.

— Ты начал курить? — достаточно глупый вопрос, если смотреть на то, что иначе никак не могло быть. Начал, даже если сам ещё недавно осуждал людей, которые гробили себя таким образом.

Он оборачивается в сторону своей девушки, на его лице какая-то невероятная грусть, которая выражается исключительно в глазах. На лице же полное умиротворение и, если бы Лиза не знала его достаточно хорошо, то даже бы не заметила плохого расположения духа.

— Да, не хотел тебе говорить, — честно признается, а сам выкидывает остатки в окно, сперва затушив о край оконной рамы.

Ей не хочется наблюдать за тем, как любимый человек с каждым днем все больше и больше уходит в себя, от части чувствует вину, потому что никак помочь ему не может. Но это его жизнь и решать, как её проживать исключительно Лёше. А значит Андрющенко не будет читать нотации, постарается хотя бы просто поддержать.

— Главное смотри, чтобы зависимость не появилась. Сам же знаешь, что все это может плохо закончиться.

После чего следует долгое молчание, а она вскоре выходит из помещения.

Кажется её огонёк все же потух.

***

Кристина устало проводит рукой по тяжёлым векам, те с каждой минутой все больше и больше намекают на то, что, если обстановка не сменится в текущем периоде времени, то вскоре она просто уснёт. Кажется никого это сильно не волновало, хотя Виолетта с Кирой выглядели не менее уставшими. Одна Лиза вышагивала бодрой походкой вдоль комнаты, пробегаясь глазами по тексту, который должен был уже у каждого быть выученным желательно до половины.

На деле, как оказалось, каждый заучил всего одну треть, от чего время от времени Лиза показательно вздыхала, когда ей вновь говорили, что один абзац — это предел.

— Ладно, раз так, ещё раз сейчас пройдёмся по очереди, зачитывая с бумаги. Раз уж никто не учил тó, что я просила, — сейчас она напоминала Кристине преподавателя, который задавал на следующий урок стих, а после узнал, что все про него забыли.

Вид у той был крайне раздраженным, однако на это никто сильно не реагировал. Кира сидела на диване, рассматривая что-то рядом с собой, каждый раз отвлекаясь. Малышенко же разместилась рядом с Кристиной на удобных пуфиках, приобретённых совсем недавно матерью Виолетты.

— Лиз, не суетись, мы будем рассказывать только после каникул. У нас будет целая свободная неделя выучить это, — лист взмыл вверх, после чего Кира опустила его на деревянный столик рядом с собой. — уже больше часа одно и тоже долбим.

Слова Киры казались настоящим спасением, не станет же Андрющенко продолжать всю эту предварительную репетицию, раз в любом случае никто ничего не знает. А тут и алиби нашлось — скоро ведь каникулы.

— Ладно, — знатно так поднадоевши все время следить за этими тремя, Лиза просто согласилась, раз уж в очередной раз у них выходит все через одно место.

Кристина уже мысленно благодарит Киру, а заодно и все остальные высшие силы, за то, что теперь можно будет сходить домой. А может сначала прогуляться с подругой и тогда вернуться в свою комнату, взять мяч и вновь начать тренировать новые трюки, пока есть такая возможность.

Сама же Медведева довольно ухмыльнулась и тут же двинулась к выходу. Выглядело так, словно она пыталась сбежать из оков цепкого взгляда брюнетки, или же в прочем из этого места.

Девушка побрела следом за ней, подхватывая с собой привычный красный рюкзак и, на прощание, кинув Виолетте пару словечек.

Только перед уходом было слышно, что оставшиеся в гостиной подруги о чем-то тихо беседовали. Она не стала вслушиваться, вышла следом за Кирой, направляясь к длинной лестнице.

— А ну, Кирюх, че бегаем так быстро? — тут же обходит её, занимая свое привычное место слева.

— В каком плане? — отводит от неё взгляд, уже понимая, о чем скорее всего пойдёт речь.

Захарова давит ухмылку, замечая растерянный взгляд. Уж кого-кого, а Киру она знала слишком хорошо, чтобы не понять, что та старается что-то бережно скрыть за своим равнодушным взглядом. Это заметно по более быстрым шагам, напряжённым рукам и изредка бегающему взгляду. Выучила её, как свои пять пальцев.

