Part nineteen
— Эмма, у тебя телефон звонит, — крикнула Эдисон подруге, которая находилась на кухне
— Кто звонит ? — крикнула она в ответ
— Не знаю, неизвестный номер.
— Возьми трубку, у меня руки мокрые.
— Хорошо
«Алло»
«Привет, Эмма»
«Это не Эмма, это Эдисон, а с кем я разговариваю ?»
«Это Пэйтон»
«Оу, Пэй, прости. Ты что поменял номер ?»
«Нет, не менял»
«Оу....»
«Можешь дать телефон Эмме»
«Да, сейчас»
— Эмма, тебе Пэйтон звонит
— Скажи, что номером ошиблись, — Эмма вытерла руки об полотенце и понесла тарелки в гостиную
«Пэээй»
«Да, я слышал»
«Прости»
«Вы у Эммы ?»
«Да»
«Спасибо»
В дверь постучали, Мун побежала к ней.
— Авани, Энтони привет — она обняла обоих
— С днём рождения тебя, — в один голос сказали оба и одновременно поцеловали в обе щеки
— Спасибо, проходите не стойте на пороге
— Ты очень красивая сегодня, — Авани улыбнулась
— Да, да очень красивая, — стал поддакивать Энтони
— А ты не смотри, — Грегг начала громко смеяться и закрывать глаза парню руками, Эмма тоже подхватила смех, — ну ладно, сегодня можешь смотреть, но это только в честь праздника, — она убрала руки с лица парня
— Эй, вы чего там стоите ? Мне одной скучно, — Эдисон вышла к ребятам в прохожую
Сегодня Эмме исполнилось 20, и она решила не устраивать большую и шумную вечеринку, точнее она вообще решила не устраивать вечеринку. Просто тихий домашний ужин, на который приглашены только близкие друзья...ну практически все.
Все уже сидели за столом, Эмма пошла к плите доставать засечённую утку, которую она, кстати, сама приготовила. Но на пол пути в дверь кто-то постучал.
— Откройте кто-нибудь, это наверное Ник пришёл, — Эмма не очень то и хотела приглашать его, но он практически сам напросился
— Эм..Эмма, — крикнула Несса, — это не Ник
— А кто ? — Мун с улыбкой на лице и уткой в руках вышла с кухни
— Ну... — Несса указала рукой на стоящего рядом с ней Пэйтона. Эмма замерла на месте, а с лица исчезла улыбка
— Пошли отойдём, нужно поговорить, — но она не сдвинулась с места, — Мун, не заставляй меня закинуть тебя не плечо и нести
— Я сейчас вернусь, — сказала она ребятам, которые сидели за столом, поставила утку и вышла в прихожую, парень пошел за ней.
Она вышла на крыльцо, встала напротив парня, но молчала. Но он и не надеялся, что она запрыгнет ему на шею, поэтому сам начал разговор
— Мун, давай прекратим уже это, — она не ответила, — Эмма, хватит уже, — она даже не смотрела на него, — Эмма, хватит вести себя, как ребёнок, — повысил он голос, но Блонди никак не отреагировала, — ладно, Мун, — он громко вздохнул, — мы как-то в баре «Verite» поспорили на желание, что я... — он запнулся и огляделся по сторонам, — ну думаю ты помнишь, о чем был спор, и ты проиграла, мое желание, чтобы ты снова со мной разговаривала, — Эмма помолчала ещё минуту, а потом заговорила
— Ладно, — она махнула головой, — я разговариваю с тобой, а сейчас уходи.
— Ты что удалила мой номер ? Мы в детском саду что ли
— Удалила номер, вернула все вещи, выбросила все общие фотографии, — она говорила очень уверенно, но на фотографиях немного запнулась, ведь так и не смогла заставить себя их выбросить. Просто собрала в коробку и спрятала в дальний угол кладовки, — как и пообещала, сделала все, будто мы не знакомы
— Эмма, не веди себя так, ты сказала, что любишь меня. Что я должен был сделать ?
