16.
Я замерла, боясь сдвинуться, в то время как Чонгук терзал мои губы. Он целовал нежно и медленно, как-будто пытается продлить этот момент надолго.
Спустя несколько секунд, до меня дошло то, что происходит. Я положила свои руки ему на плечи, пытаясь оттолкнуть его, но всё было тчётно, ибо Чон не собирался даже отходить и продолжал целовать мои губы.
Мой первый поцелуй украл тот, о котором я думала лишь как о друге.
"Дружба часто становится в итоге любовью", — в голове появились недавние сказанные Лисой слова.
Я закрыла свои глаза, придерживая свои эмоции, чтобы слёзы не покатились, но я всё равно ничего не смогла сделать и одинокая слеза покатилась по моей щеке.
Заметив солёную влагу не моей щеке, Чон перестал прижиматься своими губами к моим и отстранился.
— Чеён, я... — хотел было продолжить темноволосый, как я резко оттолкнула его со всей силой и влепила ему сильную пощёчину. Чонгук замер, словно окаменел.
— Я считала тебя другом, но ты всё испортил, поцеловав меня! Ты что за человек, Чонгук? Я не игрушка и не вещь, чтобы меня целовать, когда вздумается. Я человек! — выкрикнула я во всё горло. Если бы не толстые стены спортзала и то, что сейчас уроки все окончились, думаю, многие тут бы столпились.
— Чеён, ты мне нравишься, — без единой эмоции на лицо произнёс он, делая шаг ко мне.
— А ты обо мне подумал? Думал ли ты о моих чувствах? Люди должны целоваться тогда, когда оба этого хотят, но что сделал ты? Поцеловал против моей воли! — по моей щеке снова покатилась слеза, ещё и ещё одна. Я пыталась их сдержать, но из-за навалившихся на меня чувств, стало тяжело.
— Тебе ещё нравится, Чимин? — грубо спросил он, делая ещё шаг ко мне. — Я же прав? — я промолчала. — Так и думал. Уверен, что даже после того, что он сделал, ты готова снять перед ним трусы, с лёгкостью прощая его. Чеён, насколько ты глупа! Мне тебя жаль, — словно змея прошипел он, немного приблизив своё лицо к моему. — Зря, что мне понравилась такая, как ты. Ты не отличаешься от других девчонок в этой школе. Любите только богатеньких.
— Какой же ты мерзкий тип, — снова оттолкнув его, я отошла от него. — Ненавижу тебя и Чимина. Не зря же вы друзья. Вы оба стоите друг друга! — гневно выпалила я, собираясь уйти, но резкая схватка Чонгука не дала мне уйти. Схватив меня за руку, тот снова прижал меня к стене.
— Жалкий, говоришь? — он ухмыльнулся. — Ты на себя сначала посмотри. Можешь лить слёзы из-за того, кто опозорил тебя перед всеми, так вдобавок поспорил на тебя. Кто же тут жалкий, а? Думаю, в этом месте ты занимаешь первое место.
— Ты мне противен! — грубо выполила я, когда Чонгук наконец-то ослабил снова схватку. Оттолкнув его, я наконец-то смогла выбраться из чёртового спортзала, которого теперь терпеть не могла. Ненавижу это место теперь всей душой.
Чонгук же сжимал свои руки в крепкий кулак. Секунды две, и его кулак встретился с крепкой стеной спортзала. Он ненавидит себя сейчас, ещё он призирает себя, что не стерпелся перед её пухлым губам, которые так и манили к себе, чтобы прикоснуться.
Просто он взбесился, когда Чимин часто бросал свой взгляд в её сторону. Он был готов его убить, но Чеён ему никто, чтобы драться с другом из-за неё.
Она никто.
Никто для него.
Он ненавидит эту ревность, которая просыпается в последнии дни в его груди, когда кто-то смотрит в её сторону. Он просто готов разорвать этого человека на мелкие куски. Ещё он ненавидит свой характер, благодаря которому он сегодня сказал много лишнего той, которая в последнии занимает особое место в его сердце.
Боже мой, он сойдёт скоро с ума.
Ему стоит извиниться перед ней, ибо потом будет поздно.
Да, он это сделает.
***
Выходя из школы, Чеён наконец-то смогла полностью дать волю своим слезам. Присев на колени, она поднесла свои ладони к своему лицу и начала плакать. Ей было больно слышать всё это от Чонгука. От того, кого она начала считать хорошим другом. Но Господи, какая судьба жестокая. Может обломать тебя в любой момент.
— Чеён, это ты? — этот голос я могла узнать из тысячи, ибо как можно попутать голос лучшей подруги? — Что случилось? Почему ты на коленях сидишь на холодном асфальте? — немного взволнованно спросила она, ставя одну руку мне на плечо. — Ты плачешь? — тихо спросила тайка. Не сдержавшись, я поднялась на ноги и резко обняла её, начиная без перерывно плакать. — Сладкая, что случилось? Кто тебя обидел? — мягко спросила подруга, гладя меня по голове.
Не сдержавшись, я рассказала ей всё от А до Я.
— Вот козлина, я думала, что он хороший. Ничем не отличается от своего брюнетского дружка! — злобно выпалила тайка, сжимая свои руки кулак, когда мы вместе шли домой. Нам с Лисой в одно направление идти, к тому же, мы живём на одной улице, чему я была слишком рада.
— Мне просто больно от того, что он сказал обо мне такие ужасные слова. Хотя, — я немного подняла края своих губ, ухмыляясь. — Он в какой-то степени прав, ибо я реально как дура велась на его проделки. Я жалкая и это правда, Лиса.
— Ты не жалкая, дорогая, — подруга погладила меня по плечу. — Ну подумаешь, велась немного на чары парня, зато теперь ты знаешь какой он козёл, и теперь Чонгук открыл свою маску. Все парни козлы, но только не мой Хёнджин-оппа, — вспомнив парня, подруга невольно улыбнулась.
— Кстати, как у тебя идут дела с ним?
— Я всё-таки смогла наконец-то заставить его пойти со мной на свидание, и поэтому, в субботу с двух часов дня я буду занята, — она обняла меня за плечи, прижимая к себе и весело подмигнула мне.
Ну, хоть у кого-то обстоят хорошие отношения.
***
Чонгук пытался поговорить с Чеён с самого утра, но она либо его избегала, либо же где-то пряталась, когда я пытался её где-то поймать. Даже если я стоял возле женской уборной около пол часа, она всё равно не вышла, пока я не ушёл.
Я понимал, что такими способами я не смогу с ней поговорить ещё долгое время, либо уже никогда. Вдруг, за время, что я буду пытаться с ней поговорить, пытаясь её поймать, она уже начнёт встречаться с кем-то.
Нет, и ещё раз нет. Даже думать о таком тошно.
И чтобы мы смогли наконец-то поговорить, мне поможет рыжая макушка в виде "лучшей подруги".
Лалиса Манобан.