— Я не собиралась лезть, так что все это время не комментировала ваше с Виолеттой странное поведение. Но мне все же интересно, что у вас могло произойти, — и сама отворяет перед ними тёмную дверь подъезда, выходя на свежий воздух и замечая достаточно тёплую погоду, если сравнивать ещё с тем, что было неделю назад. Даже слякоть пропала, словно вновь наступило лето.

— Всё то тебе знать хочется, — заводит руку в штанину Крис и вытаскивает от туда их совместную пачку. Достаточно привычное действие, так что девушка даже не заметила этого.

— А ты все так же пытаешься перевести разговор.

Кира покачивает головой, смотря на неё с ноткой иронии, раскусила ведь снова. После чего впихивает подожженную сигарету меж зубов Кристины, таким образом не давая ей говорить.

— Лучше закури. Так спрашиваешь, будто мы с Виолеттой когда-то друзьями были, — хмыкает себе, а самой даже нелепо от вероятности того, что она могла бы быть с Ви друзьями. Она не видела в этом человеке друга, однако, при этом, Малышенко чем-то цепляла. Скорее всего своей неугомонностью, энергией и харизмой.

— Хорошо же ладили, — бубнит ей в ответ Кристина, возвращая никотиновую палочку в руки собеседницы.

Скрытность Киры иногда поражала, но Крис привыкла к тому, что девушка не любила говорить о себе и каких-то необычных моментах своей жизни. Скорее предпочитала лояльное общение, при котором редко обговариваются свои и чьи-то проблемы.

— Было дело, не отрицаю. Лучше расскажи, че у вас там с Лизкой. Недавно она на тебя даже не смотрела, а теперь на переменах воркуете, — разносится громкий смех Медведевой, когда Крис с улыбкой на лице толкает её в бок.

— Мы пару раз ночью вместе гуляли. У меня батя запил, а у неё — парень. Гандон он ещё тот, если честно, — кажется только от одного упоминания того самого человека, которого блондинка видела всего раз в своей жизни, у неё тут же появлялось сильное раздражение.

Ей хватало знать всего малость и увидеть синяк на красивом личике Лизы, чтобы уже начать презирать его. Чего уж там, иногда кулаки так и чесались ему вмазать, особенно после последнего разговора с Лизой.

***

— Ладно, теперь ты водишь, — Андрющенко устало потирает веки. На часах была уже глубокая ночь, даже птицы больше не напевали.

Только они вдвоем скитались по привычному переулку, решив поиграть в самую банальную игру, с которой сталкивается каждый, будь в компании одного или нескольких людей.

— Правда или действие? — задаёт вопрос уже в который раз.

— Правда.

Кристина затихает, задумываясь над следующим вопросом. Хочется узнать что-то такое, что Лиза бы не стала сама рассказывать, если бы не было в этом нужды. И идея приходит сама собой.

— Был когда-то секс?

После чего смотрит на девушку рядом, а та сразу прячет глаза, устремляя их на зелёную траву. Кажется Крис уже поняла ответ.

— Был, — неуверенно отвечает та, заводя руку на затылок.

Неловко, и не только Лизе, даже Крис чувствует себя достаточно смешанно. Уж такого она явно не могла бы ожидать ещё недавно. Не выглядела она как человек, который стал бы таким заниматься в раннем возрасте.

— И не подумала бы, что такое возможно, — честно признается, надеясь, что собеседница не воспримет это как упрек.

— Я не сильно хотела, на самом деле. Но так вышло, — ей неудобно об этом говорить, кажется даже тело начинает слегка трястись совсем не от холода.

До сих пор старается пережить, хоть и не должна вовсе задумываться об этом. Но от чего-то каждый раз всё её приводит именно к тому моменту. Словно специально напоминают, что она поступила отвратительно. Но разве это был её осознанный выбор?

— Подожди, — сомневается, стоит ли продолжать свои мысли, а сама не может понять, и вправду все настолько херово? — Это был Лёша твой?

— Да.

И тут Крис точно выпадает, ведь Лиза продолжает быть с ним, терпеть его выходки, старается понять, а тот по факту её изнасиловал ради своих целей и даже не стыдится. Хотелось в ту же секунду пойти вместе с девушкой к ней домой и преподать этому уроду урок, дабы тот не смел поступать так с настолько прекрасным человеком как Лиза. А та кажется даже не подозревает, раз уж не стала ничего с этим делать.