— Ну не знаю, — пожала плечами, — дать мне все обьяснить хотя бы
— Я для этого и пришёл
— Ты пришёл, для того чтобы услышать мои объяснения ? — парень кивнул, — мы не общаемся почти два месяца, Пэйтон, тебе не кажется, что ты немного опоздал, чтобы требовать объяснения ? Чтобы требовать хоть что-то.
— Эмма не поступай так. Я ведь знаю, ты тоже скучаешь.
— Да, скучаю, знаешь, наверное всегда буду по тебе скучать. Но я имею на это право, это ведь не я тебя бросила, — она замолчала на несколько секунд, а потом продолжила, — а знаешь, хочешь правду ? Хорошо, слушай, — она стала говорить громче и жёстче, — посмотри, видишь этих людей в комнате ? Так вот, я люблю каждого из них. На всех остальных я плевать хотела, но их я правда люблю. Потому что для меня они не просто друзья, для меня они семья, и ты тоже был для меня семьей. Все ещё ее часть, я ведь не умею выбрасывать людей из своей жизни и своего сердца так быстро. Когда я сказала, что люблю тебя, я не говорила о какой-то романтической ерунде, не хотела от тебя охапок роз или свиданий при свечах, не говорила, что хочу за тебя замуж, потому что я не такая, потому что ты не такой, потому что для меня слово «люблю» имеет совсем другое значение.
— Эмма...я.... — его голос был растерянным
— Не нужно, Пэйтон, — Мун его перебила, — больше не нужно, я не хочу знать. Три минуты, Пэйтон, всего три, — ее голос стал таким грустным, Мурмайер ещё никогда не слышал, чтобы ее голос был таким, — вот сколько времени тебе понадобилось, чтобы отказаться от меня, чтобы вычеркнуть меня из своей жизни. Это гораздо красноречивее любых слов, — они молчали ещё минуту или две, прежде чем Эмма снова заговорила, — я пойду, меня ждут люди, которые не отказывались от меня из-за собственных страхов. А ты, Пэйтон Мурмайер, беги, продолжай бежать, у тебя отлично получается, — Мун открыла дверь, а там как раз Ник поднёс кулак к двери, чтобы постучать.
— Привет, — он улыбнулся, — с днём рождения, — поцеловал в щеку
— Привет, Ник. Проходи в дом, — гостеприимно ответила Эмма
— А вы ?
— Я провожу Пэйтона и приду
— А Пэйтон не останется ?
— Нет, — она взглянула на кареглазого, — у него есть дела поважнее. Он забежал на минутку и уже уходит.
— Да, мне правда пора, — Пэйтон натянуто улыбнулся, — это тебе Эмма, — он взял ее руку и положил на ладонь маленькую бархатную коробочку, а затем сжал ее пальцы так, что рука образовала кулак, — с двадцатилетием тебя, Эмма Мун, — поцеловал ее в щеку, так нежно, на сколько смог и покинул дом.
Его совсем не расстроило такое поведение Эммы, он на большее и не рассчитывал, ведь она не из тех, кому скажешь «прости» и она запрыгнет тебе на шею, Эмме нужно что-то более весомое, чем слова. Ведь она слышит пустые слова слишком часто. Пэйтон улыбается, потому что понял, как сильно он ошибся, когда хоть на мгновение подумал, что его жизнь без Эммы станет лучше, потому что понял, что тоже ее любит.
Эмма простояла неподвижно ещё минуту, после того, как закрыла дверь за Пэйтоном, сжимая в кулаке коробочку все сильнее и сильнее, она почувствовала жуткую боль во всем теле, потому что знала, как сильно она его только что обидела, знала, каких усилий ему стоило, чтобы прийти сюда и все равно обидела. Хотелось выбежать и затащить его обратно в дом, извиниться, все исправить, но она стояла, видела как его машина отъезжает от дома и не могла пошевелиться.
— Эмма, — крикнула из комнаты Авани, — ты ещё долго ?
— Уже иду, — она изобразила подобие улыбки и зашла в гостиную.
Все мило болтали, веселились. О таком дне рождении Эмма мечтала всегда, маленьком, тихом. Но мысли были так далеко...слишком далеко.