— Но это же насилие, какого хуя ты его прощаешь так легко? — из уст вырывается тихий рык, а сама она уже просто кипит от своих мыслей. Какой же подонок.

— Нет, Крис, я согласилась, просто не сильно ещё готова была к такому, — оправдывает его, видит же, что нихера на самом деле та не хотела.

— Так не правильно, ты правда не понимаешь этого? — оборачивается к ней.

А Лиза молча продолжает смотреть себе под ноги и, кажется ещё немного и точно заплачет. Раздражение проходит как рукой, она подхватывает девушку за запястье и разворачивает к себе, тут же обхватывая тело крепкой хваткой в знак поддержки.

***

После таких воспоминаний стало как-то не по себе, а сама все твердила себе, что Лизе уже почти восемнадцать, значит Кристина не должна вмешиваться в её дела. Но она все ещё продолжала это делать и теперь даже понимала почему.

— А мне казалось он достаточно неплохой парниша. Может ты ревнуешь? — Кира поиграла бровями.

Ревнует?

— Нет, Лиза хорошая девчонка, а он пользуется её неопытностью и наивностью. Ещё бы объяснить ей, что это и вправду так.

— Ну раз она сама не видит проблемы, зачем нам то вмешиваться? — удобная позиция, которой Медведева всегда придерживалась. Потому что, если человек не нуждается в спасении, то его никто и не сможет спасти, только он сам.

Даже сейчас, не зная всей ситуации, она все ещё продолжала считать, что если рассуждения Кристины — правда, то даже это не поможет никак Андрющенко прийти к нужному пути. Только силы зря потратит.

Но видимо Крис считала иначе, по одному взгляду было видно, что слова Киры её не сильно то и впечатлили. Все же в таких делах они были разными.

— Знаешь же, что я так не могу. Заинтересовала меня, не буду скрывать, но это не причина, по который я так стараюсь. Просто хочу, чтобы она была..., — подбирает в голове подходящее слово, дабы описать свои мысли по этому поводу. И все кажется таким смешным и наивным, что даже произнести достаточно сложно. — Счастлива? Наверное.

— Ее лучше спроси, хочет ли она быть счастливой, если ее так легко разводят, а она терпит.

После чего Кира останавливается на привычном месте, где они обычно всегда расходились. Далее их пути были совсем в иных сторонах, и на данный момент Крис это даже радовало. Не хотела больше продолжать данный диалог, все равно ни к чему не приведёт.

18.06.12

— Подавай пас, — кричит на неё Никита, которого Лиза уже начинала выводить из себя.

Она послушно бьёт ногой по мячу и его подхватывает команда противников, которая состояла из двух братьев, Кристины и Полины. Они решили слегка сменить обстановку, дабы посмотреть, как это отразится на игре. И отразилось это так же плохо, как и в прошлый раз.

На девочку то и дело кричали, ведь играть она за один день научиться не смогла, да и в принципе такое не возможно сделать с первого раза. Было видно, что остальные более долгое время интересуются таким видом спорта.

— Дура, у тебя ноги кривые что-ли? Кому ты пасуешь? — вновь повышает на неё голос.

А Лизе уже становится страшно, компания Кристины ни в какую не хотела принимать её, более того, все были настроены достаточно негативно. Разве она сделала что-то плохое для них, из-за чего те так относились?

Она заводит свои ручки за спину, самой так грустно от того, что не может оправдать чьи-то надежды. И в голове начинается табун мыслей, от чего, кажется, было бы легче остаться дома. Но она хотела встретиться с Крис, даже если при таких условиях.

— Извините, — неуверенно пищит в ответ, голос как-то уж слишком поменялся. Будто и не она вовсе говорила.

А те только рукой махнули, что им до её извинений? Продолжают как ни в чем не бывало играть, даже не замечая уже совсем угасшего настроя Лизы. Она больше не хочет играть, слушать обвинения в свою сторону. Готова даже просто со стороны посмотреть, лишь бы убежать от такого неприятного чувства.

— Может я лучше со стороны посмотрю, как вы играете? — решает все же спросить, на что прилетает недовольный взгляд Ростиславы. Или же, как обычно все её называли — Рости.

— А что, зассала? — язвительно отвечает ей, находясь совсем недалеко. За их команду пока что отдувался один Никита, отбирая мяч у Феди и его брата.

Юра же, вместе с Рости стояли на защите ворот, рядом с Лизой, от чего не менее часто кидали на неё раздраженные взгляды.

— Ну, я же плохо играю, — пожимает плечами, надеясь, что такого аргумента вполне хватит, дабы ей позволили не продолжать стоять возле ворот и не ловить на себе угнетающее настроение остальных.

Видимо только Кристина из всех относилась к ней и вправду хорошо, хотя даже сейчас совсем не смотрела на неё. Словно боялась, что на это ей тоже прилетит какое-то едкое слово.

Тем временем мяч улетает за поле, от чего проносится недовольный вскрик, кому-то ведь придётся идти за ним.

— Никит, — подловив нужный момент, Рости подзывает его к себе. А парень недовольно разворачивается и и вправду топает в их сторону.

— Чего? — тяфкнул парень.

— Лиза не хочет с нами играть.

Кажется именно в тот момент девочке стало страшно больше всего. И так раздраженный Никита, кинул на неё ещё более озлобленный взгляд, будто пытался сравнять с землёй. Лиза то и дело повторяла при этом вопрос в голове: В чем она виновата?

— Ты достала, — не выдерживает, подходит к ней и слегка толкает в плечи. Но этого было достаточно, чтобы после она упала на землю, а он продолжал смотреть на неё сверху вниз, — Кристина, зачем ты эту мямлю привела? Она только бесит постоянно своим нытьём и глазами невинной овечки.

Несмотря на такие высказывания, Кристина продолжала стоять и просто наблюдать. Она не подошла, не помогла, не сказала ничего своему другу. Просто молчала, толком не окидывая её взглядом. Словно ей абсолютно все равно на Лизу.

В чем она виновата?

— Согласна с Никитой, она же совсем ничего не умеет, — поддерживает оскорбления в её сторону Рости, уже даже не стараясь держать свои мысли при себе.

Поджимает крепко губы в одну полоску, пока по щекам начинают стекать капельки. Проводит ручкой по лицу, все ещё надеясь, что хотя бы Крис как-то ей поможет. Ведь столько людей на одного человека не справедливо, так всегда говорила ей мама.

— Ещё и плакса, посмотрите! — Смеётся Полина и все начинают делать это вместе с ней.

В чем же она всё-таки провинилась то?

Руки болят, только сейчас она замечает, что из-за падения содрала слегка кожу и начала идти кровь. И щипет так сильно, значит точно придётся потом объяснять маме, где она поранилась.

— Я не плакса, перестаньте, — бубнит себе, старается произнести громче, однако что-то ей не позволяет это сделать.

— Плакса-плакса! — издевается над ней Рости.

Это становится последней каплей, девочка поднимается с земли и подходит к Крис, надеясь, что та встанет на её сторону и уйдёт вместе с ней играть, как это и было раньше.

— Кристя, пожалуйста, давай уйдём?

Та только взгляд к небу устремляет, старается совсем не сталкиваться взглядами. Разве это её подруга? Разве это та Кристина, с которой она недавно познакомилась?

— Я хочу остаться с друзьями, — принимает окончательное решение.

После которого Лиза молча уходит, слышит смех, слышит какие-то неразборчивые слова, что она слабачка. А сама тихо глотает соленые слёзки, впервые сталкиваясь с такими жестокими высказываниями в свою сторону.

Чувство предательства, ненужности, которое Лиза все ещё не понимала в общем-то. Она ведь совсем не думала, что такое бывает. Что её застенчивая натура может стать настолько глобальной проблемой.

Главное она теперь знала точно: больше она не будет молчать и ждать, что за неё кто-то заступится. Ведь даже сейчас, когда она больше всего надеялась на такую милую и добрую Крис, та выбрала остаться в глазах других большим авторитетом, чем в глазах Лизы.

Разве только так можно добиться хорошего отношения к себе?

А сама вскоре садится на первую попавшуюся лавочку и плачет уже громче, растирая капельки крови по нежной коже. Теперь она знает, что все в жизни не так просто, как она думала до этого.